Короче, мы доехали до полицейского участка у северной стены. Приземистое здание задом прилепилось к самой стене, как будто его строители хотели сэкономить на материале. Мы вошли внутрь, подталкивая перед собой перевязанного обера. Ночной дежурный выкатил на нас буркалы размером с яблоко, но узнав начальство, успокоился и провёл внутрь здания. Теперь стало понятно, зачем это строение прилепилось непосредственно к ограде, когда вокруг было достаточно места. В крохотном, пыльном кабинетике за шкафом, заваленном никому не нужными бумагами, нам открылась дверь, ведущая вглубь городской стены. Сразу за дверью обнаружился узкий коридор, круто поднимающийся вверх. Порфирий со спелёнатым, как младенец, Теренцием на руках, в этот коридор еле втиснулся, но всё прошло благополучно и вскоре мы оказались перед прочной дверью с окошком, совсем, как в тюремной камере. Я ещё раз подтолкнул обера, и он постучал в эту дверь замысловатым стуком. Окошко открылось, и в нём показалась часть широченной физиономии.
"Пароль!" – коротко рявкнул кто-то по ту сторону двери.
"Закон превыше всего!" – квакнул обер, который в этот момент грубо нарушал закон.
Засов лязгнул и, открывшаяся дверь, пропустила нас в просторное помещение, посреди которого стоял замысловатый механизм. Это и был выдвижной блок с лебедкой, о котором рассказывал обер. В углу за столом, уставленном жратвой и бутылками, сидели два стража, каждый из которых был в обхвате побольше Порфирия.
"Ой, шеф, а чой-то с вами?" – спросил тот, который открыл нам дверь.
"Уши болят! – ответил обер, поморщившись, и это было сущей правдой. – Вот что, Жухан, сегодня дело особое – надо сплавить мертвяка и сделать это быстро!"
"А чо, его в городе нельзя было, что ли таесь?" – удивился тот, кого назвали Жуханом, но под строгим взглядом начальника осёкся и пошёл выполнять приказ.
Он повернул какую-то ручку на стене, и часть её отъехала в сторону. Затем взялся за массивный механизм посреди комнаты и выдвинул его так, что штанга с блоком и с платформой, закреплённой на тросе, оказалась за пределами стены. Несмотря на всё моё отвращение к представителям местной власти, я не мог не восхититься тем, как у них всё организовано. Эти усилия бы, да на благое дело! Теперь оставалось только спуститься вниз.
"Так, первой пойдёт она, – сказал я, указывая на Маранту. – Затем спускаем покойника и вот его, (я указал на Порфирия). Последними пойдём мы с господином обер-полицмейстером".
"Но как же!.." – попытался возразить обер.
"Нет-нет, э-э… шеф! – сказал я, как можно более весомей. – Вы должны всё сами проконтролировать, не так ли? В конце концов, это приказ самого Главного королевского прокурора!"
Под моим взглядом обер завял и покорился судьбе. По крайней мере, я так думал. Сначала всё шло хорошо. Маранта благополучно спустилась вниз, потом мы отправили туда же свёрток с Теренцием под присмотром Порфирия. Вот тут я сделал ошибку! Дело в том, что честный лавочник, хоть и храбрился, но так дрожал, что я испугался, как бы он не упал с платформы по дороге. В какой-то момент я оглянулся посмотреть, как там дела у нашего товарища и тут раздался визгливый вопль обера!
"Хватайте его! Хватайте! Это Золас!" – орал этот гад, пытаясь открыть дверь, ведущую к проходу внутри стены.
На наше счастье засов оказался слишком тугим для цыплячьих лапок шефа королевской полиции. Ещё, конечно, мне помогло то, что оба битюга пару секунд удивлённо моргали, прежде чем смогли сообразить, в чём дело. Плохо было одно: здесь я не мог стрелять, ведь грохот выстрелов выдал бы нас сразу.
Навалились на меня, так навалились! От моих ударов эти здоровяки только покряхтывали, а когда я пырнул одного из них ножом, он лишь взрыкнул и отвесил мне такую затрещину, что потемнело в глазах. Я уж решил, что всё пропало, когда вдруг услышал шипение дикой кошки, которое заставило всех оглянуться.
В открытом проёме стены стояла очень злая Маранта, и в руках у неё сверкала скьявона! В следующее мгновение один из вертикальных быков взревел проткнутый насквозь, а другой захлебнулся собственной кровью, фонтаном хлынувшей из рассечённого горла.
Затем, ни говоря, ни слова, эта жрица смерти оторвала от двери, окончательно струсившего обера, и подтащила его к подъёмному устройству.
"Пощады! – верещал этот жалкий тип. – Вы обещали сохранить мне жизнь!"
"Контракт аннулирован, ввиду невыполнения одной из сторон своих обязательств", – спокойно произнесла Маранта, затем сунула свою жертву головой в переплетение шестерёнок и нажала на рычаг.