— Он не мой! — всхлипывала Галя. — И я не хочу в кино! Мне к практике готовиться надо!
Она утыкалась в подушку лицом; Лиза садилась рядом, гладила ее по волосам.
— Ладно, тогда другой план. Давай в четверг в «Tesla» сходим, развеемся? Там какая-то тематическая пати с молниями в честь Дня победы. Обещали, что будет вонять озоном, по залу будут ходить парни в неоновых трусах и с тазерами, а девушкам в белом вход бесплатно... все, как мы любим. Эдика позови. Ты уже месяц ивейтишь от клубов, мне без тебя скучно.
— Я не стану звать Эдика, чтобы отвлечься. Не стану! — заявляла Галя, оттирая рукавом рубашки слезы.
— Горжусь тобой за это. Тогда просто со мной сходи. Мне без тебя скучно!
А вот это был весомый аргумент. Галя подумала, высморкалась, отпила черничного рафа и согласилась.
В понедельник у них была практика в больнице, а во вторник случился семинар по сестринскому процессу в акушерстве и гинекологии, который она отработала на «отлично». В среду Галя лихо расправилась с терапией, а четверг — с хирургией, которую очень любила. Тогда же, в четверг, она написала Антону смс-ку: планы не меняются, приду в субботу к четырем, и у нее даже не возникло неконтролируемого желания услышать его голос.
Возникло контролируемое.
Но она сдержалась и не позвонила.
И даже Фаине не позвонила, хотя очень хотелось. Но Галя слишком хорошо представляла, что скажет сестра. Все то, что говорила себе она сама много раз за прошедшие шесть лет, только прямо и без экивоков... нет, пока Галя не была готова услышать эти слова вслух.
В четверг они с Лизой сходили в «Tesla», где танцевали под техно до самого утра и сделали столько позорно кривых селфи, что Галя устала удалять их из телефона. Самые кривые все же оставила. И она, и Лиза казались на них такими счастливыми...
Уже в пятницу она почувствовала, что не сходить с ума при мысли об Антоне получается гораздо легче. Переходный период заканчивался. Шторм в нервных клетках утих. Стало почти как обычно: болит, но не так чтобы очень, тянет, но не так чтобы постоянно об этом думать. На этот раз Галя была уверена, что отработает без происшествий.
Волноваться не о чем, ведь правда? Антон пообещал никому не говорить, повторять это безумие они не собираются. Она будет держаться отстраненно и профессионально, как и положено психопрактику, пришедшему к пациенту. А если мысли о сексе с сыном этого пациента вдруг придут в голову, то просто начнет считать до сотни или вспомнит, как выглядел последний виденный в морге труп.
В четко проработанной схеме взаимодействия с Антоном Галя упустила из виду один важный элемент.
Этот элемент звали Неля.
***
Гале не хотелось этого признавать, но, кажется, Неля что-то заметила.
В субботу было прохладно, накрапывал дождичек, и прогнозы обещали, что так будет все выходные. Антон, похоже, внял ее совету и решил больше не приезжать, так что Гале пришлось идти до дома Лавровых пешком. Она использовала время пути для тренинга: дыши глубже и размеренно, ты взрослый человек, господи, да разве у тебя никогда раньше не было случайного секса?
Но ведь этот был совсем не случайный.
Тренинг не помогал.
Она услышала Нелино «Заходи!» в ответ на свое приветствие, и вошла в полутемный коридор, на ходу складывая зонтик и внутренне готовая к чему угодно. Но навстречу вышла только сама Неля. Она сразу же забрала зонт, и, улыбнувшись какой-то затаенной улыбкой, сообщила, что Антон уехал по делам.
— Сказал, что скоро приедет. Но ты можешь начинать сразу, как закончит Роза Ефимовна. Тебе ведь он не нужен?
Галя наклонилась, чтобы снять туфли и одновременно скрыть вспыхнувшие щеки.
— Нет.
Они вошли в кухню, чтобы выпить чай, пока сиделка закончит промывать дяде Сергею назогастральную трубку, и Неля стала расспрашивать про самочувствие, пододвинула вазочку с абрикосовым вареньем — родственники с земли прислали, попробуй... Она как будто слишком внимательно вглядывалась сегодня в Галино лицо, но ведь это могло бы из-за обморока на прошлой неделе, правда?
Галя зачерпнула ложечкой варенье и положила в рот.