Сириус снова посмотрел на точку с именем «София де Бланк», которая, судя по всему, уже была в своей постели. В голове всплыл ее образ, с улыбкой на губах и сияющими глазами, в которых он всегда видел миллионы созвездий. Видел свое созвездие.
«Выдыхай, Блэк».
Он громко выдохнул, понимая, что опять лежал затаив дыхание, только лишь от того, что пялился на ее имя.
Совсем уже крыша съезжает…
Сириусу хотелось отправиться к ней, но он вовремя вспомнил, что она предпочла весь вечер провести с его братом, а не с ним, а значит, ей еще придется заслужить его прощение.
Он еще недолго посмотрел на точку с ее именем, свернул Карту и уснул.
========== 51. Одно длинное воскресенье I ==========
Джеймс Поттер
Джеймс проснулся в самом прекрасном расположении духа — сегодня выходной, утром его ждет тренировка по квиддичу, в обед они с Лили пойдут в Хогсмид, а вечером они своей компанией устроят небольшую вечеринку в Визжащей-хижине.
Потянувшись, Джеймс встал с кровати.
— Доброе утро, Джеймс.
— Утро и правда доброе, Луни!
По выходным раньше Джеймса вставал только Ремус. Впрочем, он всегда вставал самый первый. Вот и сейчас, уже одетый он сидел на кровати и читал одну из любимых приключенческих книг. На крайней кровати тоже послышалась возня. Отодвинув полог, оттуда появилось помятое лицо Северуса с отпечатком подушки.
— Какой сейчас год? — спросил он спросонья.
Джеймс в ответ громко рассмеялся.
— По-прежнему семьдесят седьмой, Северус, — с улыбкой ответил Ремус.
В этой комнате продолжал спать лишь один человек. Развалившись на кровати и приоткрыв рот, мертвым сном спал Сириус, которого и табуном гиппогрифов было не поднять.
Джеймс, быстро умывшись, надел форму и распрощавшись с Ремусом до обеда, а с Северусом до вечера, пошел на поле. На улице уже начались первые похолодания, но погода, тем не менее, стояла прекрасная. Ветра не было и не ярко светило солнце.
Идеально для квиддича.
— Привет, капитан!
Джеймс обернулся на бодрый девчоночий голос.
— Привет, Джесс! А где остальные?
— Да, вон, тащатся, — усмехнувшись, ответила она, показывая в сторону раздевалок.
К ним не спеша шла заспанная команда.
— Поттер, ты из-изверг! — широко зевнув, проворчала Марлин. — Восемь утра! Воскресенье!
В таком тоне разговаривать с капитаном осмеливалась только Марлин, пользуясь тем, что она его однокурсница, да еще и подруга его девушки. У остальных таких привилегий не было, поэтому Джеймса на поле не только уважали, но и побаивались.
— Полностью поддерживаю МакКиннон, — в полголоса сказал Кристофер.
— Не время отдыхать! На носу матч с когтевранцами, они, конечно, нам не ровня, но это не значит, что надо расслабляться. К тому же, я слышал, они заменили одного охотника, и он очень силен, — Джеймс сурово посмотрел на своих охотниц.
Джессика и Марлин со всей серьезностью смотрели на капитана, Лора стояла с закрытыми глазами, оперевшись на метлу.
— Лора! — рявкнул Джеймс.
— Да, м-мистер Поттер? — Лора от неожиданности подпрыгнула.
Все покатились со смеху.
— «Мистер»! — выдавил из себя Рипли, согнувшись от смеха.
Джеймс и сам улыбнулся своему новому обращению. Лора же густо покраснела.
— Ладно, команда, в воздух. Устроим небольшую разминку.
Джеймс громко подул в свисток, заставив некоторых членов команды поморщиться. Оседлав метлу, он первый взлетел в небо.
Джеймс ничто так не любил, как чувство полета. Когда ветер пронизывает насквозь, когда дыхание захватывает и, кажется, отпусти метлу и сможешь полететь сам, держась в воздухе одним лишь окрыляющим чувством.
Разогнав метлу до приличной скорости, Джеймс пронесся кругом по стадиону. Команда цепочкой летела за ним. Он, петляя, обогнул все трибуны зрителей, пролетел сквозь кольца, сделал несколько крутых разворотов, одну мертвую петлю и с десяток трюков. Команда не отставала. Когда все игроки окончательно проснулись, Джеймс подал свисток, привлекая внимание команды, и выпустил на поле все мячи.
Прогоняв команду на поле больше трех часов он, уставший, но довольный пошел вместе со всеми в раздевалку.
— Отлично позанимались! У когтевранцев ни единого шанса! — говорил Джеймс своей команде, пока они все дружно переодевались.
— Как будто до этого он у них был! — сказала Джессика.
— Ой, кстати, Джесс, ты слышала, Марти расстался с той блондинкой! — Лора с горящими глазами обратилась к подруге.
Марти.
Мартин Эклз. Одно упоминание этого имени заставило Джеймса недовольно скривиться. Джеймс ни к кому и никогда не питал ненависти, но Мартин Эклз был исключением. Он был вратарем и капитаном команды по квиддичу у Когтеврана, учился, как и Джеймс, на седьмом курсе. Эклз считался первым красавчиком и умником на своем факультете и одним из самых серьезных соперников Сириуса в борьбе за женские сердца. Но самое неприятное для Джеймса было то, что Эклз был одним из самых настырных ухажеров Лили. На шестом курсе они даже ходили на несколько свиданий. Джеймс тогда со злости разгромил класс заклинаний, да и вообще наделал много глупостей. После того, как Лили его бросила, он стал встречаться с одной пуффендуйкой, но, очевидно, уже расстался. Поэтому девчонки вновь объявили на него охоту.
Одно только упоминание об этом человеке тут же сняло все хорошее настроение Джеймса. Он старался не думать о том, что Эклз не только ходил с Лили на свидания и держал ее за руку, но и целовал ее. И хоть он и знал, что между ними ничего большего не было, откровенные картины непроизвольно лезли ему в голову.
Особенно, учитывая его постоянное напряженное и возбужденное состояние. Лили до сих пор держала оборону, позволяя Джеймсу лишь ублажать ее двумя известными ему способами. Джеймс думал, еще немного, и он просто свихнется, когда будет в очередной раз уходить от нее, так и не получив ничего взамен. Но он всегда героически это переносил и даже не выказывал никаких претензий, которые так и переполняли все его нутро. Он чувствовал, что терпеть осталось совсем немного. С каждым разом Лили вела себя все более раскованно и расслабленно.
Ненавистные мысли о том, что Эклз делал все то же самое с Лили, приводили Джеймса в состояние бешенства. Даже знание того, что этого не было, все равно разжигало в нем гнев и ярость.
Стараясь не слушать разговоры девчонок об Эклзе, Джеймс пошел в башню, оставить метлу и сходить в душ. У него оставалось меньше часа до встречи с Лили и он как раз должен был успеть. Однако выбросить Эклза из головы ему так и не удавалось. Всю дорогу он вспоминал те ненавистные два месяца, что Лили, его Лили, ходила за ручку с Эклзом, нежно улыбалась ему, смеялась над его глупыми шутками и занималась еще черт знает чем. Джеймс сам не заметил, как дошел до башни, сходил в душ и даже уже надел чистую одежду.
А так хорошо день начинался!
Джеймс с удивлением отметил, что ему удавалось не думать об этой неприятной личности уже почти полгода. Посмотрев в последний раз на себя в зеркало, он еще раз взъерошил волосы и вышел. Стараясь себя не накручивать и больше думать о предстоящем дне с Лили, Джеймс спустился в холл, где они должны были встретиться.
Лили еще не было и он остановился возле входа в Большой зал, где сейчас как раз проходил обед.
Про себя он без конца повторял, что как бы там ни было, сейчас-то Лили с ним, и ему позволено куда больше, чем было позволено упырю Эклзу.
— Эй, Поттер! — из зала вышла Джен Белл, которая все еще таила злобу на Мародеров, — ты что это тут прохлаждаешься, пока твоя благоверная хвостом крутит перед Эклзом? Или вы ее на двоих делите?
Джеймс решил, что она спятила, но все равно повернулся посмотреть, что происходит в Большом зале. Сердце пропустило удар, дыхание сбилось. Ярость, которую он так старался заглушить, волной поднялась в душе.