Северус с облегчением за ним проследил, понимая, что если бы Сириус видел его с кем-то из слизеринцев, сразу бы устроил разбор полетов. Он подошел к его кровати и взял Карту, подумав, что безопаснее ее хранить у себя.
========== 63. Признание ==========
София де Бланк
София быстрым шагом шла в гостиную, не видя ничего перед собой. Всё внутри дрожало от пережитого страха. Она всё ещё ощущала на себе руки Крауча, которые позволяли себе лишнее, ощущала его дыхание, что неприятно опаляло кожу. И всё ещё помнила ужас, от которого все внутренности сжимались и сковывались. Она боялась представить, что могло случиться, не окажись Снейп в том коридоре.
Она никогда не опасалась Крауча всерьез, думая, что он лишь немного с придурью, но в целом безобидный. И когда он с силой прижал ее к стене, легко выбив палочку из рук, она испытала настоящий ужас.
Зайдя в гостиную, она сразу направилась в спальню. Ей не терпелось оказаться в душе, чтобы смыть с себя всю грязь, что осталась от Крауча.
Она сама не заметила, как из глаз полились слезы, смешиваясь с водой. Ей было противно, гадко и до боли мерзко, от прикосновений Крауча. Софию мелко трясло, ей казалось, эту грязь уже никогда не смыть. Стоило ей закрыть глаза, как сразу всплывал Крауч с перекошенным лицом от напряжения, и прижимающейся к ней всем телом.
Ей еще никогда, как сейчас, не хотелось оказаться в объятиях Блэка, которые способны были укрыть от любых проблем и невзгод.
Стоя под горячими струями душа, она вспоминала, сколько раз подобным образом ее зажимал Блэк. Но ни разу, ни одного раза за всё это время, она не испытывала страх перед ним. Она испытывала ненависть, злость, азарт, страсть и еще целую палитру эмоций, но страха никогда не было. Она всегда знала, что несмотря на его агрессивный и вспыльчивый характер, он ей никогда не навредит. Что какими бы настойчивыми не были его руки, они никогда не позволяли себе лишнего без ее согласия. Блэк мог одним своим видом довести ее до сумасшедшей страсти и вызвать безумное желание, даже не прикасаясь к ней. Но он никогда не вызывал в ней страх перед ним.
Она не хотела выглядеть слабой, человеком, который не может постоять за себя и которому требуется защита. Но в голове все чаще начинало проскальзывать желание, чтобы Блэк пришел отстаивать ее честь. И после непродолжительной борьбы со своей гордостью, она, наконец, расслабилась и призналась себе, что ждет не дождется Блэка, который придет за нее заступиться. Она помнила, с каким беспокойством он спрашивал у нее, не достает ли ее Крауч, и надеялась, что он так просто это не оставит.
Ей хотелось остаться в комнате, чтобы спокойно предаваться мыслям о своей несчастной судьбе, но еще больше ей хотелось увидеть Блэка, который, она верила, обязательно придет. Она оделась и вышла в гостиную, устроившись на любимом диване возле камина.
В глубине души, она надеялась, что Блэк придет вступиться за нее, и они помирятся.
Время шло, Блэк всё не появлялся. Она постоянно бросала взгляд на вход в гостиную, в ожидании увидеть его. И постоянно смотрела на часы, думая, что Блэк уже давно успел бы дойти.
Она думала, почему он не идет, и не могла придумать достойной причины.
Вариант, что Снейп не рассказал Блэку, она сразу исключила. Этим двоим только дай возможность над слизеринцами поизмываться, и Снейп бы не упустил такой шанс.
София вообще была поражена поступком Снейпа. Она знала, окажись она на его месте, вероятнее всего, прошла бы мимо. И то, что он заступился за нее, немного подняло его в ее глазах. И от того, она еще сильнее убеждалась, что раз Снейпу не всё равно, он обязательно рассказал бы Блэку.
Был еще вариант, что Снейп не успел рассказать об этом Блэку, потому что тот проводит время с одной из своих девиц. Но отбой уже давно был, и они наверняка уже встретились. Только если Блэк решил не возвращаться в свою спальню на ночь. София это и по себе прекрасно знала. Они с Блэком могли до глубокой ночи проводить время вместе, возвращаясь к себе лишь под утро. Ей словно ножом по сердцу полоснули, а горло опять сдавили слезы, осознавая, что вероятно, так оно и есть.
Но даже этот вариант ранил не так больно, как тот, что Блэку просто-напросто наплевать.
Может Снейп потому и заступился, что знает, этого уже не сделает Блэк…
Факт, что ему всё равно на нее и ее проблемы, терзал и мучил душу. То, что он преспокойно развлекается и радуется жизни, тогда как она страдает, убивал ее.
К полуночи гостиная полностью опустела. Камин погас, и от тлеющих углей лишь тонкой, прерывистой струйкой поднимался дымок. София поняла, что он уже не придет.
***
Профессор Бинс читал очередную лекцию о нападении гоблинов в семнадцатом веке. Студенты отчаянно боролись со сном, некоторые изредка записывали даты и имена. И только трое студентов не находились в общей дреме, в которой царил остальной класс.
София сидела и прожигала взглядом парочку, сидящую на пару парт впереди нее. МакКиннон разве что не сверкала от счастья, постоянно поворачиваясь на Блэка и одаривая его улыбками и многозначительными взглядами. Блэк, сидящий практически вплотную к ней и положив руку на спинку ее стула, накручивал на палец ее волосы, что-то нашептывая ей в ответ на улыбки.
Ему все равно. Ему все равно. Он не пришел, потому что ему все равно.
София окончательно убедилась, что Блэк не пришел, потому что ему нет никакого дела до нее.
Она представляла, как Блэк и МакКиннон накануне вечером сидели возле камина в своей гостиной, обжимаясь и целуясь. Как к ним подошел Снейп и рассказал о случившемся, а эти двое лишь рассмеялись, Блэк сказал, чтобы она сама разбиралась со своими проблемами, а у него есть дела поважнее, взял МакКиннон за руку и пошел с ней к себе. Представляла, как он ее раздевает, покрывая поцелуями ее шею, как смотрит на нее горящими глазами, в которых одна лишь безумная страсть, как шепчет ее имя, обжигая кожу горячим дыханием, как сжимает ее своими руками, как путается пальцами в ее волосах и ловит поцелуями ее стоны.
София неотрывно следила, как рука Блэка переместилась на ногу МакКиннон и теперь медленно ползет всё выше.
Она почувствовала, как в груди всё знакомо сжалось, словно перед взрывом, скрутив легкие и сжимая ребра. Ей стало трудно дышать, в глазах потемнело. Она хрипло вздохнула, пытаясь поймать хоть немного воздуха.
Нет, нет, только не снова…только не сейчас…
Монотонную речь Бинса перекрыл звон стекол, что мелко задрожали в оконных рамах. Студенты тут же встрепенулись, с беспокойством уставившись на окна, которые, казалось, еще немного и разлетятся вдребезги. Даже Бинс перестал бубнить, с удивлением глядя на окно, звонкое дребезжание которого всё нарастало.
Весь воздух в кабинете начал искрить и мерцать, наэлектризовавшись и создавая уловимое напряжение. София знала, что это из-за нее. Она из последних сил старалась взять под контроль свои эмоции, мертвой хваткой вцепившись в парту и зажмурившись, все еще не в силах сделать вдох.
Надо подумать о чем-то хорошем.
Вспоминай, давай… хорошее…
Ей требовалось отвлечься. Первое, что пришло на ум, был вечер, когда Блэк впервые привел ее в Выручай-комнату, где танцевал с ней под Фрэнка Синатру. Где смотрел на нее, как ей казалось, особенным взглядом и обнимал своими руками. Руками, что сейчас прикасались к МакКиннон.
Боль в груди стала невыносимой, с силой сжимая ребра и не давая выдохнуть. Изнутри словно рвалась сила, готовая разорвать ее на тысячу маленьких кусочков. Режущая боль отдавалась в каждой клеточке тела, рискуя лишить ее разума. София сжимала зубы, стараясь не выпустить крик, что вырывался наружу от этой пытки.
Звон усилился. Дребезжать начали мелкие предметы и чернильницы, лежащие на партах. Некоторые тут же попадали на пол, разбиваясь и разбрызгивая чернила. Упала стеклянная ваза с полки, в которой стояли засушенные цветы, разлетевшись на сотни осколков. По окнам прошли мелкие трещины, паутинкой расползаясь в разные стороны.