Она оттолкнулась от стены и заставила себя сделать два шага по перечеркнутому тенями полу, когда резко отворилась дверь. Свет фонарика ударил в лицо, Галя едва успела заслониться.
— Ты кричала?
— Я? — чистосердечно удивилась она. — Нет.
— Ладно. Вырубило свет по всей округе, — сообщил Антон, светя уже ей под ноги. Позади него в коридоре царила непроницаемо-серая тьма, и Галя задрожала. — Понятия не имею, сколько это продлится. Наберу аварийную службу, но они точно не полезут чинить линию в грозу. Идем пока в кухню. Я притащу со второго этажа походную лампу и пауэрбанк, будет свет. Подождем, пока стихнет, заодно мне все расскажешь.
Галин мозг пока отказывался воспринимать сразу такое количество информации, поэтому она просто кивнула. Ее сумка тоже лежала в кухне, но батончик она оставила в кармане, так что теперь вытащила его, развернула и впилась зубами.
Антон смотрел на нее; она чувствовала его пронизывающий взгляд.
— Идем, — сказал он, когда она закинула последний кусочек в рот и засунула обертку обратно в карман брюк. — Я провожу тебя до кухни.
— Не надо, — сказала она.
— Уже перестала бояться темноты? — Галя покосилась на мрак за его плечом и промолчала. — В коридоре темно. Не глупи, идем со мной.
Она оглянулась на кровать, где лежал дядя Сергей. Вокруг нее стояли тени, тянулись по полу тени, кривились тени...
Галя отвернулась и пошла вслед за Антоном, с трудом сдерживая желание перейти на бег.
Он завел ее в кухню, и луч фонарика, скользя по металлическим поверхностям, заставил их разродиться кучей отражений. Как в операционной, подумала Галя отстраненно. Молнии ползали по окнам в струях дождя, но ветер, казалось, стал тише.
— Я сейчас, — сказал Антон, высвечивая для нее путь до стула, на котором лежала сумка. — Сиди тут, я быстро.
Галя покорно села на стул и положила сумку себе на колени, стараясь не смотреть по сторонам.
Она знала, что вокруг ничего нет. У нее не было галлюцинаций, ей не чудились в темноте привидения. Все шутки играл с ней ее собственный мозг.
Гипоталамус, этот крошечный, размером с фалангу большого пальца руки командир, устроивший себе штаб в промежуточном мозге, был первым, кто откликался на темноту. Он независимо и бесстрастно отправлял сигнал надпочечникам: пора, ребята, вокруг ничего не видно, начинайте-ка вырабатывать гормоны. Надпочечники не могли не подчиниться приказу: они выбрасывали в кровь адреналин, который заставлял сосуды сужаться, сердце — стучать чаще, а кожу — покрываться холодным потом.
Опасность, говорила ей нервная система. Тревога, добавляла она следом.
Ты ничего не видишь, но это не значит, что там, в темноте, ничего нет.
Наверняка там что-то притаилось. Поверь мне, я — твой собственный мозг, я знаю лучше.
Ей еще ни разу не удавалось победить в этом споре.
Она постаралась сосредоточиться на шагах Антона, удаляющихся от комнаты по коридору. Он шел быстро, значит, и вернется тоже быстро. Вот скрипнула лестница — значит, он уже поднимается на второй этаж.
Сейчас он принесет лампу, и будет светло. Сейчас.
Но пока здесь властвовала тьма, и она обступила Галю так плотно, что стало нечем дышать. Галя могла бы поклясться: когда она обернется, за спиной никого не будет, но ее будто пригвоздил к стулу липкий, как клейкая лента, страх. Она чувствовала, что сзади кто-то стоит. Смотрит ей в затылок. Тянет руку с призрачными ледяными пальцами, чтобы коснуться ее обнаженной шеи...
Она вскочила со стула, прижимая к себе сумку, и бросилась по коридору.
— Антон!
Лестница чуть заметно скрипела под ее ногами... и следом за ней, следом, как будто кто-то еще поднимался за Галей наверх!
— Антон!
Он вынырнул из комнаты слева и ударил светом ей в лицо так резко, что Галя едва не ослепла. Она едва успела отвернуться.
— Твою ж... Прости, — он тут же опустил смартфон. — Ты чего? Что случилось?
— Я... — Она не нашла нужные слова сразу, все еще пыталась отдышаться. — Ты нашел лампу?
— Не нашел. Понятия не имею, куда засунул, тут еще половина вещей не разобрана. — Он какое-то мгновение вглядывался в выражение ее лица, а потом просто сунул Гале в руки свой смартфон. — Держи. Стой здесь. Где твой телефон, почему не включила фонарь, раз испугалась?