— Может, дать тебе книгу почитать? — с нескрываемым ехидством в голосе, спросил Северус и кивнул на стопку своих книг, — а то смотреть в стену быстро надоест.
Крауч ему ничего не отвечал, лишь нервно подергивая ногой, сидя на стуле.
— Скажи, Барти, ты у Мальсибера на побегушках? — спросил Северус, с восторгом наблюдая, как тот потихоньку выходит из себя, — почему он именно тебя послал следить за мной? Неужели на Слизерине мало полукровок, которым можно поручить столь неблагодарное дело?
Крауч метнул на него яростный взгляд.
— Неужели один из лучших студентов школы, — медленно продолжал Северус, — должен сидеть в подземелье и так бессмысленно тратить свои часы…
На самом деле, этот факт тоже удивлял Северуса. Он знал, что Крауч, при всем своем нахальном и взбалмошном характере, довольно умен. Иначе, он бы не смог сдать все двенадцать СОВ на «превосходно». И то, что именно Крауча заставили сидеть с ним, было странно.
— Хватит трепаться, Снейп, — резко ответил Крауч, — займись лучше делом.
Они долго смотрели друг другу в глаза. Крауч, с пылающими от злобы глазами, и Северус, с хладнокровным спокойствием в черных глазах.
— Если ты захочешь пройтись, — Северус остановился на мгновение и усмехнулся, окинув взглядом комнату, — дальше, чем эти пара десятков футов, я не обижусь.
Крауч смотрел на него с нескрываемым отвращением.
— Да и Мальсиберу об этом тоже не скажу, — добавил Северус. — Мне, знаешь ли, спокойнее работать в одиночестве. И у тебя, наверняка, есть дела поинтереснее…
Крауч опять поднялся со стула.
— Совершенно с тобой согласен, Снейп, — прошипел он, — смотреть на твою скользкую рожу мне не доставляет никакого удовольствия.
Крауч в один шаг оказался у выхода и, развернувшись, сказал:
— Приду в девять. И надеюсь увидеть хоть какое-то продвижение в работе.
Северус с удовлетворением проследил, как за Краучем закрывается проход и вновь вернулся к книгам.
========== 59. Прогулка возле Черного озера ==========
Ремус Люпин
— Ты печальный весь день, — протянула Эшли, беря его за руку и заглядывая в лицо, — что-то произошло?
— Нет-нет, все нормально, — на автомате ответил Ремус, переплетая с ней пальцы рук. Он посмотрел на Эшли и встретился с ее нахмуренным лицом, какого еще никогда не видел. Ремус остановился и вздохнул. — У всех проблемы, а я не знаю чем и помочь…
Он подумал, что вполне может рассказать Эшли то, что его так беспокоит. Эшли обладала удивительным, добрым сердцем. И, несмотря на ее любовь поболтать, умела хранить чужие секреты. К тому же, ему сейчас как никогда требовалось с кем-нибудь поговорить и поделиться своими мыслями.
— Как ты уже знаешь, Джеймс и Лили расстались…- начал говорить Ремус, но Эшли не дала ему и закончить.
— Да, это из-за Элисон, — кивнула она. — Она, кстати, об этом безумно жалеет. Говорит, ее черт попутал. И все еще из-за этого очень страдает, — Эшли вытаращила на него глаза. — Она даже хотела подойти к Лили Эванс и сказать, что это она во всем виновата! Но ее отговорили…
Как уже успел узнать Ремус, Элисон, та самая пуффендуйка, с которой целовался Джеймс, училась вместе с Эшли, и была довольно милой и хорошей девушкой. И для которой было совершенно не свойственно целовать чужих парней.
— Вины Элисон тут нет, — сказал Ремус, — ну, разве что, совсем немного. Просто она оказалась не в то время, не в том месте.
Эшли согласно кивнула.
— Джеймс сам в этом виноват, и он полностью это признает, — сказал Ремус, легко потянув Эшли за собой, спускаясь к Черному озеру.
Джеймс действительно полностью признавал свою вину. И хоть Ремус и был согласен в его виновности, Джеймсу он об этом не говорил.
— Но они ведь еще помирятся! — воскликнула Эшли, — правда, Ремус?
— Помирятся, — неуверенно сказал он, — только…
— Только, что? — спросила Эшли. Ремус не знал, как правильно сказать то, что его так волновало в этой ситуации.
— Только вот… Джеймс ничего не делает, — ответил, наконец, он.
— Ничего не делает? — удивлённо переспросила Эшли.
— Да…понимаешь, Джеймс раньше Лили прохода не давал. Его не останавливали ни ее отказы, ни оскорбления, ни игнорирование. Он всегда с таким упорством добивался ее, — Ремус замолчал на мгновение, — а сейчас… стоит Лили на горизонте появиться, он сразу сникает, омрачается, посмотреть в ее сторону боится.
Эшли ничего не отвечала, внимательно его слушая.
— Это так не похоже на него, — продолжил Ремус. — Джеймс… тот Джеймс, которого я знаю, с бараньим упрямством бы добивался прощения. Не отступал ни на шаг, не переставал верить. И Лили бы его простила! Может быть, не сразу, но он бы добился своего. Как и всегда.
— Видимо, Джеймс действительно чувствует свою вину, — сказала Эшли. — Но он скоро с этим смирится, и добьется ее прощения. Разве не так?
— Хотелось бы в это верить, — Ремус тяжело вздохнул.
Они дошли до Черного озера и сейчас смотрели на его зеркальную поверхность, по которой проходила сильная рябь от ветра.
— Он говорит, что сам бы никогда не простил измену, — тихо сказал Ремус. — Говорит, что он недостоин Лили.
— Но ведь это не так! — возмутилась она. — Даже на Пуффендуе ходят легенды о том, как Джеймс Поттер добивался Лили Эванс!
Ремус слабо улыбнулся, взглянув на ее разрумянившееся то ли от возмущения, то ли от ветра лицо.
— А ты пробовал с ним поговорить? — спросила Эшли. — Спросить, почему он ничего не делает?
— Пробовал, — вздохнул Ремус, думая о последнем таком разговоре, когда Джеймс с ожесточенной злостью говорил, что для начала ему надо самого себя простить, а уж потом добиваться прощения Лили.
— А Лили? Вы же с ней старосты, наверняка общаетесь. Что она говорит?
Ремус и правда пытался днем ранее поговорить об этом с Лили. Не напрямую, но хотя бы намекнуть, узнать, что она об этом думает, и есть ли у Джеймса шанс на прощение. Ничем хорошим этот разговор не закончился.
— Лили и слышать ничего не хочет про него, — ответил Ремус. — И ее вполне можно понять.
Ремус вновь потянул Эшли за собой, не в силах стоять на одном месте. Они пошли вдоль кромки Черного озера, не доходя до воды лишь пару футов.
Ремус подумал, что, наверное, прошло еще слишком мало времени, но смотреть на страдания Джеймса было невыносимо.
— Но Джеймс и Лили не единственные, кто тебя беспокоит? — спросила Эшли, после непродолжительного молчания.
— Да, — кивнул Ремус, — Сириус…
Сириус, пожалуй, волновал Ремуса даже больше, чем Джеймс. Потому что, если с Джеймсом все было понятно, тот делился с ними всеми своими переживаниями, то с Сириусом дела обстояли куда хуже. Сириус полностью закрылся от них, ничего толком не объяснив. На все расспросы огрызался и злился.
— Что с Сириусом? — спросила Эшла, когда Ремус долго не продолжал.
Ремус посмотрел на Эшли. Она не знала, что Сириус с Софией встречались.
«Да не встречаемся мы!»
Или чтобы они там не делали вместе.
Впрочем, об этом никто в школе не знал, и Ремус сомневался, что может рассказать это Эшли, хоть и доверял ей.
— Сириусу нравится одна девушка…- нерешительно начал он.
— София де Бланк, — уверенно сказала Эшли.
Ремус на нее удивленно уставился, и Эшли улыбнулась.
— Это было слишком просто, — сказала она, с лукавым огоньком в глазах. — Когда мы сидели в «Трех метлах», Сириус даже не пытался скрыть своих чувств.
— Да, верно, — протянул Ремус, пораженный ее проницательностью.
— У них что-то случилось?
— Случилось, — кивнул Ремус. — Как ты уже, наверное, поняла, они не…афишировали свои отношения…
— Почему, кстати? — перебила его Эшли.
— Думаю, на этот вопрос даже они сами не знают ответ, — устало вздохнув, ответил Ремус. — Но сейчас…сейчас они, вроде как, расстались.