Все обернулись. На том месте, где недавно стоял дворец короля Лоргина бушевал целый океан огня, взметнув к небесам факел похожий на чёрно-красный гриб.
Глава 43. Чего бы ни стоило
Они не бежали, они летели по залам и галереям среди огня и дыма, а вслед за ними летели пули! Наконец, в одном месте за их спинами с грохотом обвалился потолок, и целая пылающая баррикада отгородила их от преследователей. Теперь погоня была не страшна, но приходилось бежать от пожара. И, тем не менее, Диана остановилась на пару секунд, чтобы перевести дух. Она не присела ни на один из стоящих вокруг диванов и стульев, а просто согнулась, уперев руки в колени. Галль, (уже привыкший к своему имени), поступил также. Они оба тяжело дышали и почти не могли говорить. Мальчик взглянул на подругу и в очередной раз вскрикнул от ужаса! На боку девушки красовалась глубокая кровавая борозда. Парню даже показалось, что сквозь неё видны рёбра.
– Ерунда! – заявила Диана, проследив за его взглядом. – Это всего лишь царапина. Хуже то, что в ноге засело несколько дробин, так я не смогу быстро двигаться, но и это не беда, попробую выковырять, когда выберемся отсюда! А теперь двигаем дальше, а то сгорим заживо.
И она побежала дальше. Галль только сейчас заметил, что его подруга сильно хромает и оставляет за собой кровавые следы.
– Туда! – крикнула юная воительница, указывая на выбитое окно в конце коридора.
Сейчас они находились на втором этаже дворца, но учитывая, что потолки здесь были высоченные, высота для прыжка должна была быть немаленькой. К тому же неизвестно, что ждало их там внизу. Однако выбора не было – огонь догонял их и лохмотья парня уже начинали тлеть. Когда они прыгнули, взявшись за руки и не глядя вниз, длинный язык пламени высунулся вслед за ними из окна, будто хотел догнать и слизнуть свою ускользающую добычу! На какой-то миг Галль совершенно ослеп от солнечного света, ударившего в глаза.
Несмотря на то, что солнце уже склонялось к горизонту, ему показалось, что он нырнул в целое море света! Удар о землю, сотрясший весь организм, на миг погасил этот свет, погрузив сознание в непроглядную тьму. Когда он пришёл в себя, то обнаружил, что лежит на небольшом газоне перед пылающим дворцом, а рядом, лицом вниз, без движения, распростёрлась его подруга. Галль встал на карачки и подполз к ней. Диана была жива, но так же, как и он оглушена падением. Парень поднял девушку и посадил её, прислонив к небольшому бетонному столбику с какими-то цифрами.
– Живы? – спросила вдруг она, не открывая глаз. – Ну, если живы, тогда бежим дальше, а то либо нас догонят, либо зажаримся заживо!
С этими словами она попыталась встать, но тут же со стоном опустилась обратно.
– Чёрт, я, кажется, сломала ногу! – проговорила она и, закатив глаза, уронила голову на грудь.
Мальчик понял, что она говорит правду. Он ощупал её ногу – да, лодыжка была сломана. Значит, подруга совсем не может идти. Значит, он понесёт её, чего бы ему это ни стоило! Не теряя времени, Галль подхватил на руки свою спутницу, которая вдруг показалась ему неожиданно лёгкой. Подумав немного, он подобрал также её лук и колчан, которые валялись рядом, и побежал от дворца вглубь разорённого пылающего города.
Глава 44. Вот как было
Тяжело нагруженная телега мягко покачивалась, лишь изредка подпрыгивая на ухабах. Порфирий следил, чтобы этих ухабов попадалось под колёса, как можно меньше, но на сельской дороге без них невозможно было обойтись. Сверху светили яркие звёзды. Тент по случаю тёплой безветренной погоды решили не натягивать, и Маранта могла любоваться этими звёздами, наблюдая потрясающую картину, которую никогда не увидишь, просто задирая голову вверх. Её клонило в сон, но спать мешала боль в плече, пробитом стрелой. К тому же её знобило, и было холодно под тремя одеялами, заботливо натянутыми до подбородка.
Рядом с телегой шёл Зиг. Челюсти парня были плотно сжаты, в глазах светился нездоровый огонёк. Бог знает, что творилось сейчас у него на душе?
Тогда, после того, как дворец Лоргина превратился в огромный костёр, малыш Зигель рванул на помощь своему атаману и его едва удержали от прыжка в бушующий огонь. Кое-кому это стоило расквашенного носа и выбитых зубов, но парня смогли скрутить и держали до тех пор, пока он не успокоился. Теперь он шёл рядом, и Маранта понимала, что он сейчас её охраняет. Охраняет в память о своём атамане, как его принадлежность, как его частичку. А ведь он даже не подозревал, насколько он был близок к истине!
Они почти не разговаривали. Ей вообще было трудно разговаривать, впрочем, ему наверно тоже. А ещё, ей было очень трудно удержать в себе жизнь… Чужую, но уже такую родную, новую жизнь! Её собственное тело, как бы говорило ей: "Избавься от этой обременяющей тебя жизни, вытолкни её, ведь силы нужны на то, чтобы сохранить твою собственную жизнь, висящую сейчас на волоске!" Но она не сдавалась. Нет, теперь она ни за что не откажется от этой драгоценной жизни, не предаст её! И она боролась. Каждый день и час, минуту и секунду.