Голос князя прозвучал весело, но столько холода и мрака не было, пожалуй, ни в одном другом голосе, что прямо обещал смерть и боль.
Снова смерив взглядом «принцессу», мужчина усмехнулся, прежде чем выйти из комнаты. Были важнее дела, чем с девкой разбираться, главное, что молчать будет, уж в этом князь не сомневался.
Лист бумаги, верхний на стопке документов, то и дело притягивал взгляд, усиливал легкую мигрень. Список, проклятый и страшный список тех, кто погиб в поместье фрау Мюллер. Список невинных жертв болтливости и человеческой жадности.
Покачав головой, чувствуя, что сил смотреть на него больше нет, Мария поднялась с места, на миг выйдя в коридор.
- Подайте чай, - распорядилась она и, чуть поколебавшись, все же миновала кабинет, скрывшись в своих покоях, где опустилась в глубокое кресло у окна, устало потерев лицо руками.
Это напряженное ожидание изнуряло, занимало все внимание и не было в нем ни капли света, на которую можно было бы отвлечься.
Короткий стук в дверь, после которого, на пороге появился канцлер. В пыльном дорожном костюме синего цвета, со шляпой в руках.
- Ваше величество, - на этот раз мужчина не поклонился, лишь склонил голову и быстро прошел в покои, плотно затворив за собой дверь.
- Половина аристократии переметнулась на сторону ваших противников, - весь день канцлер провел в седле и теперь едва ли не терял сознание от боли в спине. Она мешала здраво мыслить, затуманивала разум, но пока он мог стоять, Андрей Алексеевич не смел позволить себе проявить малейшую слабость. - С ними князь Берсон, государыня.
Губы женщины раздражённо дрогнули от одного звука этого имени.
- Тогда я даже знаю, чьих рук резня в доме фрау Мюллер, - мрачно заметила она, поднявшись с места. - Что ты узнал, есть кто-то, кто мог бы опровергнуть слова лже-принцессы? - прямо спросила она, понимая, что времени у них ничтожно мало.
Если не найти Маргариту перелом в этом противостоянии будет совсем не в их пользу, если не найти кого-то, кто подтвердил бы ее личность - даже найденная настоящая Маргарита не поможет.
В этом безумном напряжении женщина совершенно не думала о себе, но не заметить, как осунулся старый друг не смогла и это снова болезненно сжало сердце. Снова ему приходится защищать свою королеву и помогать ей, приходится брать на себя все тяготы государства. Одной маленькой пешке, что стала могущественной ферзей на этой огромной шахматной доске.
- Есть, - усмехнулся Андрей Алексеевич, бросив быстрый взгляд на кресло. Только бы присесть, чтобы хоть немного спина успокоилась. Лучше бы, конечно, было выпить обезболивающее, которое хоть на пару часов уменьшит боль, но с собой лекарства не было.
- Сама Маргарита и подтвердит, - закончил мысль он после недолгой паузы. - Я пустил слух о том, что Разумовский арестован и находится при смерти. Вот увидишь, государыня, она объявится в кратчайшие сроки.
Удивлённо приподняв бровь, женщина взглянула на него и не сдержала тихого смеха.
- Плут ты все же, Андрей Алексеевич, да как хорошо знаешь женщин с нашей глупостью женской... Присядь, - заметив все же его взгляд, произнесла женщина. - Но все же этого мало. Что значат слова девушки никому не известной, может мы ее подговорили да слов нужных научили?
Пусть этот ход канцлера и был хитёр, а легче на душе от него не стало, да и кроме того... Что-то в самом мужчине заставляло ее невольно хмурить тонкие черные брови, тревогу невольную ощущать, точно видела за его плечами беду какую-то. И сколько бы этой мысль ни гнала, все время она возвращалась, стоило взглядом встретиться с синими глазами мужчины.
- Князь, скажи не таясь, с тобой все хорошо? - все же не выдержав, чуть тише спросила Мария, глядя на друга старого, Верне вновь из-за маски королевы на миг выглянула, отражаясь в глазах черных, женщина.
- Достаточно, государыня. - присаживаясь в кресло, ответил канцлер, на мгновение нахмурившись от боли в пояснице. Кажется, сам он уже не встанет, поднимать кому-то придется. - Достаточно для того, чтобы время выиграть, а кроме того, у нас есть Разумовский и ещё один козырь у меня есть, только не уверен я в нём пока, так что, дозволь умолчать, царица.