Зачем, зачем, зачем он это сделал?!
И теперь она даже представила себе, что было бы, согласись она пойти с Антоном наверх. Конечно, они бы оказались в постели. Может быть, это повторилось бы снова, может, даже не раз, но все равно однажды настал бы тот самый день — и Антон разбил бы ее сердце.
Обязательно.
Неизбежно.
Просто так — так же просто, как поцеловал.
Галя вздохнула, посмотрела на туфлю в своей руке и поняла, что эмоции ее все-таки потихоньку отпускают. Она поставила обувь на полку, уселась в кухне и, подперев голову руками, уже совсем без улыбки стала ждать, пока придет мама.
На практику в эту неделю она ходила как никогда сосредоточенной и готовой. Детские болезни был труднейший предмет: все эти дозировки лекарств то на год жизни, то на килограмм веса, возрастные анатомо-физиологические особенности, календарь прививок, порядок прорезывания зубов. С терапией и хирургией легко, а тут Гале приходилось усердно учиться, чтобы не оплошать.
«Ребенок — это не маленький взрослый», — часто повторяла им преподаватель. Галя всецело с ней соглашалась, а еще преисполнялась уважения к педиатрам и медсестрам, работающим с детьми. Столько всего запомнить и учесть! А попробуй-ка, попади иглой в эту тонюсенькую венку — что, уже страшно?
Конечно, внутривенно маленькому ребенку Гале делать никто не дал, но внутримышечные инъекции она на неделе попрактиковала. А еще поиграла в кубики, посмотрела кучу мультфильмов и заплела красивые косички всем девочкам в отделении.
Почти получилось отвлечься от мыслей об Антоне.
Почти.
Она шла домой в среду, когда телефон зазвонил.
— Привет, — сказал Эдик. — Какие планы на выходные?
— Ты здесь! — обрадовалась Галя так бурно, что ей самой тут же стало неловко. Но Эдик отреагировал как ни в чем не бывало:
— Да-да, и даже уже отработал первый рабочий день и в курсе ваших местных новостей. И давно в Зеленодольске пропадают психопрактики?
— Пропадают? — удивилась Галя. — Впервые слышу.
— Так-так, — сказал Эдик, — ну ладно, раз я уже стал сплетником, томить не буду. В общем, в научном городке ходят слухи, что пропала некая Белла Дюжева, коуч-телепат, слышала о такой?
Дюжева. Галя попыталась вспомнить, но имя точно было незнакомым.
— А что с ней случилось?
— Приехала сюда из Москвы, чтобы провести индивидуальный курс с клиентом... самое интересное, что провела — и испарилась. Съехала из гостиницы — и как в Лету канула. Гражданский муж забил тревогу: у нее ж другие клиенты, бизнес горит. Ваша местная Группа все отрицает, но у Зеленодольска в этом плане худая слава.
Галю что-то тюкнуло прямо в сердце при слове «Группа», но почти сразу же чувство прошло: Антон не там, не с ними. Даже если что-то антипсихи и натворили, он точно непричастен.
— Я не знала, — сказала она.
— Ну и ладно, бог с ней. Так что с планами на выходные?
Галя о планах рассказала. Эдик выслушал, помолчал.
— Значит, не увидимся, — сказал он как будто немного грустно, но понимающе. Ни один психопрактик в здравом уме не стал бы рисковать здоровьем пациента ради возможности весело провести вечер. — Тогда, может, на следующей неделе? Никаких коварных планов, просто выпьем кофе. Или можем сходить в клуб.
Галя сказала, что на следующей неделе можно.
Они поговорили еще обо всяких психопрактических вещах, и незаметно она добралась до дома. Уже завершив вызов, она увидела на экране смартфона уведомление о зачислении денег.
Антон оплатил сразу оба следующих сеанса. Свои обязательства он перед ней выполнил, дело оставалось за ней.
Галя остановилась у ворот дома, выбрала имя Антона в списке контактов и, открыв переписку, написала: «Деньги пришли. Мы в расчете».
Звучало холодно, но так даже лучше.
Никаким сексом, никакими поцелуями того, что между ними есть, не изменить.
***
В пятницу она вышла из дома во всеоружии. Антон, как и обещал, стоял возле ворот на машине, так что выбора не было — пришлось забраться внутрь, закрыть дверь и снова оказаться с ним наедине. Руки без прикосновения к импринту мерзли и неприятно покалывали, так что Галя решила отвлечься и еще раз перечитать акт оказанных услуг, который распечатала для Антона вчера; документ, который подтверждал, что психопрактик выполнил то, что обещал, и у стороны заказчика нет к нему претензий.