Тихим был похорон, много было сказано слов искренних и не очень, прежде чем первые комья мёрзлой земли упали на крышку гроба, засыпая одного из величайших людей этого века. Соболезнующие, сочтя за обязанность, один за другим потянулись к молодому князю, выражая ему сочувствие. Кто скупо, кто велеречиво, только последний из тех, кто задержался у могилы не сказал ничего.
Официально королева была во дворце, не стоило дразнить врагов, но не провести друга в последний путь она не могла. Стоя чуть в стороне, прикрыв лицо черной вуалью, она наблюдала, прежде чем опустел двор и она все же смогла подойти, рядом с мужчиной остановившись.
- Если вы пожелаете прийти ко двору, я буду рада вас видеть, князь, - негромко произнесла Мария, глядя на могильный холм.
Что ещё можно было сказать? Что покойный князь был лучшим из ныне живущих? Что с его уходом страна потеряла многое? Все это он знал и так.
Глубоко вдохнув, женщина все же шагнула вперёд, к кресту на свежей могиле, чтобы рассеянно коснуться тесного дерева.
- Я буду тосковать, мой старый друг, - тихо произнесла она, медленно проведя ладонью по его шершавой поверхности, прощаясь.
Как долго он был рядом, спасая, помогая и наставляя.
- Даю слово, я не разочарую.
Глубоко вздохнув, женщина чуть резко отбросила вуаль, чувствуя, что ей тяжело дышать. Прерывисто вдохнув, женщина чуть дрожащей ладонью стёрла слезы и все же развернулась к молодому князю.
- Благодарю, ваше величество, - коротко поклонился Орлов. Быть при дворе королевы Марии, казалось бы, что могло быть соблазнительнее и заманчивее. Можно было бы сделать блестящую карьеру, но до славы и почестей Орлову не было дела. Он чувствовал на себе вину и хотел её искупить. - Но я не задержусь здесь надолго. Меня больше ничего не держит и, если ваше величество позволит, я отправлюсь миссионером на юг. Я не смог помочь Андрею Алексеевичу, так может хоть там я окажусь полезен.
Несколько мгновений женщина не отвечала, пристально глядя в лицо мужчины.
- Позволяю, но от своих слов не отказываюсь. Вам, князь всегда будут рады при дворе, - все же произнесла она, прежде чем снова скрыть лицо вуалью.
Сейчас возвращаться во дворец не хотелось, как никогда раньше. Осознавать, что старый друг больше не зайдет, не обратиться к ней прямо, без страха и лести, было почти больно. И будь она вправе, уехала бы куда глаза глядят, но... Теперь у нее не было выбора, только сделать сердце каменным.
Солнце ярко светило, освещая небольшое, но всегда такое шумное поместье фрау Мюллер. За окном щебетали птицы, но ещё звонче болтали девушки, что собрались в комнате Маргариты.
Анна-Мария и Алёнка - старшая дочь графа Кузнецова, что вызвались помочь Рите собраться.
- Ты будешь сегодня блистать и сразишь его наповал, - рассмеялась Алёна, помогая Рите укладывать волосы.
- Ага, он итак сражен, - усмехнулась Аня, которая валялась на кровати, перебирая украшения. - Вон, едва ли не каждый день сюда таскается. А вот очаровательный Орлов пропал.
- Аня, - шутливо пожурила ее Рита, но в ответ девушка лишь только рассмеялась.
- Ну а что? По мне, так он гораздо симпатичнее этого твоего... - Анна-Мария скривила недовольную рожицу и высунула язык, явно демонстрируя все то, что думает об новом ухажёре подруги.
- Ой, Анька, - цыкнула на неё Алена. - Иди лучше платье найди, ты что, не видишь, Рита влюбилась! Ей надо сразить возлюбленного и окольцевать его!
Девушки звонко рассмеялась, а Рита густо покраснела, опустив голову.
- Ну хватит, - несчастным голосом попросила она подруг, дотрагиваясь руками до горящих щек. - Девочки!
- Ла-а-адно, не будем, - милостиво согласилась Аня, доставая из шкафа простое светло-зеленое платье. - Вот это, будешь, как фея.
- И очаруешь его, - хихикнула Алёна, втыкая последнюю шпильку в прическу. - Готово!
Едва Рита забрала к нее платье, Анна-Мария подошла к окну.
- Ой, смотрите, кто приехал! - всплеснула руками она. - Наш бравый военный!
Не приехал, вихрем во двор ворвался граф, резко осаживая белоснежного жеребца, да голову вскинул. Взгляд Алексея безошибочно остановился на окне команды Маргариты и мужчина просто не сдержал улыбки. По-мальчишески счастливой улыбки, что озарила красивое лицо военного.
Мчал как мог, боясь опоздать, боясь, что упорхнет его ласточка, не дождется его. И оттого безжалостно гнал коня, ни его, ни себя не жалея, чтобы соскочить на землю, поводья мальчишке-служке бросив. Не в силах и ждать, мужчина взбежал на крыльцо, только бы быстрее увидеть сияние прекрасной улыбки, только бы коснуться этого прекрасного видения.