— Как они восприняли перемену своего положения?
— Судя по тому, что вспышек насилия в последнюю неделю не зарегистрировано, осознали, что сила им не поможет.
— Жаль, что у них не хватает мозгов на религию, сейчас бы очень кстати было запустить к ним какого-нибудь проповедника.
— Большая часть из них родом с Мумбаев, там религию не жалуют.
— Знаете, я последнее время все больше думаю о том, почему рабовладельческий строй не прошел проверку временем, — вдруг сказал Ромул. — Экономически он выгоден, затрат требует минимальных, любая отдача их перекроет в разы. Добиться послушания у людей проще, чем у ромульян.
— Рабовладение погубили деньги, — засмеялся Бык. — Натуральный обмен неповоротливее и беднее денежного. Кроме того, людям не вложишь в головы базовые настройки, они имеют свойство размышлять и приходить к неожиданным выводам. Например, что они равны и заслуживают чего-то лучшего, чем синтетическая еда из трубы и полметра поверхности пола. А поразмыслив, они действуют.
— Не вижу в этом ничего плохого, — Ромул включил очистной автомат и достал сигареты. — Лучшее есть всегда, вопрос только в том, чтобы скоты твердо знали, что оно им даром не положено. А вот заработать можно.
— Вы меня звали поделиться своими мыслями насчет исторической несправедливости? — уточнил Бык.
— Нет, конечно. Хотел, чтобы вы уделили особое внимание канализации и очистным сооружениям. Они должны быть на современном уровне. Антисанитария — это инфекция, туристы могут разнести ее по планетам и нас прикроют за несоответствие санитарным нормам.
— Прикроют? — удивился Бык.
Ромул прикусил язык, сообразив, что сболтнул лишнее. Несколько секунд он оценивающее смотрел на Быка, словно сомневаясь, посвящать ли его в свои планы, но потом решил, что раз уж сказал «А», нужно говорить и «Б».
— Когда мы проходим по территории Мумбаев, я спокоен, — пояснил он. — А вот Урсула и Виктория меня пугают. Любая из них может устроить нам веселую жизнь, причем Виктория больше, чем Урсула. И основанием для этого может быть что угодно, зараза даже лучше подходит, чем какие-то этические комиссии и права человека. А я не собираюсь сидеть на этом камне вечно.
— Хотите раскрутить бизнес и продать? — понимающе усмехнулся Бык.
— Да. Прибыльный налаженный бизнес с фиксированной доходностью, штатом и персоналом. Вас я, конечно, не продаю, мы с вами соучредители, прибыль от продажи поделим честно. Саммю не в счет, у него пакет небольшой, да и амбиции другие, ему смена собственников будет только на руку. Хиотис обещал помочь с покупателями, когда придет время. Он лицо, заинтересованное в комиссии от продажи, да и связей у него побольше, чем у нас с вами.
— Почему же тут его не видно? Контрактная часть по-прежнему на нем, как я понимаю.
— Он может бывать на Марахси только в момент прохождения Урсулы. По каким-то непреодолимым причинам перешел на удаленное консультирование, и я склоняюсь верить в его обстоятельства. На Мумбаях его тоже давненько не видели.
— А что думает Эйб? — вдруг спросил Бык. — Как-никак конкурент в туристическом бизнесе региона.
— Уже нет, — медленно ответил Ромул. — Он сменил сферу деятельности, черт знает, что у них там произошло, но сейчас он занят своими борделями и ни слова не сказал о туризме.
— Тем лучше, — засмеялся Бык. — Тем лучше.
На обратном пути он столкнулся с врачом, который посторонился, чтобы дать ему пройти, но потом передумал и перекрыл проход. Бык остановился.
— Я знаю, что никто кроме вас об этом не подумает, — резко начал разговор врач. — Ромульяне интересуют всех куда больше, чем люди, но нам придется иметь дело и с первым, и со вторым. И если с андроидами мы умеем управляться, то люди несут известный процент риска. Минимизировать издержки хорошо до известного предела, потом это вредит делу.
Бык не стал его перебивать, просто слушал.
— В камерах нет разделения по половому признаку, дети находятся вместе с родителями, мужья с женами, этнические группировки тоже имеют место, все это укрепляет связи внутри группы. Если требуется послушное стадо, нужна сегрегация.
— Вы правы, — кротко ответил Бык. — В ближайшем будущем наполнение бараков будет осуществляться в разумных пропорциях.
— И самая большая проблема — половой инстинкт, — врач исподлобья взглянул на Быка, чтобы удостовериться, правильно ли тот воспринимает сказанное. — Мы можем разрушить все уже существующие связи в группе, но половой инстинкт толкнет людей образовывать новые. И даже разделение по половому признаку нас не страхует от этого факта, в этом случае будут образовываться однополые связи, только и всего.