Что это за черная трещина в доме, которую она рисует уже третий раз?
Неля следит за ним сычом, но ему как-то совсем все равно: Антон встает позади Гали, заглядывает ей через плечо, садится рядом. Если ей неприятно, пусть отодвинется сама. Он просто хочет увидеть, что она нарисовала.
— У отца какие-то проблемы?
— Я не думаю, — отвечает Галя вроде бы честно. — Это разрушается иллюзия, я такое видела не раз. Он хочет выйти на свет. А я должна все подготовить, чтобы все прошло как можно мягче. Но когда я потащу его наверх, в какой-то момент его мозг в любом случае испытает...
Он тянется за рисунком, и она дергается, как от удара электрическим током, едва не подпрыгивает на месте, поскорее отстраняясь от его руки. В какой-то момент Антону хочется намеренно схватить ее за кисть и прижать к столу.
Держать, пока Галя не перестанет трепыхаться.
Заставить ее принять его прикосновение и перестать вести себя так, будто оно ей ненавистно.
Они оба знают, что это не так.
И даже дурацкое имя ее парня — Эдик, — которое она явно пытается поместить барьером между ними, ничего не меняет. Лишает Антона здравомыслия, холодности рассудка и почти лишает гордости — но не меняет.
Он не дожидается конца разговора и уходит к себе: Неля встретила Галю, она же ее и проводит, а у него полно дел.
Нужно заработать денег на платную МРТ для отца — обязательную для тех, кого вернул из комы нейробиопсихолог. Нужно подумать о реабилитации, а это значит массаж, ЛФК и снова деньги, чтобы отец мог вернуться к полноценной жизни как можно скорее. Неделя будет тяжелой, и это хорошо.
Дела помогут ему поскорее выбросить секс с Галей Голуб из головы.
В своем четко проработанном плане действий Антон не учитывает один элемент.
Этот элемент зовут Неля.
Глава 21.2 Антон
На следующей неделе Неля не приезжает — Костик затемпературил и засопливился, свел с ума и Сашку, и ее, и после нескольких бессонных ночей она решила и на выходные остаться с ним дома.
— Но я договорилась с Сапожниковым, — говорит Неля будто в свое оправдание, когда звонит ему в пятницу. — Он готов в любое время... и даже не возьмет денег по старой дружбе. Вот так.
Наверняка чувствует за собой вину, думает Антон, но вслух говорит:
— Смотри там, сама не заболей.
— Да куда мне, отпуска на носу. И к вам не хотелось бы заразу принести. — Неля вздыхает. — Ладно, пойду. Сделала ему куриный супчик с сухариками, пусть похлебает. А ты что будешь есть?
— Возьму чего-нибудь в «Макдаке», — честно отвечает он, и Неля вздыхает во второй раз.
— Ладно. — Кажется, она уже готова попрощаться, но вдруг спохватывается. — Тош...
— А? — говорит он, прижимая трубку к уху плечом, пока открывает рекламный кабинет.
— Ты... Как там эта пропавшая девушка?.. Нашлась?
Он руку готов дать на отсечение, что она собиралась спросить о другом.
— Нашлась. Они поссорились, и она уехала к друзьям без телефона. Вчера вернулась.
Марина и в самом деле вернулась: зашла в соцсети, запостила фото с Гамлетом в обнимку с подписью «мой золотой муж», включила телефон. Антон набрал только раз, когда обескураженная Инга сообщила ему новости, и разговор был странным. Марина сказала, что ей совсем неинтересна Белла Дюжева, и что с мужем у них все так замечательно, как только может быть.
И Антон, может быть, поверил бы, если бы Марина не говорила как зомби.
Или как робот.
Или как наркоман под кайфом — и не повесила трубку после его вопроса в лоб: «Так где ты все-таки была?»
Инга сказала, что в полицию они таки заявление подали, и к Гамлету уже на следующий день заявились люди с расспросами и обыском. Вот только дверь им открыла сама Марина. Прижимаясь к мужу и широко и растерянно улыбаясь, она рассказала полиции историю о том, как они с мужем поссорились, и она на эмоциях уехала к подруге в Ханты-Мансийск. Телефон оставила дома намеренно, хотела, чтобы Гамлет поволновался.
— Я и волновался, — подтвердил Гамлет. — Места себе не находил.
Воссоединение мужа и жены — ну не хэппи-энд ли в истории, которая могла закончиться совсем по-другому? Антон почувствовал себя дураком: поднял панику на пустом месте, привлек Ингу, но одновременно что-то нехорошее и темное скреблось в его душе при воспоминании о последнем разговоре с Мариной... и это нехорошее проснулось и снова заскреблось, когда она заявила ему, что все просто замечательно.