Она смерила его горящим взглядом, плотно сжав губы, и прошипела:
— Можно начать с какой-нибудь вещи. Или с воспоминания, — она вновь умолкла на секунду, отведя взгляд, и добавила: — Но… можно и самим попробовать. Как говорили и Дилан, и Люпин, первое время они могли себя контролировать.
— Нет, — отрезал Северус. — Это не шутки, Белби. В лучшем случае, будешь на пару с Диланом на луну выть. Думаю, твоя мама будет просто счастлива.
Белби зло выдохнула, прожигая его взглядом.
— Ладно. Готова выслушать твои идеи!
— Идей пока что никаких нет, — спокойно произнес Северус. — Но это только пока. Надо работать с дозой. Наверняка причина в…
— Это опасно! — перебила Белби. — Увеличим аконит, и он труп.
— Зато идти в клетку к оборотню безопасно! — не выдержал Северус, наградив ее в ответ не менее злым взглядом. — Все дело в дозировке, я уверен. Возможно, давать надо за час до полнолуния. Или, наоборот, за день, чтобы противоядие успело впитаться. Надо высчитывать.
— Ты как всегда трусишь, Снейп, — негромко произнесла она. — Сам знаешь, что дозу увеличивать нельзя.
— Хорошо! Давай сделаем так. Встретимся в выходные, я принесу новые расчеты, а ты более убедительные аргументы в пользу того, чтобы полезть в клетку к оборотню, — сурово произнес он.
— Договорились.
— Договорились, — повторил он за ней. Приподняв сжатый в руке пергамент, который она ему дала, он добавил: — А пока что мне надо заняться другой проблемой.
Не говоря больше ни слова и не прощаясь, он вышел из ее спальни.
Он сразу направился в их с Белби секретную лабораторию. Самое главное — ему сейчас необходимо было изучить рецепт седьмой части и найти в нем лазейку, которую он сможет использовать в свою пользу.
Устроившись за партой, он развернул длинный свиток и углубился в изучение рецепта. Он состоял из дюжины ингредиентов, большая часть из которых были труднодоступными или дорогими.
Рецепт включал в себя такие ингредиенты, как алмазная пыль, кора с темного дерева венге, которую можно достать лишь в Восточной Африке, великанья кровь и слюна саламандры, шкура бумсланга, шаровые водоросли, растущие в вулканическом озере, змеиный яд и порошок из кости дракона. Также в состав входили кровь единорога и волшебника и волос вейлы. Последний, двенадцатый ингредиент, представлял из себя частичку того, кто будет пить зелье.
Для каждого из ингредиентов, прежде чем добавить в котел, необходимо было провести ритуал, различной степени сложности.
Например, алмаз необходимо истереть в порошок исключительно в полночь и в серебряной таре. Шаровые водоросли необходимо доставать строго после извержения вулкана. А порошок из кости дракона должен быть взят непременно из живого дракона.
Кровь единорога должна быть взята насильно и до последней капли. Единорог должен быть не моложе двух лет, то есть, совсем еще жеребенок по возрастным меркам единорогов.
Как и волшебник. Он должен быть чистокровным и молодым, в самом расцвете сил. Его крови нужна лишь унция, и должна быть получена добровольно.
Вейла, напротив, должна быть женщиной в преклонном возрасте. Считается, что чем старше вейла, тем сильнее магия ее волос. Для зелья необходим лишь один волос с луковицей, также, отданный добровольно.
Сама формула была сложной и запутанной. Даже Северус не сразу в ней разобрался, попутно восхитившись мастерством Белби, для которой составление формул всегда было большой проблемой.
Однако, несмотря на сложность формулы, зелье готовится достаточно быстро. Если предположить, что все ингредиенты у них есть, готовится и настаивается зелье всего лишь три дня. Первые шесть ступеней хоть и были немного проще по составу, и то готовились практически месяц.
Северус вновь задумался, сколько же времени у него есть. С ресурсами Волан-де-Морта он наверняка без труда достанет любой из ингредиентов. Была лишь слабая надежда на волшебника и вейлу, которые должны дать кровь и волос добровольно. Но учитывая, сколько молодых наследников древних родов поддерживают Волан-де-Морта, рассчитывать на это особо не придется. Да и вейлу без принципов он, наверное, тоже легко найдет.
Выходит, что надеяться, как и всегда, не на кого. Лишь на то, что Белби могла по ошибке что-либо напутать. И их опыты затянуться на продолжительное время, за которое он успеет составить свой рецепт.
========== 110. Одна беда на двоих I ==========
Сириус Блэк
Прошла ровно неделя, как София уехала. От нее не пришло ни одного письма, ни одного знака, что у нее всё хорошо.
Сириус не находил себе места.
Круглые сутки он находился в постоянном напряжении, ожидая самого худшего. Он не мог ни на чем сосредоточиться, не мог ни о чем думать. Он полностью лишился аппетита и сна, а если и засыпал, его мучили кошмары. Даже на гитаре играть не мог, он вдруг резко забыл все аккорды.
Дни тянулись невыносимо медленно. Он пребывал в состоянии постоянного ожидания, надеясь увидеть в окне птицу с письмом от Бланк. А еще лучше, увидеть ее саму.
В Большом зале он не спускал взгляда с преподавательского стола, надеясь по их лицах хоть что-то понять. И не спускал взгляда со стола слизеринцев — вдруг какой-то знак или намек подаст кто-то из них.
Но все были удивительно спокойны. Они все приходили, завтракали, общались. Вели себя так, словно ничего страшного не случилось. Словно не близится конец света, который Сириус непрерывно ощущал внутри себя.
Даже Регулус и тот не разделял его беспокойства. Сириус каждый раз встречался с его пристальным взглядом, стоило им оказаться в пределах видимости друг друга. Но брат был с привычной безмятежной маской на лице.
Это внушало крошечную надежду, что с Бланк всё хорошо. Сириус надеялся, если бы ее схватили Пожиратели, брат бы об этом узнал. И в этом случае не смог бы оставаться равнодушным.
Каждое его утро начиналось с того, что он шел к Слизнорту, надеясь, что у того появились хоть какие-то новости. Каждый вечер заканчивался этим же. Но Слизнорт ничего не знал. И в последнее время начал лишь злиться на бесконечные расспросы Сириуса, и пытался его убедить, что у Бланк всё хорошо, а иначе им бы стало об этом известно.
То же самое говорили и все остальные.
Он не разделял спокойствия других, не понимал, почему друзья убеждают, что всё будет хорошо. Когда вся эта ситуация просто пропитана нелогичностями и чем-то паршивым. Он ощущал это всем нутром.
Ее родителей не должны были убить. Волан-де-Морт ни за что не стал бы убивать влиятельный и древний род. Выходит, они совершили что-то действительно ужасное. И не исключено, что он не захочет оставлять в живых детей предателей.
Сириус не представлял, что ее может спасти от расправы Волан-де-Морта.
Он проклинал себя за глупость. Надо было наплевать на слова МакГонагалл, и отправляться вместе с Бланк. Почему он ее послушал? Почему послушал Бланк, которая говорила, что всё будет хорошо, когда его интуиция кричала об обратном?
Сириус боялся думать о том, что с ней могут сделать, если она попадет в руки Пожирателей. Или в руки Волан-де-Морта. Или еще хуже — в руки Беллы. В памяти были еще слишком свежи воспоминания, когда кузина, с одержимым блеском в глазах, говорила о том, что запытает Бланк до смерти.
Его буквально трясти начинало, стоило в голове мысли промелькнуть о встрече Беллы и Бланк. Он старательно гнал от себя эти мысли, но с каждым днем они все крепче закреплялись в голове. Сириус пытался себя утешить тем, что если бы София попала в руки кузины, она бы непременно сообщила об этом всему миру. Устраивать пытки на публику — любимое занятие сумасшедшей Беллы. А если от этого еще и Сириус будет страдать, то и подавно.
Несколько раз он посылал ей своего патронуса. Отправлял с ним свои угрозы, чтобы она немедленно написала ему письмо. Или сообщения о том, что ему не терпится с ней увидеться.
Но чаще всего он отправлял патронуса без всяких слов, не зная, что и сказать.