Северус перевел дыхание, утешая себя тем, что после приготовления зелья, он лично расквитается с Мальсибером самыми отвратительными заклятиями.
Или еще лучше, отравлю. Чтоб подыхал в муках.
— Я полагаю, — спокойно ответил Северус, — что зелье не одно. Вероятнее всего, их семь, и готовятся они в несколько этапов, как и применяются.
Мальсибер никак не выдавал своих эмоций, лишь с холодом и высокомерием, глядя на Северуса.
— И это всё? — удивленно спросил Мальсибер, после непродолжительного молчания.
— Всё, — ответил Северус, с трудом контролируя своё раздражение.
— Я правильно понимаю, — медленно произнес Мальсибер, театрально нахмурив брови, — что ты целую неделю потратил на то, чтобы предположить, что зелье может быть многоступенчатым?
— Да, — сказал Северус, стараясь не выдать нервную дрожь в голосе, — если бы вы дали больше информации, я бы продвигался гораздо быстрее. Трудно работать, когда тебе сказали: «приготовь то, не знаю что».
— Скажешь это своей матери, — Мальсибер ухмыльнулся и добавил: — Если успеешь.
В Северусе опять начала закипать от злости. Ему надоело, что на каждое его слово ему угрожают расправой с матерью.
Мальсибер показательно вздохнул и произнес:
— Что ж, если ты больше ничем не можешь меня порадовать, можешь идти.
— Идти? — непонимающе переспросил Северус.
— Да, на сегодня всё, — кивнул Мальсибер и вновь потянулся к его записям. — А это оставь, я ещё посмотрю.
Северус бросил взгляд на свои записи. Он слишком ревностно относился ко всем своим исследованиям, чтобы добровольно их кому-то оставлять. Тем более, когда этот кто-то был скользкий и неприятный слизеринец.
Мальсибер, заметив его взгляд, усмехнулся и сказал:
— Мне надо знать, на каком ты этапе и что именно узнал, так что не надо строить такое лицо.
Северус молча поднялся, взял свою сумку и без лишних слов направился на выход. Он весь кипел от злобы и ненависти. Он злился на Мальсибера и его самодовольный тон. Злился на себя, что не в состоянии как-то повлиять на ситуацию. Злился на судьбу, что не щадит его.
Он уже был на самом верхнем уровне подземелий, как за поворотом услышал ненавистный голос Крауча. Северус резко затормозил и прислушался.
— Ну что же ты так рвешься, детка, — с нажимом говорил он, — мы лишь немного порезвимся и всё. Уверен, тебе понравится.
Следом послышалась возня и отборная ругань. Северус, с замиранием сердца, узнал и второй голос.
— Хватит, София, детка, — продолжал Крауч, — я не хочу накладывать на тебя Силенцио. Мне хотелось бы слышать твои сладкие стоны…
Больше всего Северусу хотелось развернуться, уйти и не вмешиваться. Ему не нравился Крауч, ему не нравилась Бланк. И ему так не хотелось влезать в очередную склоку. Но совесть тонким, неприятным голоском говорила, что Сириус его не простит, если узнает, что он был тут и не вмешался. И что ему следует сделать хоть один правильный поступок за последнее время.
Проклиная гриффиндорское благородство, Северус приготовил палочку и вывернул из-за поворота. Крауч стоял, прижимая к стене Бланк, которая упиралась ему руками в грудь. Оба тут же вздрогнули и повернули на него головы.
Северуса поразил тот страх, что был в глазах Бланк. Она выглядела по-настоящему испуганной, словно маленькая, беззащитная девчонка, что попала в руки монстра. Ее палочка была отброшена на пару футов от них.
Северус перевел взгляд на Крауча, который явно не ожидал увидеть его в коридоре. Он стоял с палочкой в руке, кончик которой был в опасной близости от шеи Бланк.
Северус остановился в нескольких шагах от них и спокойно произнес:
— Отпусти её.
Крауч рассмеялся.
— Иди куда шел, Снейп, — ухмыльнулся он, — это наши, слизеринские, дела. Они тебя не касаются.
Бланк, воспользовавшись тем, что Крауч отвлекся, резко оттолкнула его, и со всей силы заехала коленом ему между ног. Крауч согнулся пополам от боли, сопровождая это непристойными выражениями. Даже Северус скривился, представив себе его боль.
— Получай, урод, — прошипела она ему, подобрала свою палочку, и вихрем унеслась в подземелья, бросив напоследок взгляд на Северуса.
Северус тоже хотел уйти, оставив Крауча корчиться от боли, но необходимо было довести дело до конца. Северус соображал, что лучше ему сказать. Он десятки раз видел, как Джеймс запугивал ухажёров Лили, чтобы те и не думали к ней приближаться, и понимал, что также он не сможет.
Самым простым решением было сказать, что Бланк встречается с Сириусом. Это хоть и была ложь, но Северус считал, этот вопрос лишь делом времени. На Крауча это подействовало бы, в школе мало желающих испытать гнев Сириуса на собственной шкуре. Да и вариант спихнуть эту проблему на друга был уж очень заманчивым. Северус не отказался бы взглянуть, как Крауч схлопочет по физиономии от разъяренного Сириуса.
Но сталкивать этих двоих было слишком опасно. Опасно для Северуса. Потому что Крауч, в состоянии страха, или просто, потому что не умеет держать язык за зубами, мог рассказать Сириусу о том, что Северус готовит для них зелье. А это допускать никак нельзя.
Как хорошо, что Сириус не единственный Блэк, что не ровно дышит в сторону Бланк.
Северус подошел к Краучу, который скрючившись от боли, всё еще вполголоса сыпал проклятья.
— Ты знаешь, Барти, что одному человеку в Хогвартсе очень не понравится, если он узнает, что ты делал с мисс де Бланк? — Северус говорил медленно, растягивая слова. Крауч поднял на него взгляд и с трудом разогнулся.
— Кому это? — прошипел он, — тебе что ли?
— Нет, не мне, — равнодушно ответил Северус. — Одному твоему другу.
Взгляд Каруча забегал из стороны в сторону, он нервно облизнул губы и усмехнулся. Северус немного склонил голову, не сводя с него своих глаз.
— Регулус Блэк думаю, очень расстроится, когда узнает, что ты зажимал мисс де Бланк в пустом коридоре, словно какую-то распутную девицу.
Северус говорил на удачу, он не знал, известно ли Краучу о чувствах его друга к Бланк. Но знал, что Регулуса на Слизерине уважают и побаиваются. И вряд ли Крауч захочет с ним ссориться.
Взгляд Крауча стал испуганным, усмешка тут же сползла с его лица.
— Ему наплевать на нее, он считает ее предательницей! — воскликнул он.
Северус растянул губы в улыбке, радуясь, что попал в самую точку.
— О, разумеется, — тихо сказал он, — значит, ты не будешь против, если я ему об этом расскажу?
Крауч прожигал его ненавистным взглядом.
— Да я даже не сделал ничего! — с отвращением выплюнул он.
— Только потому, что я успел вовремя, — заметил Северус.
Крауч, тяжело дыша, не сводил с него глаз.
— Вздумал мне угрожать, Снейп? — усмехнулся он. — Мне ведь тоже есть, что рассказать твоим дружкам.
— Рассказывай, Барти, — Северус равнодушно пожал плечами. — Только учти, что Мальсибер явно не обрадуется тому, что ты треплешься о тайном задании. Кстати, он сейчас заходил ко мне, тебя искал… так что, думаю, тебе лучше поспешить.
Крауч еще с мгновение испепелял его взглядом, потом резко развернулся и пошел в сторону своей гостиной. Северус проводил его взглядом, пока он не скрылся за поворотом, убрал палочку и направился к себе с чувством выполненного долга. И размышляя, не стоит ли и правда рассказать о случившемся Регулусу Блэку, только ради того, чтобы посмотреть, что он сделает с Краучем.
Комментарий к 62. Зелье для Пожирателей Смерти
Северус зашел в спальню, где был один лишь Сириус, который лежал на кровати и таращился на Карту Мародеров. У Северуса сердце в пятки ушло от страха, что он видел его с Бланк, с Краучем или, что хуже, с Мальсибером.
- Опять за своей змеей следишь? – спросил Северус, стараясь придать голосу равнодушия.
Сириус в ответ бросил на него злой взгляд.
- Она не моя, - грубо сказал он, поднялся с кровати, закрыл Карту и ушел из спальни.