— Может быть, — неуверенно ответила София. — Самый большой минус тут, конечно, в том, что придется вставать рано, а мы привыкли спать до обеда.
Улыбнувшись, Луи произнес:
— Тем более, отоспитесь и трансгрессируете в школу сразу к ужину.
— Да, наверное, так и сделаем, — уже более уверенно произнесла София. Она вдруг всполошилась и вытаращилась на брата. — Кстати, Луи, ты случайно не принес мне мою укулеле?!
— Разумеется, нет, — хмыкнул он. — Как ты себе это представляешь? Отец обязательно бы узнал и шкуру бы с меня спустил.
— Вот отстой.
София громко выругалась. Конечно, она понимала, что вряд ли когда-нибудь увидит свой любимый инструмент, который идеально ложился в ее руки, в отличие от громоздкой гитары, но надежда все равно была.
— Скажи спасибо, что ее не уничтожили, — нравоучительным тоном произнес Луи. — Отец грозился это сделать.
— Варвар! — ахнула София. — Изувер!
Луи в ответ мрачно усмехнулся, подтвердив ее слова. Он рассказал ей о том, как пострадал дом, когда отец в порыве гнева сметал все на своем пути. О том, как пострадали домовики, и в частности Поли, которую отец обвинил в сговоре с Софией. О том, что он даже Блэков умудрился обвинить в срыве помолвки, сказав, что это наверняка подстроил кто-то из них. К счастью, как заметил Луи, это он высказал не Блэкам, а ему с матерью.
Слушая все ужасы, что описывал брат, она понимала, что домой она уже больше никогда не попадет, как бы Луи не выражал на это надежду. Он верил, что и он, и их мама, смогут в конце концов примирить отца с этой ситуацией. Но как бы там ни было, София не могла сказать, что очень бы хотела вернуться домой, уж возвращаться к отцу она однозначно не хотела.
Единственное, чего она боялась, так это окончательно потерять связь с Луи. Учитывая ее нынешнее положение, они вряд ли смогут часто видеться.
— Думаю, мы сможем увидеться на пасхальные каникулы, — сказал Луи, немного подумав. — Вы приедете?
Пожав плечами, она ответила:
— Наверное. Но Блэк хотел еще к своей кузине в гости съездить.
— В гости к кузине? — спросил Луи, оторвавшись от спинки дивана и с испугом на нее посмотрев. — К какой?
— К Андромеде, — она восторженно посмотрела на брата, — у нее дочь — метаморф!
Луи еще с мгновение на нее ошарашенно смотрел, но потом вновь принял безмятежный вид.
— Не знал о такой…
— Она тоже предатель рода, — усмехнулась София и, вытаращив глаза, театрально прошептала: — Вышла замуж за маглорожденного.
Луи скептически поджал губы и ничего на это не ответил. Взглянув на часы, он поднялся.
— Уже уходишь? — разочарованно спросила София, поднимаясь вслед за ним.
— Да, дела ждут, — туманно ответил он, недовольно дернув бровями.
— Ладно, — тяжело вздохнула она и пошла проводить его.
— Тебе, София, сейчас придется хорошо учиться… или хотя бы, стараться, — произнес Луи, когда они уже стояли в холле. — Потому что взятки больше никто давать не будет.
— О, Мерлин, вот кошмар, — искренне поморщилась София. Кажется, ей только предстояло узнать все прелести безродной жизни, о которой она так мечтала.
Ее нисколько не мучили угрызения совести из-за того, что родители раньше давали «щедрые пожертвования школе», лишь бы ее не отчислили за бесконечные прогулы и плохие оценки. София понимала, что обучаться магии ей нет никакого смысла, а сидеть на скучных уроках было лень. Особенно зная, что родителям не жалко будет отвалить несколько сотен галеонов на обустройство школьного двора и стрижку газонов.
Не удержавшись, Луи негромко рассмеялся, в открытую позлорадствовав над ней.
— Ладно тебе, — язвительно произнес он, — История Магии и Трансфигурация очень интересные предметы, если изучать их более углубленно.
София подняла на него мрачный взгляд, с языка так и просилось слететь крепкое словцо, послать любимого брата подальше.
— Пока ты не начала ругаться, — произнес Луи, все еще с улыбкой на лице, — хочу еще сказать, что писать мне нельзя. К сожалению. Сама понимаешь, если отец узнает… — он многозначительно вздохнул и добавил: — Но я сам тебе иногда буду писать. Так что, скучать по мне не придется.
— Главное, конфеты не забывай присылать, — улыбнулась ему София.
Как бы Луи не говорил, что торопится, они еще долго стояли возле ворот, не в силах наговориться и распрощаться. Софии казалось, что после того, как отец от нее отказался, они с Луи только ближе стали. И ей так не хотелось его отпускать. И она видела, он тоже не хочет уходить. Может быть, он не хотел оставлять ее, а может быть, не хотел идти туда, где его ждут.
— Увидимся на Пасху, София, — он ее приобнял напоследок и, выйдя за ворота, трансгрессировал.
Сириус Блэк
Въехав в город, Сириус направился к уже знакомому бару, где делали самую вкусную пиццу во всем Блэкпуле.
Припарковав мотоцикл возле обочины, он вошел в бар, в котором, по обыкновению, было весьма людно. Сделав заказ, он устроился за длинной барной стойкой, которая шла по середине всего зала.
Чтобы скоротать время в ожидании пока ему приготовят еду, он решил заказать себе «пина коладу». Он впервые попробовал этот коктейль несколько дней назад и отныне считал его своим любимым. София безжалостно смеялась над ним, и говорила, что коктейль «девчоночий». Очевидно, потому, что имел красивый бокал, торчащие фрукты и крошечный зонтик.
Сейчас, в отсутствии Софии и ее ехидных шуточек, Сириус мог спокойно наслаждаться цитрусовым вкусом коктейля.
В углу зала, под потолком, висел телевизор, по которому шла спортивная игра. Многие посетители бара внимательно следили за ней и дружно кричали, стоило игроку забить мяч в ворота, и также дружно испускали вздох разочарования, стоило мячу попасть в противоположные ворота. Как он понял, все болели за «Челси».
Сириус вдруг подумал, что было бы здорово создать свой бар, где транслировались бы матчи по квиддичу и подавали лучшую «пина коладу». В их баре обязательно был бы музыкальный автомат с пластинками и магловские автоматы со сладостями. А по пятницам бы они выступали вместе с Бланк, играя живую музыку.
Быстро выпив целый бокал, он уже подумывал заказать еще, как вдруг учуял шлейф знакомого парфюма, который заставил каждую клеточку тела напрячься.
Он замер, прислушиваясь к малейшим посторонним шорохам и в любую секунду ожидая нападения. Незаметно вытащив палочку из кармана, он повернул голову и встретился с черными глазами кузины. Исказив лицо хищной усмешкой, она произнесла:
— Соскучился по мне?
Белла подошла к нему со спины, провела рукой по его плечу, вызвав судорогу отвращения, и уселась напротив него.
— Чего тебе, Белла? — грубо спросил Сириус, держа под выступом барной стойки палочку, и в панике соображая, что тут забыла его ненормальная кузина.
— А я вот по тебе соскучилась, — прошептала она, облизав губы и проигнорировав его вопрос. — Как мы раньше славно развлекались на семейных приемах, помнишь? А сейчас мне даже не на ком практиковать новые проклятья, — с притворным сожалением произнесла Белла, перегибаясь через барную стойку, чтобы быть к нему ближе.
— Не на ком? А что, домовые эльфы уже закончились? — с отвращением спросил Сириус, стараясь держать под контролем ее руки, как бы они не потянулись к палочке. Но одна ее рука была в волосах, наматывая блестящие черные локоны на палец, а другая лежала на барной стойке, постукивая длинными черными ногтями по лакированому дереву.
Белла рассмеялась, запрокинув голову. Сириус подавил желание воткнуть зонтик из коктейля ей в глаз.
— Ох, да, эти маленькие засранцы многое повидали, но с ними скучно. С тобой веселее.
Склонив голову на бок, она с маниакальным восторгом разглядывала его лицо. Сириус изо всех сил держал себя в руках, чтобы не начать ей ничего отвечать, не отвечать на ее провокации. Потому что он знал, ответь он, и все закончится как и всегда, дуэлью и дракой. А магловский бар для этого совершенно не подходит.