Вечером все собрались в гостиной у Кармелы, чтобы отметить помолвку Хавьера и Мариелены. Открыли бутылку шампанского, наполнили бокалы. В этот момент позвонили в дверь.
Мече бросилась открывать.
…Когда Мариелена увидела Луиса Фелипе, входящего в гостиную, она чуть не упала в обморок. Все невольно притихли, увидев шефа Мариелены.
— Сеньорита, — обратился он к ней, — я решил, что вы приболели, и зашел справиться о вашем здоровье. Вы сегодня не пришли на работу…
— Сеньор Сандоваль, — обрадованная приходом столь важного господина, сказала Кармела, — позвольте вам все объяснить. У моей дочери сегодня торжественный день… Разрешите предстать вам ее жениха Хавьера. Мы сейчас отмечаем помолвку.
— Правда?.. — по лицу Луиса Фелипе словно судорога пробежала. — Это правда? — обратился он к Мариелене.
— Правда, — проронила она.
— Разрешите предложить вам бокал шампанского… Мы как раз собирались выпить за счастье жениха и невесты, — объяснила Кармела.
Мариелена видела, что Луис Фелипе, воспользовавшись общей суматохой, поставил бокал на место, не пригубив ни капли.
Она вышла на кухню. Луис Фелипе, сказав, что у него есть разговор к Мариелене, последовал за ней.
— Я не мог пить за твое счастье с другим, — сказал он. — Зачем ты это сделала?
— Что именно? — резко произнесла Мариелена.
— Ты не можешь выйти замуж за этого парня…
— Почему же?
— Потому что ты его не любишь, — убежденно проговорил Луис Фелипе. — И не пытайся обманывать себя. Ты просто хочешь забыть обо мне. После того как мы поцеловались, ты бросилась в объятия другого, чтобы с его помощью заслониться от настоящей любви.
Проговорив все это, Луис Фелипе пристально посмотрел ей в глаза.
— Я жду тебя завтра, — сказал он. — Постарайся не опоздать.
Сулейма и не думала противиться обаянию Энди.
Как ни предостерегала ее Мария, как ни напугала в прошлый раз Мелисса. Сулейма сама старалась попасться молодому сеньору на глаза.
Она изобретала разные предлоги, чтобы как можно чаще появляться в той части дома, где была комната Энди. А уж когда Мария поручала ей отнести сок молодому сеньору так восторгу Сулеймы не было границ.
Конечно, она давно заметила, какими глазами он смотрит на Ненси, маникюршу своей матери, он явно к ней неравнодушен… Но и она, Сулейма, ему нравится! Всякий раз, когда она входит к нему в комнату, он встречает ее с распростертыми объятиями, норовит обнять, прижаться к ней, расстегнуть пуговицы блузки. А уж когда он целует ее, — Пресвятая Дева, она как будто возносится на небо! Нет на свете ничего слаще его губ! Они мягкие, как лепестки жасмина! Да и сам он красавец, ничего не скажешь.
…Только бы их снова не застукали, думала Сулейма, отправляясь в свою комнату. Сегодня молодой сеньор обещал навестить ее с подарком. Конечно, ей не нужны никакие подарки! Ей нужно он только видеть его!
Тихонько приотворилась дверь, и в комнату, крадучись, вошел Энди.
— Я принес тебе подарок.
Сулейма потупилась.
— Я же сказала, чтобы вы не беспокоились.
— Я хочу, чтобы у нас с тобой сегодня был праздник… Ты это когда-нибудь пробовала?
Сулейма взглянула ему в руки и вздрогнула.
— Нет, сеньор! Унесите это. Это дьявольская вещь.
— Ну да! — легкомысленно усмехнулся Энди. — Это курят и очень важные люди, поверь мне!
— Нет-нет, оно очень сильно пахнет, — отказывалась Сулейма. — Ваши родители почувствуют запах…
— А откуда ты знаешь, как оно пахнет? — изумился Энди.
Сулейма помолчала.
— Знаю, — наконец подавленно сказала она.
— Я знал, что ты придешь, — такими словами встретил Луис Фелипе Мариелену на следующее утро.
Мариелена выдержала нелегкую борьбу сама с собой, чтобы прийти сюда. Твердое намерение оставить эту работу не покинуло ее, но после прихода Луиса Фелипе в их дом она сочла необходимым сделать ответный визит, чтобы подтвердить принятое ею прежде решение.
— Я пришла сказать, что не смогу у вас работать.
— Я не отпущу тебя. И ты сама не захочешь уйти, — не менее твердо сказал Луис Фелипе.
Мариелена усмехнулась:
— Что вас заставляет так думать?
— Тот наш поцелуй. Ты ответила мне, я почувствовал это.