Шестой курс стал для нее непростым. Она продолжала бороться со своими чувствами к Джеймсу, стараясь их попросту не замечать. Она старалась делать вид, что ее ничуть не волнуют отношения Джеймса с когтевранкой, и то, что после пасхальных каникул он и вовсе стал ее игнорировать. Лили хоть и часто ловила на себе его взгляды, да и нередко он не сдерживался от какого-нибудь комментария в ее адрес, но даже в тот момент Лили чувствовала себя брошенной. Ей было так непривычно оказаться без его назойливого внимания. Под конец учебного года, разведка, в лице Алисы, доложила, что Джеймс по-прежнему к ней неравнодушен, а сдерживают его напор Мародеры. Лили тогда сказала, что ей всё равно, хотя её счастливое лицо говорило об обратном, о чем тут же заметила Алиса.
Когда они вернулись в Лондон и Джеймс крикнул ей, что будет писать письма, она с трудом удержалась, чтобы не завопить от счастья.
И несмотря на то, что их лето выдалось очень тяжелым, несмотря на то, через что им пришлось пройти, для нее это лето было самым важным и особенным.
Лили опять взглянула на озеро и вспомнила, как пару месяцев назад Джеймс предложил ей встречаться. Она еще никогда не была так счастлива, как в тот момент. И на Защите именно этот момент помог ей вызвать своего Патронуса.
У неё сердце кровью обливалось, понимая, что ничего уже не вернуть. Понимая, что она никогда не сможет простить предательство. Только не предательство Джеймса.
Как ты мог, Джеймс…как ты мог всё разрушить?
========== 57. Всё тайное становится явным ==========
Регулус Блэк
Регулус безумно жалел, что столько наговорил Софии. Он никогда никому не жаловался и сейчас чувствовал себя довольно паршиво. Он не хотел выглядеть перед ней жалким и ничтожным. Не хотел выглядеть слабаком, что скучает по брату, которому и даром не нужен.
И тем более, не хотел, чтобы она видела его в таком неприглядном виде. Когда он вернулся в свою спальню и увидел, что волосы всклочены, рубашка грязная, а мантия мятая, пришел в настоящий ужас.
А еще Регулус жалел, что рассказал ей секрет Люпина. О его ликантропии он догадался еще два года назад и бережно хранил эту тайну, как козырь в рукаве. Впрочем, понимая, что вряд ли бы когда-нибудь им воспользовался.
Регулус совсем не удивился, когда она сказала, что ей нравится Сириус. Он был уверен, в школе нет ни одной девчонки, которая не прошла бы через влюбленность в его брата. Но слышать это все равно было больно и неприятно.
Радовало только то, что Сириусу она скоро надоест. Регулус знал, что Сириус не способен на серьезные чувства. Знал, что самые длительные его «отношения» длились пару месяцев, и то, он считал, что это, чистой воды, случайность. А учитывая их с Софией взрывные характеры, Регулус полагал, что долго они не протянут.
Обдумав это не один раз, он пришел к выводу, что так будет даже лучше. Она увидит, что Сириус ей не подходит, увидит, что он ей ничего не может дать, кроме страданий и боли. Она разочаруется в нем. И тут появится он — Регулус, с предложением руки, сердца и целого мира, который он обязательно положит к ее ногам.
Но если с ее чувствами к брату он мог смириться, то внимание Сириуса к Софии выводило его из себя. Регулус знал, Сириус мог выбрать любую, абсолютно любую девушку, но почему-то выбрал именно ее. Ему не давала покоя мысль, что Сириус делает все это на зло, хоть он и понимал, что Сириус не знает ни о помолвке, ни о его чувствах к ней. Регулус уже привык, что все самое лучшее всегда достается брату — любовь родителей, восхищение одногруппников, всеобщее обожание. Но он не мог простить ему, что он собирается забрать у него и Софию тоже. Не мог простить, что Сириусу всё мало, и что ему надо лишить его всего, забрав всё себе.
Регулус вначале расстроился, что им назначали целую неделю отработок, но, подумав, что это не просто неделя отработок, а неделя, которую они проведут вместе, он воодушевился и даже с нетерпением ожидал вечер.
Конечно, его немного волновало, что скажет мама, когда узнает. Он уже так и представлял, как она будет говорить, что он пошел по скользкой тропинке брата. В голове отчетливо звучал ее голос: «Отработка? Чистка котлов?! Ты же Блэк! Как ты мог до такого опуститься? Какой позор!». Регулус надеялся, что в письме не будут докладывать матери, за что именно он провинился, и с кем в этот момент находился.
Понедельник тянулся медленно. Регулусу не терпелось отправиться на ужин, чтобы встретиться с Софией и вместе пойти к Филчу.
Сидя за слизеринским столом на своем привычном месте, он старался никак не выдавать свое волнение, постоянно поглядывая на вход в Большой зал. Но когда она, наконец, вошла в зал, всё равно не удержался и проводил её восхищённым взглядом, пока она не села напротив него.
— Привет, София.
— Регси, привет, — она немного нервно улыбнулась, — готов к отработке?
Регулус ей кивнул, думая, что готовился к отработке он целый день. И уж сегодня-то не опозорится, как прошлым вечером.
— Кстати, неприятные новости, — сказала она, сидя все еще перед пустой тарелкой, — мы будем не одни. С нами будут Поттер и Блэк.
Регулус чувствовал, как в крови начинает бурлить гнев. Он поверить не мог, что даже тут Сириусу потребовалось вмешаться. Даже сейчас он не даст ему возможности провести с ней время вдвоём.
Разумеется, ему всё надо у меня забрать! Всё! Сириус никогда не успокоится, пока не лишит меня всего, до чего только дотянуться сможет.
Регулус представил себе, как эту же новость она говорила Сириусу. Представил в откровенных и непристойных сценах, чувствуя, что гнев заполняет уже каждую клеточку тела.
— Ты ведь справишься? — с беспокойством в голосе спросила она.
— А почему бы мне не справиться? — Регулус старался говорить как можно более спокойно, но злость в голосе всё равно проскальзывала. — Конечно, будет тяжело, но я переживу общество двух…гриффиндорцев.
Он с таким чувством произнес последнее слово, будто это было самым грязным ругательством.
София только тяжело вздохнула и потянулась к тыквенному супу.
Регулус старался взять под контроль все свои эмоции, переживая, что может сорваться. Он не хотел, чтобы София вновь видела, как он теряет контроль над собой и ведет себя, словно полоумный. Но злость на Сириуса возрастала с каждой минутой всё сильнее.
Он чувствовал, как она бросает на него встревоженные взгляды, стараясь при этом говорить на отвлеченные темы. Регулус понимал ее беспокойство. Они с Сириусом не оставались наедине дольше пяти минут вот уже несколько лет. И одному Мерлину известно, чем закончится сегодняшний вечер. Но про себя Регулус решил, терпеть оскорбления Сириуса и Поттера он не будет.
Закончив с ужином, они поднялись и пошли в кабинет Филча. До его двери оставалось футов тридцать, как из-за противоположного угла вывернули Сириус с Поттером.
Регулус встретился с ледяным взглядом брата и тут же отвел взгляд. Он отчетливо видел в его глазах ненависть и отвращение. Сириус, как и всегда, непотребно выглядел. Мантия нараспашку, вместо школьной рубашки черная футболка. Магловские черные джинсы заправлены в ботинки. Регулус в ужасе думал, что бы сказала их мать, предстань он перед ней в таком виде.
Вид Поттера тоже сильно потряс Регулуса. Обычно егозливый дружок Сириуса, создающий вокруг себя невообразимый шум и суету, шел, опустив голову, и в абсолютной тишине. Регулус сомневался, что его так печалит отработка. Что-то явно произошло. Да и злобный вид Сириуса не внушал спокойствие. Регулус вновь взглянул на брата, тот не сводил взгляда с Софии.
Перед Регулусом опять всплыла вчерашняя картина, когда он застал их целующимися. И, Регулус был уверен, это самое безобидное, что они делают наедине. В голову, против воли, постоянно лезли откровенные кадры с участием Софии и Сириуса. Регулусу приходилось прикладывать немало сил, чтобы от них избавиться. И еще больше сил, чтобы не представлять себя на месте брата.