- Я не знала, кто из нас больше виноват. А когда до меня начало доходить, что особо никто, мне стало очень больно. В этом не было никакого смысла.
Ее голос понизился до шепота, губы дрогнули, ресницы намокли, и Дима сжал кулаки. Ему очень хотелось обнять ее, но по ее напряженной спине он видел, что она к этому не готова… сначала ей надо выговориться.
- Я хотела, чтобы был какой-то смысл, — сказала Лори, резко повернулась и снова пошла в сторону выхода из спальни, и привела его на кухню, где устало рухнула на стул и закрыла лицо, оперевшись локтями на стол. — Мы всегда говорим: мне было больно, но зато… И я искала это «зато», а его все не было, и я ощущала себя такой дурой. Я чувствую, что это во мне нет никакого смысла, в том, как я строю отношения с мужчинами. Об этом не знает даже Макс, я не смогла ему рассказать. Я никому не рассказывала.
Как только она заревела, Дима сорвался с места, сгреб ее в охапку, крепко сжал.
- Лори, — так серьезно, как только мог, сказал он, — Ты — самое осмысленное, самое важное, что когда-либо было в моей жизни. Ты делаешь мою жизнь лучше каждый день.
- Я… не верю, — всхлипнула она. — Прости, я просто…
- Заткнись и слушай, — перебил он. — Помнишь, как ты говорила, что я быстро научился быть хорошим домом? Так вот, я никогда бы этому не научился так быстро, если бы не ты. Я научился этому только потому, что я хотел до тебя дорасти, дотянуться как-то.
- Но во мне ничего особенного, — возразила она, поднимая залитое лицо слезами.
- Малыш, я скажу это один раз, и ты мне поверишь, — жестко сказал Дима, медленно обхватывая ее подбородок пальцами. — Ясно?
- Да.
- Ты лучшая нижняя в клубе. Всегда была ей и будешь. Лучшая для меня. Самая хрупкая, самая нежная, самая красивая и соблазнительная. Единственная.
- Я люблю тебя, — прошептала она, обхватила его руку обеими руками и поцеловала ладонь.
- А я люблю тебя, — ответил он, нежно взял ее лицо в обе ладони и целовал в губы, пока она не успокоилась.
- А еще Макс сказал, что в Питере будут отличные вечеринки, — грустно сказала Лори, спрыгнув с его колен и подошла к окну, коснувшись пальцем подоконника. — Жаль, что ты постоянно работаешь…
Дима посмотрел на ее палец, который рисовал какие-то невидимые узоры, и почувствовал, как его губы расплываются в улыбке:
- Ах ты, хитрожопенькая лиса. Ну-ка повернись.
- Нет.
Он встал и силой развернул ее за плечи, обнаружив, без малейшего удивления, что ее грустный вид был подделкой: Лори улыбалась.
- Сучка, редкостная, — сказал он, покачав головой. — Ладно, твоя взяла, едем в Питер.
Ник.
Он не планировал рассказывать Максу про фигню, которая вышла с Марго, но как-то вышло, что после второй рюмки язык развязался сам.
- А чего ты ожидал? Это начало отношений. Конечно, она хочет внимания, — сказал Макс, глядя на него без малейшего одобрения.
- Представь, мне бы тоже внимание не помешало, — саркастично отозвался Ник. — Но я… Не знаю. Помнишь, как с Томой начиналось? Я говорил тебе, что хочу пороть ее как мазу, и ты сказал, что это нормально?
- Ну да. Я сказал, что нормально хотеть. А делать не нужно, — уточнил Макс.
- Да я и не делал. Не суть, — махнул головой Ник. — Но с Марго это по-другому. И если то было нормально, то это тогда что?
Макс изумленно посмотрел на него, отпил из своей огромной кружки пива и поставил ее на стол:
- Ты вообще о чем? — спросил он после паузы.
- Короче, такая тема, — с готовностью пояснил Ник. — Я хочу и не хочу пороть ее одновременно. Она открыта и доверяет мне гораздо больше, чем Тома, но мне кажется, что она слишком ранима. Каждый раз, когда я держу ее в руках, мне хочется ласкать ее и… просто трахать. Но когда я смотрю на нее, на ее задницу, мне хочется взять кнут потяжелее. Такая привлекательная сучка должна быть наказана.
- Конечно, должна, — согласился Макс. — Убить ее за такое мало. Но.
Ник напрягся, почуяв сарказм, но выдержал паузу, угрюмо дожидаясь продолжения, пока друг собирался с мыслями.
- Пока ты был с Томой, — медленно начал Макс после очень длинной паузы, — ты порол других нижних на шоу. Других маз. Что изменилось?
Ник задумался, поиграл пустой рюмкой, медленно сгреб бутылку и снова наполнил ее.
- Марго создана для шоу, — наконец, медленно сказал он. — Она охуенная, ты же знаешь. Я хочу вывести на сцену, взять кошку, кнуты, снейки, и показать с ней все, что я умею. И показать то, что умеет она.
- Ну так покажи.
- Нет, — сказал Ник и опрокинул рюмку, — Я думаю, что буду последним мудаком, если так поступлю. Примерно таким, как Док.