— Володя, почемъ мы свалили Полозову гирку, не помнишь ты? вдругъ спросилъ майоръ.
— Право не помню… По четыре съ полтиной, кажется….
"Да, его это огорчитъ, думалъ Русановъ: надо устроить такъ чтобъ онъ ничего не зналъ. Я поѣду въ городъ, напишу ему оттуда, что очень важная телеграмма зоветъ меня въ Москву, что уѣзжаю не на долго…. Да, именно такъ…."
— Что ты сталъ? крикнулъ майорѣ Іоськѣ….
— Та треба фартукъ опустить…. Бачите, якъ завывае, отвѣчалъ тотъ, опуская кожаный фартукъ экипажа.
— Пошелъ скорѣй, помилуй Богъ, пурга будетъ….
— Хай ей лихо! сказалъ Іоська, погоняя лошадей….
"Тамъ отличная криничка, думалъ Русановъ: привязять къ ногамъ пудовикъ, ухватиться за край, и…. Или даже просто, продолжалъ фантазировать Владиміръ Иванычъ: еще лучше, все будетъ приписано случаю…."
Лошади стали.
Русановъ выскочилъ изъ экипажа; цѣлый ураганъ бѣлыхъ хлопьевъ охватилъ его, вѣтеръ дулъ ему въ лицо мелкою снѣжною пылью; около тарантаса, видимо глазу, наметало сугробы; далѣе двухъ шаговъ ничего не было видно….
— Ой, лишенько, раздавался гдѣ-то по близости голосъ Іоськи, — змерзнемъ….
— Гдѣ ты, Володя, гдѣ ты? слышался съ другой стороны голосъ майора.
Русановъ чувствовалъ, что его съ неодолимою силой несетъ вихремъ въ сторону: онъ повернулся къ нему лицомъ а, нагнувшись, сталъ лѣзть на прорѣзь, прислушиваясь къ крикамъ спутниковъ….
— Что тутъ дѣлать? отчаянно говорилъ майоръ, хватая его за рукамъ.
— Экой морозъ! пробормоталъ племянникъ:- всѣ пальцы отнялись….
— Жинка моя, дѣтки мои, причиталъ Іоська, вертясь около лошадей; тѣ стояли, какъ вкопаныя, вздрагивая всѣмъ тѣломъ….
— Что жь? сказалъ Русановъ, съ непріятнымъ смѣхомъ:- такая ужь видно наша доля!
И, завернувшись въ шубу, сѣлъ въ экипажъ….
— Что жь ты это дѣлаешь? кричалъ майоръ:- помилуй, спать нельзя…. Нельзя спать, тормошилъ онъ племянника….
— Тутъ теплѣй. Что жь за пріятность, когда въ лицо летятъ ледяныя иголки?…
Майоръ сталъ толковать съ Іоськой; ѣхать не было ни какой возможности; дорогу замело окончательно; не много погодя и они присоединились къ Русанову, опустили фартукъ и жались другъ къ другу, стараясь согрѣться….
Прошло съ четверть часа.
— Экій дьявольскій морозъ, ругался майоръ.
— Непріятный, согласился племянникъ.
Еще прошло нѣсколько времени.
— Собаки лаютъ, встрепенулся Русановъ.
— Гдѣ? Въ самомъ дѣлѣ, говорилъ майоръ:- теперь должно быть не далеко до хутора….
— Отпрягай лошадей, крикнулъ Владиміръ, — не мерзнуть же тутъ въ самомъ дѣлѣ,- и выскочилъ изъ тарантаса.
— Та якъ ихъ отпрягти? Рука мре….
— А, чортъ, давай сюда ножъ….
Русановъ обрѣзалъ гужи и постромки, спуталъ лошадей вожжами….
— Двигайся, пошевеливайся, трупъ! толкалъ онъ Іоську.
Воѣ усѣлись верхомъ, и поѣхали на лай; лошади вязли по колѣна; то та, то другая проваливалась въ снѣгъ. Владиміръ нещадно хлесталъ ихъ концами вожжей….
Еще нѣсколько времени, и лошадь Русанова остановилась у какой-то бѣлой горы; онъ слѣзъ и разглядѣлъ огонь, свѣтившійся въ окнѣ; почти ощупью отыскали они дверь, и вошли въ хату, освѣщенную каганцомъ. Только тутъ, обогрѣвшись и отдохнувши, сознали они вполнѣ опасность, которой подвергались….
Утомленные ѣздой, холодомъ и волненіями, паны улеглись и проспали виплоть до вечера….
— Что это такое? спрашивалъ Русановъ, протирая глаза:- гдѣ это поютъ….
— То хлопци съ дѣвчатами колядуютъ….
Подъ окномъ раздавались веселые голоса.
Русановъ взглянулъ въ окно; пурга совершенно прошла, на темноголубомъ небѣ сверкали рои звѣздъ, на чистомъ, свѣжемъ снѣгу гомозилась толпа дѣвчатъ и паробковъ; освѣщенныя окна хатъ приподнимались, и въ нихъ летѣли ковбасы, поляницы… Толпа съ криками и хохотомъ подбирала ихъ, и еще веселѣй подхватывала пѣсню….
Весело пробирался Русановъ съ дядей къ дому, и какъ вошелъ, кинулся къ письменному столу, схватилъ въ охапку разбросанныя тетради своего "взгляда" и понесъ ихъ въ залу….