— Это так, — вздохнула Лили, — по крайней мере, раньше было, но когда я приехала, Петунья вела себя… намного лучше, чем обычно. И я хочу попробовать наладить с ней отношения. Она же моя сестра, близкий человек.
Лили видела по глазам Джеймса, что ему совершенно не нравится это идея, но он, к ее большому удивлению, не возмущался и даже не повышал голос.
— Хорошо, — кивнул он и улыбнулся, — если для тебя это важно, сходим с ними на ужин. Возможно, даже удастся повеселиться.
У Лили сразу по лицу хмурая тень пробежала. Она прекрасно знала, что означает поттеровское «повеселиться».
— Хотя, вижу по твоему лицу, никакого веселья не предвидится, — серьезно сказал Джеймс, и тут же не сдержавшись, усмехнулся.
— Вряд ли, — мрачно заметила Лили, — судя по рассказам Петуньи, этот Вернон… страшный зануда, — Лили вспомнила, как его назвал Джеймс, решив, что это определение наиболее подходящее.
— Он знает, кто мы?
— В смысле, что мы волшебники? — уточнила Лили. — Знает, Петунья ему рассказала.
— О, ну тогда скучать мы точно не будем, — Джеймс не хорошо усмехнулся.
— Что это еще значит, Поттер? — сурово спросила Лили. — Он магл, мы вообще не имеем права рядом с ним колдовать.
— А кто говорил, что я буду колдовать? — спросил он, приподнимая одну бровь.
Лили долго на него смотрела, видя, как из него так и прет предвкушение предстоящей встречи, где он сможет поиздеваться над женихом сестры.
— Умоляю, Джеймс, не делай… ничего такого, за что мне будет стыдно.
Он задумался на мгновение, явно прикидывая варианты, как можно обойти эту просьбу.
— И ничего такого, из-за чего Петунья может разозлиться, — добавила Лили. — И ничего такого, что может напугать Дурсля.
— Мне вот интересно, — возмутился Джеймс, — твоя сестра тоже говорит Дурслю не делать ничего такого, что могло бы, не дай Мерлин, не понравится Джеймсу?!
Лили почувствовала легкий укол совести.
— Может, мне вообще не ходить, если ты думаешь, что я опозорю тебя?!
— Я вовсе не думаю, что ты меня опозоришь! Я только прошу… не издеваться над ним. Потерпеть пару часов без шуточек. Думаю, ты сможешь.
Джеймс нахмурился, откинувшись на спину, и тут же скосил глаза на Лили.
— И что я получу взамен?
Лили хитро улыбнулась, перекидывая через него ногу и садясь сверху.
— А что бы ты хотел?
Руки Джеймса сразу оказались на ее бедрах, быстро пробираясь под юбку.
— Знаешь, у меня была еще одна мечта, которую я всегда хотел осуществить в комнате Лили Эванс.
Джеймс Поттер
Лили с Джеймсом целый день гуляли по Коукворту. Она ему показала местные достопримечательности, которых набралось всего две штуки. Водила его в красивый парк, расположенный на берегу реки. Показывала начальную школу, где она училась до поступления в Хогвартс, и рассказывала о своих друзьях-маглах.
Они прошли вдоль больницы, где работают родители Лили. Она долго рассказывала о сложной работе мистера Эванса, и о том, что уже пару лет, в летние каникулы, она тоже подрабатывает в этой больнице, помогая в отделении своего отца ухаживать за детьми после операций. Джеймс искренне восхищался мистером Эвансом. Не только потому, что Лили была точной копией своего отца, с такими же огненно-рыжими волосами и зелеными глазами. Но и потому, что, следуя из рассказов Лили, такая работа требовала немалого мужества и больших знаний. Мистер Эванс вызывал у него уважение еще и потому, что при такой работе он сумел сохранить жизнерадостность и легкость характера.
Они уже возвращались в сторону дому, когда Джеймс заметил яркое пятно, на фоне заснеженных улиц.
— Это парк аттракционов, — пояснила Лили, когда Джеймс подтащил ее к забору. — Он закрыт, но летом обязательно туда сходим, — добавила она, с улыбкой посмотрев на горящий взгляд Джеймса.
Джеймсу не хотелось ждать лета. Глядя на сложные, железные конструкции, яркие кабинки и многочисленные горки, он хотел перелезть через забор и магией завести эти карусели, но Лили была непреклонна.
Когда до встречи с Петуньей оставался час, они вернулись домой к Лили, чтобы она успела переодеться и привести себя в порядок. И заодно дать Джеймсу последние указания, о чем не следует говорить при Петунье и ее женихе. Слушая нотации Лили, Джеймс сдерживался из последних сил, чтобы не закатить глаза, не насмехаться и не возмущаться. То, что она так переживает из-за встречи с сестрой, казалось ему попросту ненормальным. Он не понимал, почему Лили постоянно старается ей угодить и все время ищет возможности наладить с той отношения, тогда как очевидно, что Петуньей все это не надо. Но Джеймс мужественно терпел, утешая себя, что это один лишь вечер. Хотя про себя он решил, если Петунья или ее жених, только попробуют оскорбить Лили или расстроят ее, он этого так не оставит.
***
Они трансгрессировали в темный проулок, находящийся за углом ресторана, который выбрал Дурсль. Они задерживались уже на десять минут, и Лили без конца переживала, как на это отреагирует ее сестра, не терпящая опозданий.
— Как я выгляжу? — спросила Лили, сдав пальто в гардероб, покрутившись перед зеркалом и взволнованно посмотрев на Джеймса.
— Великолепно! Как и всегда, Лили, — улыбнулся Джеймс.
Лили была в том же платье, что и на рождественском балу. Она волновалась, что будет выглядеть слишком нарядной, но другого подходящего платья для ресторана у нее не было. Джеймсу же было более чем очевидно, что Лили боится выглядеть красивее своей сестры. Петунью он видел лишь на фото, и мог с уверенностью сказать, что эта тощая блондинка и рядом не стоит с Лили.
— Только волосы лучше бы распустила, — прокомментировал Джеймс, поглядев на ее низкий пучок. Это так же было очевидно: свои роскошные рыжие волосы она убрала, чтобы не травмировать сестру своей красотой.
Лили поджала губы и помотала головой.
— Петунье и так не понравится, что я… такая.
— Такая красивая? — усмехнулся Джеймс. — Пора бы ей уже смириться. А ты не должна прятать свою красоту, только лишь из-за того, что твоей сестре не так повезло.
Лили на это ничего не ответила, но по ее осуждающему взгляду было понятно, что она с ним совершенно не согласна.
— Ну, все, идем, — Лили развернулась и направилась ко входу в зал, — мы и так опаздываем.
— Есть, капитан.
Он придержал для нее дверь, пропуская вперед, и, убедившись, что никто не видит, незаметно махнул волшебной палочкой. Все заколки из прически Лили тут же исчезли и волосы тяжелой волной распались по плечам.
— Джеймс! — ахнула Лили, разворачиваясь на него.
— Это не я! — он показал ей свободные руки, подняв их вверх. — Оно само!
Не давая ей возмутиться, он приобнял ее за талию и повел к столику, где их ждали Петунья и Вернон.
Как только они подошли, парочка поднялась их поприветствовать.
Петунья оказалось совершенно не такой, какой ее помнил Джеймс по фото. Может, она всего лишь повзрослела, но выглядеть она стала привлекательнее. Хотя все равно, выражение вечного недовольства и отвращения на лице, заметно портили общую картину, как и неестественно длинная шея.
Увидев Дурсля, Джеймс не сдержал усмешку. Дурсль обладал внушительными габаритами для молодого мужчины. Ремень его брюк скрывал свисающий живот, а пиджак на толстых руках был натянут до предела. Полное отсутствие шеи и, с особым отвращением Джеймс заметил, жидкие светлые усы над губой. Рядом с тощей Петуньей он выглядел весьма комично.
От Джеймса не укрылся завистливый взгляд Петуньи, когда она окинула сестру взглядом. И не укрылся странный взгляд Дурсля, который также осмотрел Лили и поджал пухлые губы. Он явно не одобрял ее вид. Вероятно, предположил Джеймс, ему нравится все серое и невзрачное, как его невеста.
— Привет! — бодро произнес Джеймс, — Петунья и… Вернон, верно?
— Да-да, Вернон! — толстяк кивнул и сделал шаг им навстречу, протягивая руку, — рад познакомиться, Джеймс.
Рука Джеймса утонула в желеобразной лапе Вернона. Он с трудом сдержался, чтобы не вытереть свою ладонь, когда она выскользнула из влажной руки Дурсля.