— Совесть! Я тебя тут уже три часа жду, где ты был, в чем дело, куда пошел Манферед, почему ты его за ручку не привел, как я велела тебе?
Лагард уже давно не видел королеву в таком гневе. Он вытащил изо рта потрескавшийся язык и облизал губы:
— Это все сын графини, он выпрыгнул со второго этажа и умудрился не повредить ни единой конечности. Он начал дразнить мальчишек, подбивая, чтобы те прыгнули следом. Ну эти малолетние идиоты и посыпались, как горох. Половина из них с переломами, половина с ушибами. А этому паршивцу хоть бы хны. Вы были правы моя королева — это опасная парочка.
— Мальчишку выпороть и выслать домой, мать живо ко мне, — Матильда мстительно сощурила глаза и крепко сжала челюсти.
На глаза ей попалась танцующая Марго. Лицо королевы разгладилось, улыбка поплыла по дряблым щекам.
— Я никогда не была столь красива, как Марго.
— Все потому, что она добродетельна, — справедливо, но обидно заметил Лагард, потирая ногу.
— Ах, замолчи, злодей. Какой удивительно тон лица, какая тонкая талия, а этот принц Манфред ничего не видит. Она оборачивается и уже не в первый раз ищет его.
— Она влюблена, моя королева.
— Бледнеет, сейчас хлынут слезы. Отвлеки, скорее, отвлеки ее, пока никто не заметил, — королева замахала руками, подгоняя своего верного старого астролога.
****
— Бабушка, вы звали меня? — чуть не плача спросила принцесса.
— Да, моя дорогая, ты сегодня чудесно выглядишь в этом зеленом платье. Свежа, как роза, прелестна, как хризантема.
— Но его нет, он не видит меня, мне, кажется, у меня вот-вот заболит голова. Воздуха не хватает, виски ломит и…
Королева нахмурилась:
— Сейчас же перестань, разве я не учила тебя в любых обстоятельствах держать себя в руках? Прекрати жаловаться и веди себя как принцесса. Выпрямись, улыбнись, ну же, не так кисло, даже ромашки в полях завяли бы от твоей улыбки.
— Ах, бабушка, видно, вы никогда не любили…
— О, не говори глупостей, каждая женщины вынуждена через это пройти. Я была замужем пять раз.
— А я выйду всего один раз, — щеки принцессы вспыхнули, а потом она сникла.
— Ну, иди развейся… Потанцуй, повеселись…
— Бабушка, зачем вы прислали мне этого ларийца, он же даже не принц, теперь он мне проходу не дает.
— Поклонников нужно поощрять, моя дорогая, а не гнать и уж тем более не воротить от них нос.
— Ох, он такой настырный, будто воспитывался в хлеву, совсем не знает правил приличия. Где это видано приглашать незамужнюю девушку три раза подряд. Он же меня компрометирует.
— Терпи, дитя моё.
— Бабушка, что это за женщина с Манфредом?
— Это графиня де Ланто, — нехотя сказала королева.
— Но почему она рыдает?
— Я приказала выпороть её сына.
— Ах, бабушка, что вы наделали! Принц подумает, что я из ревности подговорила поколотить мальчишку, чтобы расстроить его мать.
— Вот уж дорогая, мужчины так сложно не думают. К тому же я приказала его выпороть за дело…
— Сейчас же отмените порку, — требовательно произнесла Марго, топая ножкой.
— Как ты думаешь, ему не покажется странным, что мы, королевы, меняем приказы, как бальные платья?
— Возможно, — растерялась девушка.
— Так что же — пороть или не пороть?
— Да вы издеваетесь надо мной бабушка, — сказала Кристина и, убежав, разрыдалась.
Ох уж, эти цветы, нежные лилии, — напевно произнесла Матильда. — Лагард, — скомандовала королева. — Отмени порку и зови сюда этого хлыща Манфреда.
— Будет сделано, Ваше Величество!
ГЛАВА 5
Аманда уже без содрогания и колебаний привычно торопилась к пещерам. По пути она заглядывала в силки и ловушки и радовалась богатой добыче. Девочку беспокоило, что она проложила уже заметную тропинку, а снег все не желал падать с небес. Ее отлучки в деревне становились все заметнее и заметнее. Подозрительным было и то, что ходила она в лес одна, тогда как раньше не смела сунуть и носа в Хели-Монт без Миранды.
Аманда прошмыгнула в расщелину скалы и сбежала по ступеням вниз. Подпрыгивая и уклоняясь от старых ржавых ловушек, она быстро добралась до черной высокой двери.
— Джеронимо, — несмело позвала она.
Ее голос прозвучал глухо. В томительном ожидании она провела языком по сухому небу.
— Не зови меня так, — услышала она в ответ.
— Почему нет?
— Джеронимо уже много лет как умер, остался лишь маргит, — ответил голос.
— Ради чего ты так страстно жаждешь выбраться из подземелья? Что тебя гонит?
— Месть.
— Опять убийства?
— Если повезет только одно.
— Ты желаешь смерти королеве? — расспрашивала призрака Аманда.
— О, эту дряхлую старуху я не трону. Я убью ее молодую внучку, ее красивую девочку Маргариту.