Сцена 2.7 «Бегите»
Париж. Убежище жирондистов, друзей Барбару. Несколько человек. Перед ними Шарлотта Корде, с листами, раздает, кому и что. речь Шарлотты сбивчивая, быстрая. Жирондисты, слушая это, переглядываются, не понимая явно, почему у этой сумасшедшей на вид девицы письма Барбару.
Шарлотта (ее глаза блестят, как в лихорадке).
Бегите отсюда, скорей!
Прочь из Парижа!
Они погубят вас…
Им плевать на души людей,
Они найдут и услышат,
И вывернут каждую из фраз.
1 (со сдержанным тактом).
О чём вы, Корде?
Говорите – бежать!
Ха, а спасение где?
Спасения не отыскать!
2 (с насмешкой, в которой больше отрицания происходящего).
К тому же, дитя,
Вы молоды и не знаете битв!
Вы думаете, что здесь, средь дня,
Кто-то будет убит?
Не смешите!
Шарлотта (заламывая руки).
Ну бегите же, бегите!
Бегите, я вас прошу!
3 (с сочувствием).
А я вам вот что скажу -
Письма у нас, благодарю!
Указывает на дверь.
Шарлотта (с надрывом).
Послушайте, что я говорю!
Бегите отсюда, бегите!
Сегодня же! В Кан!
4 (устало).
Снова – здорово!
Вы не смешите,
Каждый за себя решает сам!
Шарлотта.
Бегите, бегите!
Сегодня, решайте!
1,2,3,4 (раздраженно, наступая на нее так, что она отступает к дверям).
Не смешите!
Ступайте!
Шарлотта оглядывает всех с гневом, затем опрометью бросается прочь.
Сцен 2.8 «Любой войне нужна священная жертва!
Дом Марата. Его комната. Ванная. Сам он в болезненном, но лихорадочном состоянии. Мечется по комнате, в смешанном приступе мысли и боли.
Марат.
История складывает свой коварный узор,
И только тот, кто умеет читать меж строк,
И видеть дальше, чем людской взор,
Однажды перейдет порог…
Останавливается посреди комнаты, разводит руками, как будто бы перед ним какая-то завеса, затем снова начинает метаться, встряхнувшись.
Любой войне священная жертва нужна,
В этом суть и в этом главный урок!
Кто-то уйдет, чтоб победа пришла,
Это тот, кто умеет читать меж строк…
Неожиданно смеется. Смех его лающий, хриплый, дрожащий.
Тот, кто видит больше, чем речёт,
Кто народом любим и знаком ему,
Тот роль священной жертвы обретет,
Тот находит в этой славе рано тьму!
За дверью видна тень – женская. Она некоторое время виднеется на пороге, затем прижимается к стене, так, как будто бы человек, стоящий за дверью, не желает быть угаданным. Марат видит. Усмехается.
Мы на войне, кто скажет, что нет?
Мы на войне, а это одно значит,
Что кто-то, любимый народу, оставит свет,
И смерть та возвысится в плаче!
Во входную дверь раздается громкий стук. Испуганная тень у дверей Марата бросается к входу, явно выдавая себя. Марат смеется опять. Его движения лихорадочные и рваные. И сам он соткан из этой рваности и безумства.
И это лишь это одно
Позволит вершить суд над врагом…
Без жертвы с врагом нелегко,
Нужно убить того, кто любим и знаком.
Заходится в кашле. От кашля складывается пополам и цепляется за край ванны. С трудом удерживается на ногах, тяжело переводит дух.
Любой войне нужна священная жертва,
Недаром история плетет узор свой.
И за смерть коварную эту
Враг заплатит кровавой ценой!
Поднимается от ванны и падает в кресло, выпивает какой-то темный раствор. Его руки дрожат. По телу проходит судорога…
Любой войне нужна священная жертва,
Жертва любимая, пусть смерть кипит!
За эту смерть над врагом победа,
Любым методом – народ простит!