Гринграсс, заметив, что его слова поняты правильно, добавил:
— Если ты создашь зелье, у тебя будет возможность обучаться там без всяких вступительных экзаменов. У нас там есть свой человек, который с радостью примет тебя.
Это было странно. Северус не понимал, для чего Гринграсс обнадеживает его местом в Академии. Ведь он в любом случае будет готовить зелье до конца, из-за угроз его матери. Здоровье Эйлин полностью зависит от успеха Северуса в приготовлении зелья. Потому он и не знал, что для чего Гринграсс говорит о месте в Академии. В этом не было никакого смысла.
— Разумеется, — Гринграсс развел руки в сторону и улыбнулся, — примут тебя не за красивые глаза. А за сотрудничество…
— Я никогда не буду работать с Пожирателями, — перебил его Северус, с отвращением выплюнув последнее слово. — Мы договаривались на одну сделку. На одно зелье. И всё.
Конечно, он и так знал, что они не отстанут от него. Что будут использовать его до последнего. Ему об этом говорила мать. На это намекали Малфой и Мальсибер. Он и сам догадывался об этом. Но как же ему этого не хотелось. Как же хотелось верить, что всё закончится.
— Послушай, — Гринграсс быстро обернулся на выход, словно боялся, что их подслушают, и понизил голос. — Северус, ты мне правда нравишься. Моя мать, она раньше хорошо общалась с Эйлин, знает ее, и она просила меня помочь тебе. Помочь…
— Не нужна мне никакая помощь, — прошипел Северус, ненароком также понизив голос.
—… принять правильное решение, — закончил Гринграсс, проигнорировав его слова. — Я сейчас говорю с тобой не как человек, что пришел попросить тебя об услуге. А как друг вашей семьи.
Северус зло усмехнулся, не зная, что рассмешило его больше.
— Попросить об услуге? — насмешливо переспросил он. — Друг нашей семьи? Ты меня за идиота держишь?
Гринграсс еще долго всматривался ему в глаза, потом тяжело вздохнул и произнес, состроив виноватый взгляд:
— Я… не хотел этого говорить, но… с твоим статусом крови тебе будет нелегко.
— Вот так новость, — тихо сказал Северус, но Гринграсс вновь проигнорировал его комментарий.
— Ты прекрасно понимаешь, к чему всё идет. Скоро… совсем скоро власть сменится, наступят новые порядки. Но перед этим… возможно, будет война, — с сожалением сказал Гринграсс. — И такие, как ты… умные, сильные, талантливые, и при этом полукровки, будут первой мишенью для уничтожения, если будут стоять на пути Темного Лорда. Но если ты присоединишься, если встанешь на сторону сильнейших, у тебя будет шанс занять достойное место в новом мире.
— Никогда. Я никогда не присоединюсь к вам, — уверенно произнес Северус. Он для себя уже решил, что ни за что не перейдет на их сторону, что бы они не предлагали.
— Подожди, — Гринграсс не дал ему договорить, приподняв вверх руку, призывая к молчанию. Он внимательно смотрел на него, изучающего разглядывая его лицо, прежде чем спросить: — Что именно тебя смущает?
— Что меня смущает? — Северус, не моргая, уставился на него, словно он сморозил какую-то глупость. — Может быть, то, что я не хочу состоять в преступной банде убийц и головорезов?
Гринграсс прикрыл глаза на мгновение, покачав головой.
— Да… да, конечно, — Гринграсс прижал руку к груди, болезненно поморщившись, — я тебя прекрасно понимаю, Северус, — сказал он, проникновенно посмотрев на него. — Признаюсь честно, я сам не поддерживаю все эти убийства, жестокость… Ты ведь знаешь мою сестру Элизабет? Она настоящий ангел…
Северус презрительно усмехнулся. Конечно, он ничего не мог сказать плохого о его сестре, помимо того, что она самовлюбленная и надменная, но уж под характеристику «ангела» она явно не подходит.
—… а еще у меня есть супруга, — продолжил Гринграсс, словно и не заметив его реакции. — Любимая жена — Аннабель, она сейчас на третьем месяце беременности, — добавил он, мельком улыбнувшись и смягчив выражение лица. — И я ни в коем случае не хочу, чтобы моя сестра, или моя жена, или мой ребенок жили в жестоком мире. Я, как и многие, хочу, чтобы они жили в мире, где им ничего не угрожает.
— И поэтому вы убиваете столько маглов и маглорожденных? — перебил его Северус, который не намерен был слушать весь этот фарс. Может, на кого-то это и подействовало бы, но точно не на него.
Гринграсс устало вздохнул, опустив плечи.
— Иногда приходится показать свою силу. Соглашусь, порой методы слишком жестоки, но все это необходимость. Поверь, никто из нас не получает от этого удовольствия. Я так однозначно.
Северус с непониманием вглядывался в его лицо. Гринграсс говорил с неподдельной искренностью. Разумеется, Северус не исключал вероятность, что Гринграсс всего лишь превосходный актер. Но тем не менее, он вызывал некоторое сочувствие и доверие, хотя Северус и понимал, что ни в коем случае нельзя поддаваться на эти уловки.
— Я знаю, что говорит Дамблдор, — продолжил Гринграсс, не спуская с него пронзительного взгляда кристально-чистых глаз. — Что мы кровожадные убийцы, тираны, не знаем пощады и преследуем какие-то нечеловеческие идеалы…
А ведь именно так он и говорит…
— Но мы обычные люди, которые всего лишь хотят вернуть себе свои права. Жить так, как жили наши предки. Я не знаю, рассказывала ли тебе твоя мать о своем роде… Принцы были одной из самых уважаемых семей…
— Вот именно что были, — грубо перебил Северус.
— И у тебя есть возможность вернуть доброе имя! — воскликнул Гринграсс, подходя к нему ближе, заглядывая в глаза. — Ты можешь присоединиться к нам, а когда все закончится, я более чем уверен, Темный Лорд позволит взять тебе фамилию матери и возродить древний род. Стать его Главой. Быть наравне с чистокровными, пользоваться теми же правами и привилегиями.
Ускорившийся пульс, полностью выдавал его реакцию на слова Гринграсса. Северус ведь часто об этом думал. О том, чтобы взять фамилию матери, но из-за множества юридических и бюрократических нюансов это было невозможно.
— Только послушай, — Гринграсс опустил свою руку ему на плечо, но, заметив недовольный взгляд Северуса, тут же убрал ее. — Послушай, у тебя будет возможность заниматься исследованиями. Множество интересных проектов, полная свобода действий. При этом щедрый гонорар и целая лаборатория в твоем распоряжении, в которой будет все, что ты только пожелаешь. И по секрету скажу, — добавил он, хитро улыбнувшись, — даже в Отделе Тайн лаборатория на порядок хуже. А это о многом говорит.
Северус ему ничего не отвечал, но и не опускал взгляда, надеясь, что не выдает весь свой интерес.
— У тебя будет доступ к самым редким книгам, к мировым научным исследованиям, к знаниям, которые накапливаются уже много веков. Ты сможешь пользоваться такой Магией, которой тебя не научат ни в Хогвартсе, ни в Академии, — продолжал Гринграсс, не спуская с него горящего взгляда. — Уникальные знания, которые ты больше нигде не сможешь получить.
Все установки Северуса таяли на глазах. Гринграсс определенно знал, чем его можно соблазнить.
— И самое главное. Полная неприкосновенность и безопасность, — у Гринграсса даже взгляд торжественно загорелся. — Никаких операций, никаких сражений. Все это тебя вообще не будет касаться.
Уверенность Северуса вновь пошатнулась. Надо отдать должное Гринграссу, его хвалебные речи и россказни об исследованиях и безопасности, возымели некоторый эффект.
Северус с сожалением думал о том, что его мать могла бы быть здорова и в безопасности. О том, что он мог бы заниматься любимым делом, не думая, как бы выжить и наскрести денег на обучение в Академии, и о том, что они с матерью будут есть.