Выкрики, нарастающий гул. Чьи-то попытки аплодировать заглушаются. Робеспьер и Дантон приходят к какому-то соглашению. Барбару со своими сторонниками, несмотря на вроде бы численное превосходство, явно чувствует себя неуютно. Народ обращает на них гневный взор все чаще.
Обвиняя меня, ты обвиняешь народ,
А его винить - измена!
Революция - смерть, пена морская и бог,
И ее деяния - священны.
Марат бесчинствует. Он подходит к горожанам и никто, почему, не делает попытки остановить его, Трибунал безмолвствует. Марат наслаждается славой, которую оказывает ему толпа и почтением.
Скажи, ты, трибунал! -
Как смеешь винить
То. что ты сам желал,
И то, что тебе дозволяет судить?
Мы идем за народ,
А я - Друг его и опора!
Ну, трибунал? Вперед -
Суди! Я жду приговора!
Марат сочетает в себе обвинение самого Трибунала и речь, восхваляющую народ. Трибунал переглядывается в явном смятении. Барбару делает попытку вырваться и что-то сказать, но его удерживают.
Марат замечает, однако это, и по его ухмылке легко представить, что ему даже на руку был бы срыв Барбару, от которого удержали Шарля сторонники.
вы, не смеющие сказать,
То, что смею сказать я,
Как смеет обвинять
Того, кто отдал себя?
Скажи, трибунал!
Как смеешь ставить в вину
То, что сам развязал:
Измену и войну?
Испуганный шелест. Змеиный шелест. Толпа обращается в единое слово, сказанное Маратом. Марат поворачивается к своим обвинителям.
Скажи тот, кто посмеет,
Кто мне там позор предрекал?
Я уничтожу предательских змеев!
Ну, что ко мне, трибунал?!
Замолкает, даже не скрывая своей победной улыбки, от которой его лицо не становится добрее или мягче. Поднимается сумятица.
Трибунал (тяжело и надрывно). Оправдан!
В зале настоящее безумство. Народ взрывается аплодисментами и выкриками победы. Тотчас к Марату подходят несколько и подхватывают его на руки и выносят, как настоящего триумфатора из зала.
На улице триумф обретает больший размах. Слышно ликование граждан. Кто-то укладывает на голову Марату венок из листьев.
Барбару (в бешенстве). Цезарь!
Сцена 1.11 «Нам теперь один итог»
Барбару со своими сторонниками идут по улице, стараясь держаться в тени от народа, который теперь стал единым организмом из радости и поздравлений к Марату.
Сторонник 1.
Вы знаете все, так, как знаю я,
Что нам теперь один итог.
Мы проиграли! Нам не выдержать и дня
Марат к нам будет жесток.
Барбару.
Я запрещаю. Запрещаю вам,
Думать, что мы в поражении!
Марат все тот же тиран,
А у нас…скорее отступление.
Очень скоро народ
Нам все позиции вернет.
Сторонник 2.
Без Марата они были бы слабы,
Но теперь стали много сильнее.
Барбару.
Если это вас пугает, то вы,
Можете идти туда, где вам светлее!
Каждый имеет взлет и падение,
Это триумф, да, но он последний ему…
Сторонник 3:
Знаешь, Барбару…
Он ведь придет за тобой.
Барбару.
Пока нет обвинений!
И не за мной,
А за всеми, кто против скажет ему!
Сторонник 4.
Нам один итог, мы думали – победа!
Мы призвали Марата к ответа,
А он…а мы…лишь пепел на ветру.
У нас теперь один итог!
Барбару.
Оставьте! Довольно! Сколько можно?
Наша борьба – это дело сложное,
И да, метод войн жесток.
Но тот, кто опускает руки, кто слаб,
Тот по духу своему – раб.
Тот по духу своему – унижен,
Мы вернем к себе любовь улиц Парижа!
Мы выучили этот урок,
И станем идти по дороге другой,
И вернем всё любой ценой!
Ведь у нас теперь один итог…
Барбару сворачивает со своими сторонниками влево, где теряется в проулках, исчезая где-то в подворотнях. Ликующая толпа приносит Марата в Конвент.