- Новая семья, это, конечно, хорошо,- продолжает свою мысль Ямала,- и новые дети – тоже. Но случиться может всякое, ты правильно говоришь.- Глаза в мою сторону скашивает, кивает несколько раз, соглашаясь.- Пришлый твой со всеми нашими отправился. Случится с ним чего – ты снова одна останешься. А с ребёнком как быть одной?- Головой качает вправо-влево.- Кто тебе поможет? И кочевать одной... Без мужчины, без помощников, без родни...
- С Арсом ничего не случится,- возражаю громко и твёрдо, и не потому, что уверена, а потому, что знаю.- Мне Ирхан сказал: Арс вернётся. Вернётся ко мне!
- Это ты поэтому к Ирхану бегала?- На губах Ямалы усмешка, но на меня она не смотрит, разглаживает пальцами получающуюся строчку.- И он гадал тебе? Заглядывал в будущее по твоей просьбе?- Переводит тёмные глаза на меня, и во взгляде – осуждение и недовольство.- Ирхан не любит таких настырных. И он не говорит другим о том, что с ними будет. Почему он не прогнал тебя?
- Я не знаю,- отвечаю честно, да и не смогла бы я соврать Ямале. Для чего? Её всё равно не обманешь.- Я сама бросала кости – не Ирхан, а он... он мне про Арса лишь сказал. Сказал, что он вернётся живой... Ни о чём другом я не спрашивала.
- Так они смогут победить чужаков? Смогут их прогнать?- Ямала заметно оживляется, и даже взгляд её теплеет. Вскидывает голову, смотрит открыто, с улыбкой.- Что ещё Ирхан сказал?
- Я про это не спрашивала. Про Арса только... И про других мужчин я ничего не знаю. Ни про Аширу, ни про Манвара...
Мне так хотелось бы обнадёжить Ямалу хоть чем-то, но сказать мне ей нечего. А врать даже пробовать не буду. Повторяю ещё раз свои же слова:
- Я не знаю ничего, но если сумеет вернуться Арс, другие тоже смогут. С победой или нет...- не договариваю, повожу подбородком, прикусывая губы. Снова смотрю вниз, в пол и на свои сложенные на коленях руки. Пальцы стискивают в кулак плотную шерстяную ткань подола, комкают узкую полоску простой красно-чёрной вышивки. Я её сама когда-то вышивала, ещё до свадьбы с Аширой, ещё до смерти матери. Давно, в прежней своей жизни.
- Можно спросить Ирхана ещё раз. Вам он не откажет. Первая жена Аширы, уважаемая женщина...
- Нет!- Ямала меня даже слушать не хочет. Взгляд в мою сторону такой бросает, что я невольно голову в плечи втягиваю. О, как хочу я сейчас снова в свой шатёр. Пусть там одиноко и холодно, но зато нет таких жгучих глаз, нет такого осуждающего молчания.
- Женщина должна уметь ждать. Её терпением сам Создатель наделил с запасом. И поэтому я никуда не пойду. Я буду ждать вместе со всеми. И ты должна была ждать. Просто сидеть и ждать! Как все другие женщины ждут. Понятно тебе?
Голос у Ямалы негромкий, но от него у меня ещё долго в ушах звенит, и в глазах чернота, как после пощёчины. Нет, она бы меня не ударила. Ямала ни разу на меня руку не поднимала, пока мы в одной семье жили, ругала иногда – такое бывало, но не била.
Ямала последнюю закрепку на своём шитье ставит, убирает иглу, втыкает её в моток красных ниток, оглядев получившуюся работу так и эдак, бросает неожиданно подушку мне на колени.
- Нравится?
Конечно же. Ворон получился совсем как живой. Такая картинка – очень сильный оберег для всего дома. Да и сама подушка набита волчьей шерстью, видимо, вон, какая мягкая и лёгкая. Хорошая подушка, и большая к тому же.
Киваю в ответ, оглаживая пальцами чуть выпуклую аппликацию с кричащей птицей.
- Это для тебя. От меня – в подарок.
- Нет. Что вы?- Смотрю Ямале в лицо, но она не шутит.- Я не могу её принять. Такая вещь... Украшение всего шатра.
- Я её для тебя шила, вот и бери теперь. Мне сказали, у тебя почти всё растащили... И под голову, небось, подложить нечего, и укрыться нечем.
Ямала права, как всегда. Последние ночи мы с Арсом спали на одной подушке и под его плащом. Зато дружные, как никогда. Вспоминаю лицо Арса во время сна, беззащитное и открытое, и не могу сдержать улыбку. И Ямала невольно улыбается вслед за мной. Её всегда суровое, строгое лицо тут же смягчается и добреет. Она шепчет чуть слышно, глядя мне в глаза:
- Хотела б я, чтоб Асват вернулся тогда, и чтоб ты невесткой моей была, а не младшей женой. И чтоб всё у тебя хорошо было...- Ямала вздыхает, отводит глаза, а потом первой поднимается на ноги.
Арс виновен в смерти Асвата, я одна об этом знаю, но никогда никому сказать не смогу, особенно самой Ямале. Мне жить с этим, с постоянным чувством вины. Делить эту вину вместе с Арсом.