— Успокойся, — произнесла она поражающе спокойным голосом.
Сириус остановился, с гневом глядя ей в глаза и тяжело дыша.
— Мы с ним разговаривали. Только и всего. Он даже не притронулся ко мне.
Она говорила ровным, спокойным голосом, но смотрела с такой злостью, что не по себе становилось.
— И как тебе могло в голову прийти, что я могу спать с ним? Ты действительно считаешь, что я на такое способна? Изменять тебе, да еще и с твоим братом?
— Не знаю, Бланк, — в который раз повторил он. — Вы с ним целовались. Откуда мне знать, что у вас больше ничего не было? Что никто из вас не хочет чего-то большего?
Она закрыла глаза, скривив губы от злости. Тяжело выдохнув, она процедила:
— Это было давно, Сириус. И как я говорила тогда, так и сейчас говорю: для меня это ничего не значит. Это была ошибка. И я ее признаю. И больше такого никогда не повторю.
Ее голос дрожал от гнева. И Сириус даже на мгновение решил, что перегибает палку. Ведь он прекрасно ее знает. Она не будет спать с другим за его спиной.
Ему хотелось ей верить. Но картины, что он себе навыдумывал, все еще не желали покидать его разум.
Он старался хотя бы взять себя в руки, чтобы спокойно это обсудить. Но выходило плохо.
— Что вы с ним делали?
— Разговаривали, Блэк. Он был расстроен, и ему нужна была поддержка. Мы всего лишь говорили.
Он верил ей. Его интуиция, его сердце так и кричали, заставляя его поверить. Но мнительность, подозрительность и страх ее потерять были совершенно не согласны.
— Я тебе не верю. Не верю.
— Что ты еще хочешь от меня услышать?! — не выдержала она. — Что я с ним спала?! Так не было этого! Не было и никогда не будет! И я вообще не представляю, как ты меня можешь обвинять в таком! Ты всерьез думаешь, что я на такое способна? Что я такой человек?
Нет, Сириус так не думал. Но затуманенный разум сейчас отказывался работать.
— Ты не доверяешь мне? — спросила она, когда молчание затянулось.
— Я не доверяю Регу!.. и тебе…
— Как ты можешь, Сириус…
— Я не знаю, Бланк! — в очередной раз отчаянно крикнул он. — Я не знаю, как ты можешь, после того, как Рег хотел женить тебя на себе, снова «дружить» с ним! Я не понимаю этого! Не понимаю, как ты можешь общаться с ним, зная, что он получил М… — Сириус прервался на полуслове, выдохнув и оглянувшись на пустой холл.
Бланк ему ничего не отвечала, но продолжала смотреть в глаза.
— Я не знаю, может быть, ты уже жалеешь, что я сорвал вашу чертову помолвку!
— Что за бред?.. — возмутилась она.
— А что я еще должен думать?! Ты так быстро простила его! Он хотел тебе жизнь сломать! Ты знаешь, что кровный договор невозможно расторгнуть? И он собирался пойти на это! Ты бы после этого даже заговорить со мной не смогла, если бы он запретил!
Сириусу это и правда не давало покоя. Он бы на ее месте никогда не простил Регулуса. И он искренне не понимал ее.
И единственной логической причиной, по которой она снова общается с Регулусом, являлось то, что она его любит. Не смотря на него, на Сириуса. Несмотря на все то зло, что Регулус ей причинил. Несмотря на то, что Регулус поддерживает тирана и убийцу Волан-де-Морта. Было столько причин порвать с Регулусом любые отношения. Да хотя бы то, что Сириусу невыносимо больно видеть их вместе. Она могла порвать с Регулусом, только ради Сириуса. Но она продолжала «дружить» с ним.
Вся эта «дружба» казалась ему противоестественной и ненормальной. Он не мог говорить за Бланк, потому что не всегда понимал ее поступки и решения. Но даже если учесть, что она говорит правду, и она испытывает к Регулусу исключительно дружеские чувства, то он не понимал, как она может дружить с ним, зная, что он в нее влюблен. Как может разговаривать с ним, видеть его влюбленный взгляд, и не чувствовать при этом неловкости. Как может проводить с ним время, зная, что он мечтает о ней. Это было не здорово. И единственное объяснение этому было то, что она тоже влюблена в Регулуса.
— Выбирай, Бланк, — пристально глядя ей в глаза, произнес он. — Прямо сейчас. Выбирай.
— Выбирать?..
— Я или он. Говори.
Сириус не сводил с нее безумного взгляда. Он видел, как она меняется в лице. Как злость в глазах застилает пелена ярости.
— Ты из ума выжил, Блэк? Свой выбор я сделала давным-давно!
Она судорожно выдохнула, сжимая кулаки, лишь бы не ударить его.
— И ты не представляешь, как трудно тогда мне дался этот выбор. И поверь, выбирала я не между тобой и Регулусом. Потому что он никогда не стоял наравне с тобой. Никто никогда не стоял.
Они продолжали смотреть друг другу в глаза. Сириус уже был близок к тому, чтобы поверить ей и забыть обо всем. Только он понимал, он никогда не смирится с их «дружбой» с Регулусом. Его это всегда будет волновать и беспокоить. Он будет сходить с ума, зная, что в слизеринской гостиной они могут остаться наедине. Он снова и снова будет терзать свою душу сомнениями, медленно убивая себя.
— Значит, ты согласишься, что с Регом ты общаться больше не будешь, — то ли вопросительно, то ли утвердительно, произнес Сириус.
У нее в глазах вновь мелькнули яркие искры, не предвещая ничего хорошего.
— Пока не поздно, скажи, что это шутка, — прошипела она.
— Нет, Бланк. Либо ты выбираешь меня и прекращаешь с ним любое общение. Либо… делай, что хочешь, но уже без меня.
Сириус пожалел об этих словах в ту же секунду, как только произнес их. Потому что он знал, Бланк не потерпит никаких условий. И может бросить его всего лишь из-за своих дурацких принципов.
Но он надеялся, что ради него, ради своей любви к нему, она все-таки сделает правильный выбор.
Самая ужасная пауза в его жизни. Ее молчание еще никогда не было таким мучительным. Ее взгляд еще никогда не выражал такой смеси злости и отчаяния.
Кажется, она не собиралась ничего говорить. Очевидно, потому, что выбрала она не его.
Он усмехнулся, глядя ей в лицо, развернулся и пошел на выход.
***
Уже давно наступил вечер, а он так и лежал на продавленном диване в Визжащей-хижине. За целый день он ее так ни разу и не покинул. Хотелось побыть одному. И меньше всего хотелось видеть кого-либо из друзей. Он не знал, как о таком унижении можно им рассказать, а они в любом случае пристанут с расспросами.
Мысли о Бланк не уходили ни на секунду, постоянно мучая его.
Слабая надежда, что она придет мириться, потухла практически сразу. Бланк никогда не делала первый шаг к их примирению. Она всегда только кричала на него, посылала его и громко хлопала дверью.
Это Сириус, как верный и преданный пес, всегда бежал за ней. А ведь, возможно, ей это и не надо было. Может быть, она только и ждала, когда он отстанет, наконец, от нее.
Почему-то, в моменты размолвок, всегда забывается все хорошее, и вспоминается лишь самое плохое. Вот и сейчас, Сириус лежал и вспоминал каждый их скандал, что случился из-за Регулуса.
Брат всегда являлся катализатором их самых крупных ссор. Брат и ее проклятый француз.
А сколько она сопротивлялась ему. Сириус почти два месяца бегал за ней, как ненормальный, отлавливая по всей школе. А она все нос воротила. Может быть, тогда и надо было успокоиться и найти себе кого-то другого.
И даже когда они спать стали и время вместе проводить тайком от всех, она призналась, что чувства к ее французу еще не прошли. Сириус тут же ухватился за эту мысль. Возможно, на месте француза сейчас оказался он сам. И вина, или что-то еще, мешают ей окончательно порвать с ним.
Что ж, он облегчил ей задачу.
Он убеждал себя, что все сделал правильно. Если София любит его, ей не составит труда прекратить общение с Регулусом. Это небольшая цена за их счастье.
Бланк знает и видит, как он мучается и страдает из-за их общения. И она должна понять его.