Нет! Нам нельзя. Мы оба слишком устали.
- Давай лучше, я помогу.- Отклоняюсь, начинаю растягивать шнуровку у Арса на горловине рубашки, а он с улыбкой губами и подбородком трётся о мои пальцы, целует, нежно касаясь. Мешает мне, и я ругаюсь, мягко обеими ладонями поднимая его голову:
- Арс, дурачок, ты мне мешаешь. Давай, снимай давай эту рубашку, её давно нужно было выстирать и зашить. У меня для тебя другая есть, новая, только что с иголочки.- Помню, мама говорила точно так же, когда дошивала для меня какую-нибудь обновку. Мне всегда нравилось примерять новое, только что сшитое платье. Мягкая ткань, другая, не привычная глазу вышивка. Казалось, она ещё хранит тепло маминых рук, её прикосновений, её заботы.
Вот теперь и я сшила рубашку специально для Арса. Шила и всё время думала о нём, и мысли мои будут беречь его, и швы защитные – тоже.
Осторожно, чтоб не причинить новой боли, стягиваю на себя рукав с правой руки Арса и выдыхаю с тихим стоном:
- О-о, Арс... Как же так? Как такое случиться могло?
Он, конечно, воевать шёл, но я-то видела, какой Арс ловкий и быстрый. Я видела его в поединке с о-шаем Кшатом. А тут...
Всё плечо от ключицы и вниз – один огромный багрово-чёрный синяк. Страшный, и глядеть-то больно, не то что прикасаться.
Точно, это след от сильного удара дубинкой, но на коже нет видимых повреждений, а внутри, наверняка, перелом. А если кости вообще раздроблены? После такого-то удара и не удивительно.
Аккуратненько, одними подушечками пальцев касаюсь плеча. Нужно как-то прощупать, цела ли плечевая кость и ключица, но надавливать боюсь, чтоб не сделать больно.
- Тебе повезло, что ударили не по голове,- единственное, что я могу сказать, глядя на весь этот ужас.- Ашира проклятый...- ругаюсь сквозь зубы.
Как же я ненавижу этого уродливого одноглазого старика. Он мстительный, подлый и коварный. Он Арса убить хотел, исподтишка, наверное. Один на один в честном поединке ему никогда Арса не одолеть. Вот он и пытался убить его во время стычки, пока вокруг суматоха была.
- Я сам виноват,- шепчет Арс, но на меня не смотрит, опустив голову, тянет зубами с левой руки рукав.
- В чём ты виноват?- Не выдерживаю, выкрикиваю со злостью, сдёргивая рубашку Арсу через голову, комкаю и отбрасываю в сторону, в угол.- Что ты сделал? Ты был со всеми мужчинами! Ты – часть нашего племени...
- Мужчины хотели убить детей перед уходом. Уйти, не дожидаясь рассвета... Поджечь шатры и уйти ещё ночью... Попробовать пробиться из кольца... О-шаи на ночь уменьшили число постов, мы могли бы вырваться...
- Но ты был против?- Хмурюсь и поджимаю губы. Вижу по лицу Арса, что догадываюсь правильно. Конечно же! Арс снова пошёл против всех, против всего племени. Опять он делает всё иначе, всё по-своему.
- Против!- Арс выдерживает мой сердитый взгляд. И снова эта упрямая складочка-морщинка на переносице и твёрдость во взгляде.- Мы бы всё равно не сумели уйти далеко. Нас догнали бы так и так. Даже если б мы и смогли пробиться, всё равно... Хармас и сам это понял, не сразу, но понял. Он не глупый, он смог меня услышать, и он...- Арс не договаривает, а потом, помолчав немного, добавляет беззвучным, севшим голосом:- И дети... детей нельзя было трогать.
Всё понятно. Кое-что я начинаю понимать. Не со всем я согласна, что делает Арс, не все его поступки я могу хоть как-то для себя оправдать, и всё ж таки.
- А Ашира кричать начал, что я предатель... что я против своих.- Голос Арса звучит отстранённо, как будто он не о своей жизни говорит. Я не слышу ни жалобы, ни обиды. И не могу удержаться – обнимаю Арса, голову его обеими руками обхватываю и целую в макушку.
- Родной ты мой...- шепчу и снова целую.- Ты всё сделал правильно. Погибших было бы ещё больше, если б не ты. Ты молодец, Арс. Молодец!
Как ему нужна моя поддержка! Как важно ему слышать сейчас именно эти слова. Арс точно светится весь, улыбается, встречаясь со мной глазами, и терпит все мои прикосновения, будто и не чувствует никакой боли. Но я-то вижу, как он стискивает зубы, как твердеет скулами и подбородком, когда я надавливаю чуть сильнее, проверяя кости.
- Нам надо было сразу разворачиваться и уходить, тогда погибших бы больше не было. Кроме тех, кто погиб при стаде,- начинает рассуждать вслух, доверяя мне свои мысли.- Нам не тягаться с о-шаями.- Подбородком поводит.- Их раза в три больше нас.- Встречает в моих глазах сомнение и добавляет:- Видела б ты сама их посёлок. И это ещё временная стоянка... Такие большие шатры и повозки повсюду... Мы и продвинуться дальше не смогли... О-шаи зажали нас в тех трёх шатрах... отгородились повозками этими... всюду костры запалили... Если б не дети-заложники, они б и говорить с нами не стали. Их Аршат не позволил бы нам уйти так и так. Аршат – их вожак...