— Нет, — она пожала плечами и, отвернувшись, вновь пошла к замку, — просто это не мое дело.
Ремус немного успокоился. По ее реакции было очевидно, что между ней и Северусом ничего не было, но также было очевидно, что она что-то не договаривает.
— Погоди, — она вновь остановилась и возмущенно на него посмотрела, — ты решил, что я способна «встречаться» сразу с двумя?! Да еще и с друзьями? Не высокого же ты обо мне мнения, Люпин!
Ему стало стыдно за свои предположения и беспочвенные обвинения.
— Ну, а что я еще мог подумать? — виновато произнес он.
— Например, то, что не только Блэк кого-то скрывает от всех, — ответила она и недовольно покачала головой.
— Эй, вы что там застряли? — крикнул им Сириус, поворачиваясь и с подозрением глядя.
София повернулась на его голос, и Ремус увидел, как смягчается ее выражение лица, а в глазах вспыхивает огонь. Он в очередной раз понял, какая же глупая была его мысль, что у нее может быть что-то с Северусом.
Она вдруг расплылась в ухмылке и посмотрела на Ремуса.
— Только представь реакцию Блэка, если бы тот засос у Снейпа оставила я. Как думаешь, в каком порядке он бы нас всех убил?
— Вначале Северуса, потом тебя, а потом уже себя, — ответил Ремус.
— А тебя?
— А меня-то за что?
— Как за что? — наигранно удивилась она, — за соучастие!
— Я-то никому засосы не оставлял! — рассмеялся Ремус.
— Ты знал и покрывал!
— А может и не покрывал? — сказал он, улыбнувшись, — иначе, откуда бы Сириус обо всем узнал?
— В таком случае, ты бы попал под горячую руку и был убит первым, — немного подумав, сказала София.
— А я бы ему письмо написал, — выкрутился Ремус, — анонимное.
— Ты очень хитер, Ремус Люпин, — произнесла она, прищурившись.
— Весьма лестно слышать это от слизеринца.
София улыбнулась, подхватила его под локоть и пошла в гору, где их ждали остальные.
— Что вы там обсуждали? — спросил Сириус, с недовольством глядя на их руки. Ремус тут же поспешил освободиться из захвата Софии, не желая попадать под горячую руку Сириуса.
— Тебя, конечно же, Блэк, что же еще? — съязвила София.
Ремус восхитился, каким тоном это было сказано. Это было правдой, но прозвучало, как издевка, а потому Сириус сразу же об этом забыл. Он встал между ними, и они все вместе пошли в замок.
После обеда София с ними попрощалась и ушла в подземелья, Лили вместе с подругами ушла в библиотеку, а они пошли в гостиную.
— И с каких это пор Бланк в нашей компании? — спросил Северус, как только они остались вчетвером.
— Она не в нашей компании, — ответил Сириус. — Сегодня ее Рем позвал.
Ремус это опять проигнорировал.
Конечно, как всегда, Рем во всем виноват.
— И ты даже не скандалил по этому поводу? — удивленно поинтересовался Северус.
— Какой в этом смысл? Кому она мешает? — довольно грубо спросил Сириус.
— Я думал, она мешает тебе, — спокойно ответил Северус, насмешливо глядя на Сириуса, который начал закипать.
— Нет! Мне на нее…п…- Сириус запнулся на мгновение, — пусть ходит с нами, если хочет. Эванс же ходит.
— Ну, ты сравнил тоже, — фыркнул Северус.
Ремус заметил у Сириуса злобный взгляд, который не сулил ничего хорошего и уже хотел перевести тему, но Джеймс его опередил:
— Может, в Хогсмид выберемся? — спросил он, прерывая их спор. — Или хотя бы до Визжащей-хижины прогуляемся?
— Какой Хогсмид? — с иронией спросил Северус, — у нас с вами гора домашней работы. Забыли?
— И что теперь? — спросил Сириус, у которого настроение уже было испорчено, — воскресение себе угробить надо? Пошли в Хогсмид, Сохатый, я согласен.
— Сев, прав, — сморщившись, сказал он, и взлохмачивая волосы, — мне три эссе писать, а еще Чары практиковать. Да и тебе, думаю, не меньше делать.
— Да вы издеваетесь! — воскликнул Сириус, — когда это мы занимались по выходным?! Вы знали, что это самый большой грех — работать по воскресениям?
— Полагаю, раз работать — грех, ты посвятишь этот день молитве? — поинтересовался Ремус.
Джеймс с Северусом рассмеялись, и даже Сириус улыбнулся.
— Да ладно тебе, Бродяга, — примирительно сказал ему Джеймс, — по-быстрому все сделаем, а потом можно будет сходить до «Трех метел». Туда и обратно, только за сливочным пивом.
— Это все влияние Эванс, — недовольно сказал Сириус, — вон ты уже и уроки предпочитаешь веселью.
Он еще немного поворчал, но в итоге согласился.
— Рем, а ты не с нами? — спросил у него Джеймс, когда они расположились за столом возле камина и обложились учебниками.
— Нет, — он помотал головой, — я хотел найти Эшли и…сказать ей все.
— Ты не передумал? — хмуро спросил Джеймс.
— Нет, — уверенно ответил Ремус.
— Ну и дурак, — резко сказал ему Джеймс.
— Спасибо за поддержку, друзья.
— Поддержку? — переспросил Джеймс, начиная краснеть от возмущения. — Хочешь, чтобы мы поддерживали твою непонятную жертву, которая никому не нужна? Подумай хоть раз в жизни о себе, а не о других. И позволь себе порадоваться жизни, как любой нормальный человек.
— Хватит, — Ремус поднялся с дивана, — обсуждали это уже миллион раз.
— И будем обсуждать в миллион первый, если понадобится! — Джеймс повернулся на Сириуса и Северуса, — вы не поддержите меня?
— Ну, он ведь уже все решил, — нехорошо усмехнулся Сириус. — Дело его.
Ремус удивленно посмотрел на Сириуса, тот раньше никогда не был так равнодушен к этому вопросу и всегда на пару с Джеймсом с жаром отговаривали его от подобных решений. Джеймс тоже возмущенно уставился на Сириуса. Но Ремусу это было только на руку.
— Сев, а ты что скажешь? — спросил у того Джеймс.
— Мой выбор всегда будет не в пользу девчонки, — пожал плечами он, — и вам я бы советовал тоже самое.
Ремус усмехнулся на такое заявление. Чем дольше он наблюдал за Северусом, тем яснее видел изменения в нем. У него даже походка изменилась. И было вполне очевидно, что у него кто-то появился. Ремус решил ничего у него не расспрашивать, а просто тихо порадоваться за друга. Если Северус не хочет никому об этом говорить, значит, на то есть свои причины. Но его фраза о выборе не в пользу девчонок очень позабавила Ремуса.
— Все решено, Джеймс, — сказал ему Ремус, — так что…я пойду.
Джеймс махнул на него рукой и сел обратно на диван, что бубня себе под нос о бессмысленной жертве.
Ремус собрался с духом и отправился на голгофу. Именно там, судя по Карте, сейчас была Эшли.
Ее он увидел сразу, как только ступил на площадку. Эшли стояла в компании подруг и что-то рассказывала, улыбаясь и смеясь. Одна из ее подруг кивнула на Ремуса и Эшли сразу повернулась в его сторону. Улыбка тут же сползла с ее лица, а рука взметнулась к многострадальной косе.
Вся его смелость и решительность, что он с таким с трудом собирал для разговора, тут же куда-то улетучились, стоило ему ее увидеть. Он с трудом представлял, как переживет этот разговор и постоянно напоминал себе, что все это ради благополучия Эшли.
Это надо сделать. Ради нее.
Ремус подошел к их компании и, поздоровавшись со всеми, обратился к Эшли:
— Прогуляемся?
Ее подружки стали хихикать, что немного нервировало Ремуса.
— Конечно, — Эшли лучезарно и совершенно искренне улыбнулась.
Они в полном молчании спустились до озера. Ремусу было очень непривычно видеть Эшли такой молчаливой. Он все время косился на нее и удивлялся ее спокойствию. Она сама на себя не походила.
— Эшли, я думаю, нам надо поговорить, — сказал Ремус, внимательно глядя за ее реакцией.
— Да, наверное, надо, — сказала она. Эшли даже оставила в покое свою косу. Это заставило Ремуса сильно беспокоиться.
Что-то тут не так.
Он присмотрелся к ней, пытаясь уловить ее настроение. Ее чувства были сильно приглушены. Если раньше от нее всегда исходили сильные волны, то сейчас была лишь небольшая рябь. Ее выдавали лишь беспокойный взгляд, который не задерживался на одном месте дольше секунды и постоянно пересыхающие губы. А венка на ее шее говорила об учащенном пульсе.