Пока двое его охотников выясняли отношения, Лора в одиночку боролась с тремя противниками, не давая тем прорваться к кольцам. Кристофер мастерски подрезал одного бладжером, другого сбила с пути Лора, но третий упрямо летел к кольцам с мячом в руке. Джеймс даже завис в воздухе, следя, как справится со своим первым мячом его новый вратарь.
— Да! Грегори Милхаус берет мяч! — прокричала Алиса, — делает пас Марлин МакКиннон и она устремляется к кольцам противника…
Джеймс вскинул кулак в воздух и в мыслях расцеловал Грегори. Он был единственный, за кого Джеймс переживал в своей команде, но сейчас и эти сомнения отпали.
Счет уже составлял 80:10 в пользу Гриффиндора, когда он увидел снитч. Золотой мячик вспыхнул возле трибуны слизеринцев и Джеймс тут же устремился туда.
Ловец пуффендуйцев сразу пристроился в хвосте. Но с Джеймсом ему было не сравниться. Он сильнее прижался к метле, увеличивая скорость до максимума, обошел охотника Пуффендуя, увернулся от бладжера и в последнем рывке схватил снитч.
— Джеймс Поттер ловит снитч и Гриффиндор побеждает со счетом 230:10! — Стоун с трудом перекрикивала взорвавшийся криками стадион.
Джеймс не успел насладиться игрой в полной мере. По его мнению, все прошло слишком быстро, но радость и восторг победы быстро заполонила его душу.
Команда со всех концов поля летела к нему навстречу, облепляя со всех сторон и с радостными возгласами сжимая в объятиях. Такой кучей они и приземлились.
На поле выбегали радостные гриффиндорцы, одноклассники и его личная толпа поклонниц. Но он больше всего хотел увидеть Лили и Мародеров, которые не заставили себя ждать и все вместе навалились на него, стоило ему ступить на землю. Больше всех, конечно, старались Лили и Сириус, обнимая его с разных сторон. Джеймса очень забавила их шуточная игра кто кого переревнует.
— Поздравляю, мистер Поттер, — к толпе подошла МакГонагалл и сухо поздравила с победой, — надеюсь, вы продолжите в том же духе.
— Не переживайте, профессор! Уж кубок квиддича я вам обеспечу, — улыбнулся Джеймс. И МакГонагалл, на удивление всем, коротко ему улыбнулась, прежде чем развернуться и уйти.
— А теперь все в башню отмечать победу! — крикнул Сириус, как только МакГонагалл удалилась на приличное расстояние.
К их приходу, гостиная Гриффиндора была уже украшена множеством шаров, огромным знаменем со львом в короне и кубком в лапе, различными конфетти и мишурой. Мародеры еще накануне закупились сливочным пивом, а по приходу отправили пару шестикурсников добыть еды на кухне. Кто-то принес волшебное радио и на полную громкость включил Rolling Stones, а ближе к вечеру Сириус достал свое огневиски.
Вечеринка затянулась до поздней ночи, пока, по обыкновению, не пришла МакГонагалл и не разогнала всех спать. Сняла кучу баллов и отчитала всех гриффиндорских старост за безответственность.
Вечеринка превратилась в частную и плавно перетекла в спальню Мародеров, где помимо них еще были Лили и Марлин.
Ремус негромко включил волшебное радио, Джеймс достал карты, а Сириус вторую бутылку огневиски. Первую он выпил практически самостоятельно и был уже немного пьян.
— Сыграем? — спросил Джеймс у всех, показывая колоду карт.
— На раздевание! — тут же прокричал Сириус. — Хотя, я уже вас всех видел голыми, кроме, разве что, Цветочка, — Сириус ухмыльнулся и подмигнул Лили.
— Мечтать не вредно, — проворчал Джеймс, — но тебе я даже мечтать запрещаю.
— Пьяный Сириус еще хуже трезвого, — сказала Лили под смех Мародеров. Она уже перестала смущаться пошлых шуточек Сириуса и равнодушно на них реагировала.
Они поставили круглый стол между кроватей. На одну из которых сели Джеймс с Лили и Ремус, на другой разместились Марлин и Сириус, а Северус сел на стул.
— Ну, так во что сыграем? — вновь спросил Джеймс.
— Давайте в «дурака», — пожал плечами Ремус.
— Так не интересно, — поморщился Сириус, — давайте хотя бы на желания.
— Никто не будет играть с тобой на желания, Сириус, — сказал Северус.
— Какие же вы смертельно скучные!
— Давайте на желания, но только в пределах этой комнаты, — предложил Джеймс.
— Сохатый, я всегда знал, что ты единственный нормальный человек, среди этого сборища, — Сириус расплылся в улыбке. — Значит, так, первый победивший, загадывает желание проигравшему.
— Только давайте без всяких пошлостей, — проворчал Северус.
— Обижаешь, — протянул Сириус и тут же ухмыльнулся.
В первой игре выиграл Джеймс, а проиграл Сириус.
— Это подстава! — возмущался Сириус, который, вообще-то, играл всегда хорошо и никогда не проигрывал, — вы все сговорились против меня!
— Давай, Джеймс, загадай ему что-нибудь особо отвратительное, чтобы больше и мысли не допускал играть на желание, — подначивал друга Северус.
— Сириус, — Джеймс прокашлялся и серьезно посмотрел на друга, — тебе придется обмотаться гриффиндорским знаменем, надеть свою корону Королевы, встать на стул и с чувством, толком, расстановкой спеть школьный гимн.
— Я еще отыграюсь, — бросил им Сириус и пошел за своим гриффиндорским знаменем, которое служило ему покрывалом.
Нацепив знамя на подобии плаща, завязав узел на груди, он нацепил корону и встал на стул. Сириус залпом выпил из стакана остатки огневиски, прокашлялся и, устремив взор вверх и вытянув к потолку одну руку, затянул гимн:
Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс,
Научи нас хоть чему-нибудь…
Сириус пел на манер военного марша, страшно фальшивил и не попадал в тональность. Первая не выдержала Лили, повалившись на кровать и с трудом сдерживая смех. К ней тут же присоединились и остальные.
…сделай все, что сможешь, наш любимый Хогвартс,
А мы уж постараемся тебя не подвести.
Сириус снял корону и низко поклонился, под громкие аплодисменты.
Следующие пару часов пролетели в один миг.
Один раз проиграла Лили — ей пришлось последующую игру кукарекать. Другой раз проиграл Северус — ему предстояло до конца вечера каждые десять минут говорить Сириусу: «Ты самый умный и красивый». Потом проиграл Ремус и танцевал чечетку под Селестину Уорлок. Два раза проиграл Джеймс — первый раз он декламировал стихи, в следующий раз пришлось очистить и съесть мандарин без помощи рук. И еще раз проиграл Северус, которому пришлось изображать тюленя.
В последней игре выиграл Сириус, а проиграла Марлин.
— Что бы тебе загадать, Марлин? — Сириус притворно задумался, — придумал! Тебе нужно поцеловать победителя!
В комнате повисло напряжение, которое, впрочем, не заметили ни Марлин, ни Сириус, которые уже целовались.
Джеймс знал, почему эта ситуация не нравится именно ему — он уже давно говорил Сириусу, чтобы тот не трогал его охотниц. Но вот почему Северус стал недовольным, Ремус грустным, а Лили нахмурилась, Джеймс не понял.
— Ну все, хорош уже, — прервал их Джеймс.
Разрумянившаяся Марлин отлипла от Сириуса и похихикала. Сириус же с раздраженным видом потянулся за своей бутылкой и опять наполнил стакан.
— Уже поздно, ребята, — Лили поднялась, — я, наверное, пойду к себе.
— И правда, — согласился Северус и тоже поднялся. — Что-то мы засиделись.
Ремус тоже поддержал. Расстроенной выглядела только Марлин, которая бросала на Сириуса тоскливые взгляды. А он с непроницаемым и мрачным лицом уже допивал огневиски.
Джеймс пошел провожать Лили.
— Может быть, я зайду к тебе? — спросил он, вдоволь нацеловавшись с ней в пустой гостиной.
— Зайди, — улыбнулась Лили.
— Правда? — Джеймс от нее немного отстранился, чтобы взглянуть в глаза и игриво приподнял брови.
— Ага, — ответила она.
— Я только забегу в спальню и буду минут через десять, — сказал он, все еще не выпуская Лили из объятий.
— Буду ждать, — Лили еще раз поцеловала его.
Джеймс вздохнул и с трудом отпустил ее. Дождавшись, пока Лили скроется в лестничном проходе, он поднялся обратно в свою спальню, столкнувшись на выходе с Марлин.