— Бланк, пообещай, что больше никогда меня не оставишь, — сказал он, не отрывая взгляда от ее лица.
— Обещай, что больше никогда меня не отпустишь, Блэк.
Никогда… никогда не отпущу.
Комментарий к 70. Душа моя
Tu as brisé mon coeur (франц.) - Ты разбил мне сердце.
========== 71. Селестина Уорлок, гелиопаты и замечательный друг ==========
Ремус Люпин
— Ремус!
Он выходил из Большого зала, как услышал голос Эшли.
— Привет, — он ее слегка приобнял и поцеловал в щечку, сразу смутившись от взглядов других студентов.
— Идешь в библиотеку? — спросила Эшли, показав на книги в его руках.
— Да, следующая неделя зачетная, надо подготовиться…
— Можно с тобой? — тут же спросила она, — обещаю, я не буду мешать! Рядом посижу, почитаю трансфигурацию.
Эшли так обворожительно улыбнулась, кокетливо похлопав глазами, что у Ремуса и мысли не возникло ей отказать, даже если бы она собралась ему мешать.
— Ты ведь знаешь, я всегда рад твоей компании, — ответил он, позволяя ей взять его под руку, и направляясь в сторону библиотеки.
Эшли даже учебник не успела раскрыть, начала рассказывать о своей подружке, которая все еще — о, ужас — не купила платье на рождественский бал. Рассказывала долго и в мельчайших подробностях, в каждом предложении используя слово «бал». Ремус понимал, к чему она клонит. Он все еще не пригласил ее. Он сам не знал, почему тянет с этим вопросом. Ведь он хочет пойти с ней, и знает, что она ждет от него приглашения.
Отбросив все лишние сомнения в сторону, он дождался, пока она закончит очередную мысль, и произнес на один дух:
— Эшли, я давно собирался у тебя спросить, ты не хотела бы пойти со мной на рождественский бал?
— Конечно, Ремус! — Эшли тут же засияла ярче солнца. — А я все жду, когда же ты меня пригласишь! До бала пять дней осталось! У меня платье давно куплено, и прическа продумана, а ты все не приглашаешь! — она хоть и говорила с легкой укоризной, но выглядела счастливой.
Ремус облегченно выдохнул, а Эшли начала размышлять, кто же в этом году приедет в качестве приглашенного артиста.
— Вам на собрании старост наверняка говорили, кто будет выступать? — спросила она и умоляюще сложила ладони. — Признайся, Рем, пожалуйста! Я иначе умру от любопытства.
— Нет-нет, нам строго-настрого запретили рассказывать, — ответил он, с трудом скрывая улыбку и пытаясь сохранить серьезное выражение лица.
Эшли громко ахнула и вцепилась ему в руку, приблизившись.
— Ты знаешь, Ремус! Прошу, расскажи.
— Не могу, — он помотал головой, хотя уже чувствовал, что начал сдаваться. Он готов был рассказать самую страшную тайну, лишь бы видеть ее довольное лицо.
— Это Ирвин Уорбл? — спросила она с горящими от восторга глазами. — Или Лоркан д’Эат? Или коротышка Бордман? — предположила она, похихикав. — Или, может быть, снова пригласили «Sărut»?
— Не угадала, — сказал Ремус, и, понизив голос, добавил: — Но была близка с первым именем.
— Мерлин, неужели пригласили Селестину Уорлок? — пролепетала она, еще сильнее прижимаясь к нему.
Ремус кивнул, с улыбкой глядя на ее восторженное лицо.
— Это же звезда первой величины! — прошептала она.
— С ней еще будет хор, состоящий из ведьм-банши.
— Обалдеть…
— Только, Эшли, обещай, что никому не расскажешь. Это большой сюрприз.
— Обещаю, — она усердно закивала головой. — Даю слово, никому не расскажу. Хотя не представляю, как я буду носить в себе эту тайну. Меня уже просто распирает всем рассказать!
— Уверен, ты справишься, — улыбнулся он. Ремус знал, что ей хоть и будет тяжело не рассказывать подобный секрет подружкам, но если уж она пообещала, то слово сдержит.
Эшли мечтательно вздохнула, перебирая вслух, все известные ей, песни Селестины Уорлок, отмечая самые любимые, и выражая надежду, что она споет именно их.
— Ну надо же, Селестина Уорлок… мы увидим настоящую легенду, — протянула она, с улыбкой на лице. — Моя мама хоть и магла, но она тоже очень любит ее послушать.
Эшли вдруг напряглась и выпрямилась.
— Кстати, Ремус, а чем ты будешь заниматься в рождественские каникулы? — спросила Эшли, хватаясь за кончик своей косы.
…о нет.
Ремус уже выучил наизусть все ее привычки, и если она только тянется к своим волосам — жди беды. Или как минимум непростого разговора.
Ему хватило лишь немного прислушаться к исходящим от нее эмоциям, чтобы отчетливо уловить нервозность. Ремус не понимал, с чем это может быть связано. Еще мгновение назад она была совершенно расслаблена.
— Рождество я встречу с отцом, — ответил он, не уточняя, что рождество он встретит в глубоком подвале под десятью замками и защитными чарами, так как на эту ночь выпадает полнолуние. — А в каникулы, наверное, встретимся с друзьями. Обычно мы собираемся у Джеймса…
Как только Ремус это произнес, он вдруг сообразил, что, вероятно, в этом году они и не встретятся. Джеймс позвал на каникулы Лили к себе в гости, и наверняка планирует провести все праздники с ней. И Ремусу бы не хотелось им мешать. Сириус, скорее всего, и на шаг не отойдет от Софии. И Ремус более чем уверен, что эта парочка займется осквернением поместья в Блэкпуле. А Северус явно будет возле матери все каникулы. Да и с Белби, наверное, захочет увидеться.
На него неожиданно нашла легкая грусть. Предыдущие пять лет в рождественские каникулы они всегда собирались у Поттеров на несколько дней. Это стало своеобразной традицией. И было грустно осознавать, что этого уже не случится.
Разумеется, все равно или поздно заканчивается… мы повзрослели, изменились. Не удивительно, что все предпочтут провести каникулы со своими девушками…
— Мы могли бы тоже встретиться, — Эшли вырвала его из раздумий, сжимая его руку и привлекая внимание. — Погуляли бы по Уиндермиру. У нас там очень красиво, потрясающая природа. Правда, зимой туристов много. Хотя, вообще-то, их круглый год много. Зато зимой работает несколько ярмарок! Жаль не удастся посмотреть морское чудовище, оно редко появляется на поверхности озера. Но можно посмотреть Камберлендские горы, там, между прочим, находится самая высокая точка Англии! Или сходить в Лейк-Дистрикт!
Эшли было не остановить. Она ему в красках описывала все красоты заповедника, поблизости от которого живет ее семья. Рассказывала о ярмарках, что проводят в их графстве, и что в прошлом году приезжал самый настоящий вампирский клан. И долго жалела, что не будет возможности взглянуть на чудовище, что живет в озере. Эшли и сама его никогда не видела, но свято верила во все легенды, что ходили в их городке об этом существе.
— Я думаю, это отличная идея, — сказал Ремус, когда она, наконец, закончила рассказывать.
— Правда? –на ее губах тут же засияла улыбка.
— Правда, — Ремус улыбнулся в ответ. Он и сам хотел бы встретиться с ней в каникулы, понимая, что за это время успеет по ней сильно соскучиться, а раз уж и все друзья будут заняты, то обстоятельства складывались как нельзя лучше. — Можно встретиться в Новый год…
— Будет здорово, если ты приедешь на пару дней ко мне, — выпалила она, не дав ему договорить до конца. — Мои родители приглашают тебя в гости, да и братья хотят с тобой познакомиться.
Вот и случилось то, чего он больше всего боялся. Знакомство с ее семьей. Это важный шаг для любого человека, а уж для него-то особенно. Ни одни родители не пожелают такого счастья своей дочери, как оборотня в пару. А если они продолжат встречаться, правда однажды всплывет. И ее семья его возненавидит.
Ремус покосился на Эшли. Он все еще не рассказал ей о своей болезни, хотя давно должен был сделать это. Он видел, с каким доверием она к нему относится, с какой нежностью смотрит. Он медленно влюблялся в ее ласковые прикосновения, в ее звонкое щебетание, в ее мягкие волосы, заплетенные в косы. Влюблялся в ее лучистую улыбку и сияющие глаза. Влюблялся в то ощущение тепла и уюта, что появляется в его душе рядом с ней. В ощущение легкости и света, что неизменно ее окружало. И, вероятно, он боялся лишиться всего этого. Боялся, что если расскажет ей правду, она не только отвернется от него, она будет смотреть с отвращением, будет жалеть обо всех поцелуях, что дарила ему, о времени, что провела с ним.