«Как всё – таки прекрасна жизнь!» - с сарказмом протяжно и весело прозвучал в её голове внутренний голос. – «Дала бы ушлёпусу с крыши сигануть – жила бы в Испании сейчас и занималась любимым делом».
Любимый черный юмор, куда ж без него.
- Что это ты стонешь, ушастик? – Весело, чуть ли не повизгивая от смеха произнес Игорь, войдя в комнату со стаканом воды и таблетками. Громко (!) Поставил посудину на прикроватную тумбочку.
На его губах растянулась широченная улыбка, а глаза засияли от смеха, как будто он наслаждался увиденной картиной.
- Зрелище ты, однако, плачевное. То – ли дело вчера…, - не дождавшись ответа продолжил он.
- Corijo tu! – Послала Марфа парня на три известных всем буквы и тут же почувствовала во рту привкус кошачьих продуктов жизнедеятельности. Во всяком случае именно так она их себе представляла.
Она поморщилась, сдерживая рвотный рефлекс.
- Мгновенная карман, - присев на край кровати Игорь понимающе похлопал Марфу по плечу. – Я тут тебе принес кое – что. Выпей – полегчает.
Парень провел тыльной стороной ладони по тощенькому, в его понимании, плечу. Всю оставшуюся ночь он наблюдал за спящей Марфой. Она ему зашла беззащитной ещё сильнее, чем скачущей на нём.
- Что случилось вчера? – спросила она. – Я что, напилась?
Красивые брови Игоря поползли вверх.
Марфа постаралась подняться, но тут же обратно завалилась. Чувство было такое, что ей в глотку влили бутылку водки и несколько бокалов шампанского, заклеили рот скотчем и отправили кататься на русских горках. Мутило безбожно.
- А какого черта я голая? – Взвизгнула Марфа через пару минут.
Вот эта новость уже сумела ей сил придать и она уселась на кровать, прикрывая грудь простыней.
Неужели тошнота логически завершилась? Какое позорище! От отвращения к себе девушку тряхануло.
- Мы с тобой ночью классно потрахались! - Снова блеснув зубами, подмигнул Марфе Игорь.
Она обеими руками зажала рот руками, сдерживая рвотный позыв. Подорвавшись, вскочила и понеслась в ванную, не обращая внимания на то, как резко побледнел парень.
До него начало доходить, Марфа не помнит случившегося, несмотря на то, что он мог бы назвать лучшим сексом в своей жизни. Как можно забыть, что тебя всю ночь вертели и имели хотели? Ему хотелось думать – она претворяется.
Сидя на полу в душе, Марфа пыталась вспомнить хоть что-то из ночных событий. Её память обрывалась после первого бокала второй бутылки вина. Просто выключили сознание нахрен! Как такое может быть? И что теперь делать?
Она помнила – алкоголь немного развязал ей язык. Ну ладно, не немного. Игорь узнал то, что другим неизвестно. Причины её напряженного общения с матерью.
Все вокруг считали её эгоисткой, нежелающей счастья собственной маме. Отец Марфы был военным летчиком. Он разбился много лет назад при выполнении тренировочного полета со своим юным коллегой. Через полтора года мама Марфы вышла замуж во второй раз. За лучшего друга своего покойного мужа. Нет, доля правды была. Девочка долго не могла принять, что дядя Слава, которого она с горшковых лет знала, стал не просто дядей, а отчимом. Но близкие семьи, при желании, могли бы заметить – с отчимом Марфа общается лучше, чем с мамой. Значит дело не в предательстве памяти?! Конечно же, нет!
Когда случилось несчастье, мама посчитала, что Марфу не стоит травмировать… Не сказав о случившемся, её маленькую отправили погостить к двоюродной бабушке, не дав с обожаемым папой проститься. Чем старше Марфа становилась, тем ужаснее ей поступок мамы казался. До этой ночи Марфа поделилась своими переживаниями только с Антоном, теперь же об её слабом месте знал и мелкий засранец, не умеющий прилично шутить.
Ну стала бы она с ним сексом заниматься? Нет! И ещё раз нет! Этот напыщенный смазливый индюшонок себя видел?
Чувствовала она себя отвратительно. Надо же было так нажраться!
Из плюсов – отсутствие мыслей об Антоне. Да что там! В её голове вообще никаких мыслей не было. Были желания – сдохнуть или убивать.
Прохладные струи били по всему телу Марфы унося с собой в сток её похмелье и прошлую жизнь.
Глава 6
Стоя в дверях ванной комнаты Игорь наблюдал, как Марфа в пятый раз за день чистила зубы.
— Сотрешь эмаль нафиг, - шутливо трунил он её.
— Сгинь, — рыкнула она, насколько это возможно было сделать с полным ртом пены. — Ты всегда такой болтливый? У меня такое чувство, что рот твой не закрывается ни на секунду.