Поднимается сам, помогает встать и Симоне.
Симона и Марат (она – пытаясь задержать момент нежности, он – торопясь от него избавить как можно скорее, потому что есть новая мысль для воззвания…)
Тот не видел никогда небо,
Кто не верил, а значит, и не был.
Что значат чувства и взгляд,
Когда слова преданных – яд?
Шелесты не пугают – над нами небо,
А кто не сражался – тот не был!
Симона ласково касается лица Марата, с неохотой отпускает его руку. некоторое время Марат дает ей на привычку, а потом с некоторой торопливостью заговаривает с ней.
Марат. Симона, ты не оставишь меня?
Симона. Дела? А…да, я ухожу. Уже ушла. Если нужна буду я, то я с твоей сестрой.
Марат. Хорошо-хорошо…(уже за столом, пробегая взглядом исписанные листы) Так, Друг Народа, Франция, с тобой!
Симона с явным сожалением удаляется прочь, не решаясь спорить с Маратом. Марат хватается за перо и принимается за исправление чего-то в листах.
Сцена 1.8 «Я протестую»
Зал Конвента. Нарочито подчеркнутый дух суровой античной красоты в колоннах и трибунах. На трибунах происходит выступление(1). По разным секциям сидят люди. Робеспьер внимателен к каждому выступлению, иногда перебрасывается каким-то замечанием шепотом с парой соседей возле себя. Дантон напряженно вслушивается в каждое слово и не скрывает своих чувств: выступающий ему неприятен. Выступающий обличает Марата. Сам Марат выслушивает обвинения в свой адрес с ехидной усмешкой и яростным блеском в глазах…
1.Да, я призываю судить Марата! Судить так, как остальных!
Смешанный гул: с одной стороны – одобрение, с другой – ярость.
Судить непредвзято. За все слова, что в рядах своих…в наших рядах, братья! Измена есть.
2. (выкрик). Хватит лгать! Хватит! Ты не один слово имеешь здесь!
1. (повышая голос, так как гул нарастает). И этот… субъект!
Марат обращает ехидно-насмешливый взор на Дантона, но тот не замечает этого.
Этот субъект! Вдруг нам заявляет, что сам Конвент Контрреволюцию в себя включает! И что нужно карать всякого, кто, видимо, смеет вам, Марат, возражать!
Дантон. Я протестую!
Да, граждане! Да, друзья!
Я протестую. Я решительно возражаю.
Я – Дантон. И Марата я знаю,
Но я протестую! Так нельзя.
Гул. Марат смотрит на него с интересом, словно речь идет вообще не о нем.
1.Дантон, дождитесь своей очереди! Марат призвал к убийству и грабежам…вот, подтверждение моим словам!
Достает сложенный в несколько раз листок, разворачивает его.
Каждый из вас! Каждый знает, что я говорю не с пустого места. Марат, ты преступник без чести и сердца.
Дантон.
Я протестую! Вы не знаете всего слова,
Вы вырываете отдельные фразы,
И, как свора, всем скопом, все сразу,
Нападаете, чтобы его голова…
Слетела, на потеху вам!
Марат (поднимается, с неприкрытым ехидством).
Я даже тронут…почти! Едва…
Те, кто смеет призывать к ответу меня,
Как сказал Дантон, надеясь, что моя голова,
Будет срублена на потеху всем вам,
Я – при свете этого дня,
Буду честен и дам волю словам.
2 (врываясь). Довольно всех слов, ты тянешь анархии след! Ты тиран, ты диктатор, что оправдал все средства!
Робеспьер. Я протестую!
Марат. Не стоит! Я готов держать ответ.
Гул. Кто-то вскакивает с выкриком. Кто-то кричит с места.
3. Друзья, к милосердству! Это же…МАРАТ! Наш Марат, чья заслуга велика!
4. Держи карман шире! В нем палачей рука!
2. К ответу!
Дантон.
Я протестую! Обвиненье Марату
Не имеет опоры!
1.Гражданин Дантон, прочисти все свои взоры и обрати взгляд сюда!
Трясет газетой.
Здесь сказано ясно, здесь сказано твердо и понять иначе это нельзя!