- Я в этом уверен, - твердо ответил шаман. – Вряд ли за столько зим без битв они откажутся показать свою бравость перед другими родами.
- Да, Мора, можешь быть спокойна, - согласилась Тарла. – После всего, что мы пережили, весь свет обязан нам подмогой…
- Подожди-ка, - Трескучая Тучка резко перебил ее и посмотрел ей в глаза. – Внутри тебя есть машины, верно?
- Верно, - удивилась гномида. – А вы и в этом разбираетесь?
- Признаться, никогда не любил искусственных созданий, но у меня есть то, что может вам пригодиться.
Зарывшись с головой в гору из сумочек, мешочков и сундучков, Мандидук упорно разгребал свое богатство, пытаясь что-то отыскать посреди этого бардака.
- А, вот! Нашел! – торжественно объявил он.
Гоблин протянул Тарле руку. В ней была зажата какая-то голубоватая электронная пластина, испещренная гномьими рунами.
- Не может быть! – воскликнула гномида, принимая подарок. – Это же «Рандокс»! Где вы его взяли?
- Недавно сюда приходили гости с Большой земли, и один из них был почти наполовину искусственным. Одна нога, две руки и правый глаз были из металла. Он держал при себе эту вещь, и, похоже, забыл ее в моем чуме, когда мы раскурили с ним очередную трубку.
- Поверить не могу! – продолжала удивляться Тарла. – Это же дорогущее программное обеспечение для имплантатов военного типа! Даже у нас в Кузне его практически невозможно достать!
- И чем же это так важно? – спросил Виктор, глядя в пустоту.
- Это просто необычайно важно! Один такой программный пакет способен практически полностью реструктурировать действие внутренних механизмов, практически изменяя и улучшая их функциональность!
- А если без всей этой технической белиберды? – усмехнулась Гира, глядя, как гномида словно завороженная уставилась в пласткиковую пластину.
- Проще говоря – оптимизирует работу имплантатов и открывает новые функции за счет перепрограммирования основных протоколов, - проговорила Тарла.
Дверь чума снова открылась, и в мягких стенах кочевого жилища раздался оглушительный девичий визг:
- Драхкар! Ты вернулся! – Саркхаша сбросила огромную сумку с травами у входа и в один прыжок набросилась на обалдевшего шамана. Такого горячего приема от младшей ученицы он никак не ожидал. – Драхкар, родной! Сколько же зим мы не виделись!
Для своего племени эта девушка была слишком тонкой и женственной. Ее никогда не привлекали бесконечные ни битвы, ни воинственный нрав сородичей. Да и своей хрупкой внешностью она больше походила на человека, нежели на орка. Ее мать жутко невзлюбила свою дочь за излишнюю мягкотелость, и при первой же возможности старалась отдать ее в умелые руки, которые могли сделать из нее подобающую жену и представительницу своего племени.
Вот так, пройдя через всех известных воинов и учителей, молодая Саркхаша попала к Трескучей Тучке. Он сразу согласился взять ее к себе в ученицы, следуя древней примете, что из рыжеволосых женщин получаются очень хорошие шаманки. Но и тут ее ждала неудача. Способностей к волшебству у нее было недостаточно, чтобы заменить Мандидука после его смерти, и старый гоблин сделал упор на Драхкара, которого он взял под свою опеку несколько эонов раньше. Из всех премудростей шаманского искусства ей удалось осилить только травничество и секрет приготовления лечебных и стимулирующих снадобий.
Поэтому заботы по дому всецело легли на Саркхашу, оставив Драхкару место любимого ученика и будущего наследника силы Трескучей Тучки. Но она была не в обиде, ни на своего учителя, ни на молодого шамана. Даже наоборот, она прониклась уважением к этому молчаливому и храброму парню, в несколько пасов подчиняющего себе духов-хранителей и прорицающего будущее по движению облаков.
Драхкар прекрасно видел, что она к нему не равнодушна, и теряется всякий раз, когда он с ней заговаривал. Видел и странные попытки понравиться ему или помочь в нелегком шаманском деле, но никак не обращал на нее внимания. Задания Мандидука и исполнение обрядов отнимали у него все силы, и на большее просто не оставалось сил.
Теперь же он смущенно смотрел на своего учителя, ожидая, что он сможет успокоить излишне радостную девушку, но старый пень лишь ухмылялся и наблюдал за зрелищем.
- Я тоже рад тебя видеть, - пролепетал Драхкар, пытаясь вырваться из ее цепких объятий, и все это происходило под дружное хихикание отряда. Даже безэмоциональный и холодный, словно лед, Виктор неуловимо улыбнулся.
- Как же я по тебе соскучилась, одной! – мечтательно закатив глаза сказала Саркхаша. – Почему ты так долго не писал? Почему не приезжал? Ты же знаешь, как здесь скучно!
- Да уж, а с ним, значит, тебе скучно не бывает? – усмехнулась Гира, издевательски наклонив голову. Наконец девушка заметила, что в чуме очень много народу, и среди всей этой братии сидит такая ненавистная всем оркам и гоблинам Высшая. – Что же, не могу с тобой не согласиться, наш глубокоуважаемый майор знает, как можно приятно провести время.