— Полтора... — повторяет растерянно Неля.
— Ты даже представить себе не можешь, сколько людей находится в эту самую секунду на грани жизни и смерти, — говорит Сапожников, впрочем, совершенно безэмоционально. — И сколько денег делало на этом наше прекрасное заботливое государство еще до психопрактиков и делает сейчас.
Антон заставляет себя промолчать, хотя ему тоже есть что сказать.
Неля все еще не уверена:
— Ты точно знаешь, что «шестерка» поможет? Папа не останется... «овощем» или что-то такое?
— Нам потребуется провести еще несколько дополнительных исследований, — говорит Сапожников, как будто чуточку извиняясь. — Протокол подготовки к вмешательству хилера тоже платный, но часть услуг покрывается из медицинской страховки. Вам повезло, кстати. Закон вот только в марте вступил в силу.
— И протокол платный... Саш, и сколько это будет стоить?
Сапожников озвучивает примерную сумму, и да, она оказывается не шестизначной. Но даже если Антон начнет работать в режиме 24/7, отказывая себе во всем, кроме воды и хлеба, даже если Неля станет откладывать всю свою зарплату начальника управления, так просто им необходимое не набрать.
Они глядят друг на друга почти одновременно.
— Назначай обследования, — говорит Неля твердо. — Мы найдем деньги.
Дверь в отделение распахивается, и оттуда показывается Марьяна. Выражение ее лица не встревоженное, скорее, виноватое, но Сапожников мгновенно подбирается и, кажется, вот-вот готов сорваться с места и бежать, спасать чью-то жизнь.
— Извините, — говорит Марьяна. — Как хорошо, что вы еще не ушли. Вы ведь — родственники Сергея Лаврова, так?
Это очевидный вопрос, но Антон все же кивает и говорит, что да.
— Нам только что звонили, спрашивали разрешение на посещение вашего отца, — говорит Марьяна, — но без вашего согласия мы по закону дать такое разрешение не можем. Я попросила подождать, надеялась, что еще вас застану...
Это, наверное, мать, думает Антон, хотя тут же себя обрывает. Пусть она и бывшая жена, но все же, неужели теперь они с Нелей должны давать ей разрешение? Странные законы.
— Кто звонил? Он назвался? — спрашивает Неля.
— Да, — говорит Марьяна. — Звонила Галина Голуб. Вы ее знаете?
Глава 6.1 Галя
Галя почти знала, что скажет ей Антон, когда позвонит.
— Не смей приближаться к моему отцу, — и он положил трубку, прежде чем она сумел сказать хоть слово объяснения. Ну еще бы. Он наверняка жутко разозлился, когда узнал, что она хочет навестить дядю Сергея в больнице.
Галя же после звонка еще долго ходила из угла в угол, по-детски грызла ноготь на мизинце, думала, поглядывала на кухню, где шипела сковородка и гремела посудой мама.
— Мам, — наконец решилась она.
Мама повернулась от плиты, где переворачивала биточки, когда Галя переступила порог.
— Может, ты позвонишь Лавровым? Поговоришь с Антоном, чтобы он разрешил мне сходить в больницу. Он тебе точно не откажет.
Но мама покачала головой уже при первых Галиных словах.
— Галюнь, нет, я не буду никуда звонить. — Галя понурилась. — Ну сама посуди, зачем? Вы ведь с Антоном давно не общаетесь и давно не ладите. Ну позвоню я, ну будет нам обоим от разговора неловко, ну залезу людям в глаза, а ведь им и так непросто сейчас. Им сейчас не до чужих, уж это точно. Не до тебя.
— Ты ведь не думаешь, что я это потому, что мне хочется какой-то практики или чего-то в таком роде, — озвучила Галя то, что наверняка думал Антон.
— Ну что ты, — сказала мама ласково. — Я знаю, что ты у меня добрая и отзывчивая девочка, и дядя Сергей — хороший человек. Но это их семья, Галюнь, не наша... Они ведь знают, кто ты.
Галя сжала губы при этом «кто ты», но кивнула.
— Значит, если понадобится, они тебя сами найдут. А сама ты не навязывайся, не надо. Некрасиво это, как ни крути.
Гале не понравился разговор, но другого быть и не могло. Мама знала все. И про их дружбу, и про ссору, и про остальное. Она Антону давно уже не сочувствовала и его не любила.