— Черт, как вы это сделали? — сказал капитан Родни. — Покажите еще раз!
Герцог повиновался.
— Фокусы всегда проходят на ура, когда аудитория слегка под хмельком, — пошутил он, — а фокусник трезв. Хотя на сей раз, признаюсь, дело обстоит не вполне так.
— Это справедливо для всех карточных игр, — сказал капитан Родни. — Поэтому в монакских казино всегда держат хорошеньких официанток в откровенных нарядах, раздающих бесплатные коктейли.
Немного погодя мамà объявила, что идет спать. Миссис Родни согласилась, что, учитывая завтрашнюю охоту, им с мужем тоже пора на боковую.
— Луи, выпьете со мной последнюю рюмочку бренди? — предложил дядя Леандер. — На сон грядущий. Пожалуй, надо уговорить вас обучить меня последнему фокусу.
— Ах, Леандер, друг мой, вы можете потчевать меня хоть всем бренди из вашего погреба, — отозвался герцог, — но хороший карточный фокус никогда свой секрет не раскроет.
— Мерзавец! — воскликнул капитан Родни, и все засмеялись.
Я быстро отступила в темную теперь столовую, где стол уже приготовили для утреннего завтрака. Родни и мамà поднялись в свои комнаты. Я услышала, как они прощаются, потом звуки закрываемых дверей и снова подкралась к двери гостиной, заняла свой пост у стены.
Дядя Леандер и князь Луи теперь разговаривали тихо, недавнее веселье куда-то исчезло, о фокусах уже не было и речи. Мне пришлось напрячься, чтобы расслышать, и все равно я с трудом различала слова.
— Боюсь, в эти выходные я не смогу провести много времени наедине с вами, Луи, — прошептал дядя Леандер.
— Мы должны украсть те минуты, какие возможно, дорогой мой друг, — с нежностью произнес герцог.
Потом долго царила тишина, и мне ужасно хотелось заглянуть в щелку, но в гостиной были только они двое, и при отсутствии прежнего отвлекающего шума я слишком боялась, что меня обнаружат. Вот и стояла, прижавшись к стене. Наконец они опять заговорили, на сей раз еще невнятнее, я не разбирала ни слова.
Внезапно наверху открылась дверь, и я в панике опять юркнула в столовую. Напряженно прислушалась, а потом подумала, что, может быть, мне просто чудится звук босых ног, медленно шагающих по лестнице. Сердце у меня опять застучало как молот, и я замерла от страха.
Потом я услышала голос мамà, спокойный уравновешенный голос от двери гостиной.
— Только не нашем доме, Леандер, — сказала она по-английски, с сильным акцентом. — Мы женаты меньше полугода, а вы уже нарушили наше соглашение.
Теперь она заговорила с герцогом, уже по-французски, тем же ровным голосом, без гнева:
— Должна сказать, я бы предпочла, чтобы вы дарили своим вниманием мою дочь, герцог, а не моего мужа. Поскольку вы единственный сын, ваши родители безусловно желают, чтобы вы женились и продолжили ваш знаменитый род. Флирт с немолодыми мужчинами едва ли приведет к этой цели. И мне бы очень хотелось избежать скандала в моем доме. Как говаривала моя мать, графиня де Фонтарс: «Скандал должен быть минимальным». Пока что скандал маленький, между нами тремя. Пусть так и останется, не правда ли?
— Да, мадам, — почтительно ответил герцог, — пожалуйста, извините меня за злоупотребление вашим гостеприимством. Могу вас уверить, что оставшийся уик-энд я буду во всем соблюдать декорум.
— Не сомневаюсь, герцог, — сказала мамà. — Благодарю вас. Не будем больше говорить об этом инциденте. Доброй ночи, дорогой Луи. Утром увидимся за завтраком.
— Доброй ночи, Рене, — сказал герцог.
Все трое поднялись вверх по ступенькам и разошлись по своим комнатам. Я была еще слишком молода и наивна, чтобы постичь суть этого инцидента. Не поняла, отчего дядя Леандер и князь Луи в эти краткие минуты говорили друг с другом странным, воркующе-ласковым тоном. Не поняла, что настолько серьезного могло произойти меж ними, чтобы вызвать «скандал». Не поняла и о каком соглашении между мамà и дядей Леандером идет речь. Ничего я не поняла и вернулась в коттедж в полном замешательстве и тревоге, но, как всегда, с ощущением, что мамà полностью контролирует ситуацию.
5
В начале третьего ночи меня разбудил громкий стук в дверь коттеджа, я услышала крик мамà:
— Пожар! Джексон, проснитесь! Пожар!
Я вскочила с постели и начала одеваться, а мистер Джексон тем временем открыл дверь мамà.
— Херонри горит, Джексон! Идемте скорее!
— Все вышли, мадам? — спросил мистер Джексон.
— Не знаю. Как только почуяла запах дыма, я обзвонила всех и велела выйти на улицу. Все мне ответили. Но когда я открыла дверь нашей спальни, в коридоре было столько дыма, что я решила выбраться в окно и на крышу через эркерное окно над столовой, а оттуда спрыгнула на землю.