Но он не мог предать друзей. Ни ради своего благополучия, ни ради благополучия Эйлин.
— Я вполне понимаю, что ты не хочешь предавать друзей, — Гринграсс словно его мысли прочитал, понимающе поджал губы и кивнул головой. — Вы — гриффиндорцы, люди благородные и преданные, — сказал он с настоящей искренностью. — Но пойми, после школы ваши пути в любом случае разойдутся. Независимо от ваших взглядов и принципов. Даже со мной такое случилось! — добавил он, широко улыбнувшись. — Кто-то семью завел и забыл о друзьях, кто-то уехал за границу, кто-то банально времени найти не может… Так что, как ни пытайся, а сохранить школьную компанию никому не под силу. Поэтому… возможно, сейчас самое время, чтобы найти новых приятелей.
Он сделал небольшую паузу и, понизив голос, произнес:
— И я снова хочу сказать, как друг. Если ты будешь сотрудничать с нами, если будешь делать это добровольно, никто из твоих друзей не пострадает.
Гринграсс выглядел по-настоящему взволнованным, и даже как-будто испуганным.
— Ты и сам понимаешь, — он уже перешел на шепот, заставляя Северуса невольно подаваться ближе к нему, — если Темному Лорду что-то нужно, он это получит. И если ты будешь сопротивляться, еще больше может пострадать миссис Принц, или твои друзья. В твоих руках этого не допустить. Более того, тебе предлагаются по-настоящему уникальные условия.
Тяжело вздохнув, Гринграсс добавил:
— Тебя могли просто запереть в подвале и пытать, пока ты не сделаешь то, что нужно. Но Темный Лорд благоразумен и щедр, кто бы что ни говорил. Он ценит такие таланты, и сполна их вознаграждает.
Гринграсс сделал небольшую паузу, наблюдая за его реакцией. Северус стойко выдержал его взгляд, никак не выдавая своей реакции. Поджав губы, неудовлетворенный эффектом, Гринграсс отогнул край мантии и достал два скрученных пергамента.
— Это для тебя, — он приподнял толстый и массивный сверток, — тут кое-какие поправки к твоим записям.
Гринграсс положил сверток на стол, печально вздохнув. Он будто был чем-то крайне опечален и разочарован. Взгляд потух, улыбка, что была в самом начале, исчезла.
— По любым вопросам, касательно зелья, обращайся к Генри, — сказал Гринграсс. — А по любым другим… можешь обращаться ко мне, — Гринграсс вновь бросил беспокойный взгляд на вход и понизил голос. — Я всегда рад помочь, замолвить слово за тебя… или подсказать кое-где. Не стесняйся обращаться. Хорошо?
Северус ему ничего не ответил, лишь скривив губы, на что Гринграсс снова вздохнул, покачав головой.
— А это письмо для миссис Принц, — он положил на стол тонкий сверток пергамента. — От моей мамы.
Не дождавшись от Северуса никакой реакции, Гринграсс ему мельком улыбнулся, развернулся и направился к выходу. Раскрыв дверь, он обернулся напоследок.
— Мы тебе не враги, Северус. Поэтому подумай над предложением. Не каждому выпадет такая возможность.
Когда Гринграсс скрылся за дверью, Северус опустился в кресло, закрыв лицо руками. Голову переполняли мысли. Сотни мыслей, которые каждый раз сводились к одному. Он не мог отрицать, предложение было многообещающим. И он соврал бы, сказав, что его не интересуют возможности, которые они могут предложить. Начиная от внушительных гонораров, заканчивая уникальными книгами.
Да, он польстился на предложение обучаться в Академии. Потому что, смотря правде в глаза, шанс получить грант был ничтожно мал.
Он заинтересовался проектами и исследованиями. Северус был уверен, уж у Темного Лорда эти самые проекты наверняка занятные, возможно, не совсем безобидные, но оттого и сложные и увлекательные.
Ему была небезразлична сумма вознаграждений за его работу. Когда всю жизнь живешь в нищете, появившаяся возможность хорошо зарабатывать кажется настоящим чудом.
Но больше всего его взволновала возможность продолжить род матери.
Что бы ни говорили Сириус и Джеймс, а фамилия, которую ты носишь, очень многое значит в волшебном мире. К «Снейпу» никогда не будут относиться также, как к «Блэку» или «Поттеру».
Сколько бы Сириус не открещивался от своего рода, но рассуждать о ненависти к своей фамилии гораздо удобнее, сидя в огромном поместье и имея полный сейф золота, которого хватит на несколько поколений вперед.
Ни Джеймс, ни Сириус никогда не поймут его. Не поймут, каково это, когда приходится делать выбор между едой и новой книгой. Каково это, перед каждым учебным годом подклеивать и ремонтировать старые использованные учебники. Или делать очередные заплатки на старой мантии. Каково это, варить до полуночи зелья нерадивым студентам, чтобы хоть немного заработать себе на один поход в Хогсмид.
Он давно смирился со своим положением, и никогда не испытывал злости или зависти к друзьям. Но сейчас у него появилась слабая надежда. Надежда, что он сможет вытянуть род матери, что вернет ему былую известность и уважение. Что сможет обеспечить Эйлин достойную жизнь и старость.
Он старался убедить себя, что вновь заинтересовался предложением он исключительно из-за рода и матери, а вовсе не из-за того, что и для него открывается много возможностей. Гарантия обучаться в Академии, доступ к редким книгам, участие в сложных исследованиях — то, о чем он всегда мечтал. И бонусом ко всему этому: никакой войны и никакого Дамблдора, с его благими намерениями. Тут было только одно «но». Друзья.
Однако, как верно заметил Гринграсс, есть вероятность, что вся их компания распадется, едва они выпустятся из школы. Джеймс уже строит планы как женится на Лили и заведет семерых детей. Сириус, Северус не сомневался, укатит вместе с Бланк в закат на своем мотоцикле. Ну, а Ремус совьет гнездышко с Грин, в окружении единорогов и фей.
Это Северус всегда интересовался наукой. Всегда мечтал делать открытия и изучать все стороны магии. И ему предоставился и правда уникальный шанс.
Если Северус вначале и поставил под сомнения все предложения Гринграсса, посчитав их ложью и лишь способом завербовать его, но подумав, пришел к выводу, что это может все оказаться правдой. Как сказал Гринграсс, и Северус был с ним согласен, его могли просто-напросто запереть в подвале, пока он не сделает все, что нужно. Но ему предлагают человеческие и равные условия, предлагают большие возможности. И Северус не мог отрицать, это вызывало интерес.
Решив, что обдумает все позднее, он взял со стола письмо для матери и распечатал его. В письме не было ничего интересного. Миссис Гринграсс интересовалась здоровьем Эйлин, предлагала свою помощь, но в основном рассказывала о том, что они ожидают появление первого внука и планируют свадьбу дочери с Мальсибером младшим.
Взяв с собой письмо, Северус направился к матери. Она, как он и думал, не спала.
— Могла бы и предупредить, что сняла защиту с дома, — недовольно проворчал он, кинув письмо ей на тумбочку.
— Защиту я не снимала, я не могу, — спокойно ответила она. — Я всего лишь направила приглашение.
Северус усмехнулся, покачав головой.
— Одно и то же.
— Нет. Кристиан — хороший человек, он бы не навредил, — уверенно сказала Эйлин, прямо глядя на него.
— Тебе-то откуда знать? — вскинулся Северус, не сдержавшись.
— Я прекрасно знаю его мать, — сказала Эйлин, чуть повысив голос. — Они хорошие люди, что бы ты там ни думал.
Северус недовольно поджал губы, но ничего не ответил, наблюдая, как мать берет письмо и читает его. Решив, что больше она ничего ему не скажет, он направился на выход.
— Что ты решил? — спросила Эйлин, когда он уже открыл дверь.
Северус замер в проходе, думая. Он не знал ответ на этот вопрос, ему предстояло слишком многое обдумать.
— Ничего, — ответил он, не поворачиваясь. — Пока что, ничего.
========== 87. Наследник древнего рода ==========
Регулус Блэк
Несмотря на полную темноту в комнате, крупный черный опал отливал зелеными и синими вспышками. Овальный камень был оформлен в оправу из белого золота, по тончайшему бортику которого шли крошечные изумруды.