- А погода-то портиться начинает. Говорила Ямира, к ночи снег жди, так оно, кажись, и будет.
Облачка, с утра негустые и лёгкие, ближе к вечеру уплотнились и потяжелели, потемнели по краям, над головами плотно сгустились и нависли.
Что весной, что осенью, с погодой всегда так. Не знаешь точно, что оно будет. Не хватало снега нам на наши головы неустроенные. Ни шатров ещё, ни места для ночёвки. Что к ночи будет? Ох!
Часть 19
Мы уходим к горам всё ближе. Вон они уже как сильно надвинулись, полнеба, кажется, загородили. А где горы, там и снега больше, и дождя. Зачем Хармас нас в горы тащит? Какая жизнь среди камней? Загнёмся мы там от холода и голода.
Про это всё говорю и Арсу, когда он нагоняет нас со своей лошадью и волокушей.
- Зачем нас вожак наш в горы ведёт? Что нам там делать? Там камни одни...
Это просто жалоба, не требующая ответа, но Арс неожиданно становится на сторону Хармаса:
- Сейчас оно, может, и правильней всего. Ты же сама видела, я показывал... Воины о-шаев, они все верхом. Лошади – это их преимущество перед нами. А в горах они от нас отстанут. В горах и снег глубже, и с кормом хуже. Когда мы сбросим их со следа, тогда и место получше найдём.
Арс объясняет терпеливо и понятно, а потом сам без всяких вопросов забирает у меня узел стянутого войлока, начинает увязывать на волокуше к общей связке наших вещей. Мы с Хамалой только переглядываемся молча.
- Все говорят, о-шаи идут за нами потому, что ты им нужен. Они, что же, так и не оставят нас в покое?
Знаю, то же самое и Римар Арсу выговаривал ещё днём, и Хамала на меня во все глаза глядит, поражённая простодушием и прямотой моего вопроса. Но мне интересно, что скажет Арс. И Арс отвечает, будто и не чувствует никакого подвоха:
- Дело не во мне. О-шаи нас подгоняют, чтоб поторапливались. Они нам всего три дня давали на сборы, мы же на шестой день...
- Что можно сделать за три дня?- скрипучим ворчливым голосом перебивает Хамала Арса. Тот бросает взгляд в её сторону, но никакого замечания не делает, хотя любой другой мужчина мог бы и затрещиной ответить, чтоб осадить глупую старую рабыню.
- Да, тут и собраться успей, так ещё и похоронить своих было нужно. И так спешили, как могли,- в наш общий разговор вклинивается Римар.- Кто вообще про три дня говорил? Где их взяли, эти три дня? Ты ж сам переговоры вёл. Сам!- Снова пальцем в Арса тычет. И меня аж передёргивает от злости. Старик пятками в бока лошадь толкает, и та, сдвигаясь с места, на Арса грудью напирает.
- Я не вёл переговоры, я за Хармасом переводил. Его слова и слова о-шаев.- Арс перехватывает повод у самой морды лошади, как раз под нижней челюстью, на враждебность старика и его постоянные нападки он за этот день приноровился никак не отвечать. И сейчас голос его остаётся ровным. Так с ребёнком непонятливым разговаривать впору. Это-то старого Римара ещё больше злит.
- Конечно, ты ни в чём не виноват. Так же, как и баба твоя бестолковая,- старик злые слова кидает. Так змея плюётся ядом своим, потому что не умеет иначе.- Чужаки бы никого не тронули, если б ты был, как все... А ты за ней потащился!- Корявый палец теперь уже в моё лицо направлен.- Вы двое виноваты! Вы одни! И сын их вождя погиб, и наши мужчины...
- Наши мужчины – все струсили! Все поголовно!- Не могу я молча терпеть такие слова, и неприкрытая злоба в глазах Римара ответную злость рождает.- Ты позволил внучку свою старшую дикарям отдать. Не смей обвинять теперь после такого. У тебя, старик, сердце мышонка! Трусливого и слабого...
Старик на меня ладонью раскрытой замахивается, чуть с лошади не валится, теряя равновесие.
- Тварь ты подлая! Тебя б в мою семью...
Арс ловит Римара за плечо, рывком возвращает обратно, говорит очень тихо, но с такой угрозой:
- Её трогать не смей, понял!
Пальцы на плече старика так стискивает, что тот чуть не корчится от боли, не кричит, но выдавливает еле-еле:
- Ладно... ладно тебе...
Одна Хамала ни во что не вмешивается, но говорит вдруг так, что все слышат:
- Семьи на ночёвку встают. Будем к ночи готовиться... и снега ждать.
Ночёвка – здесь?! Взглядом повожу вправо-влево. Что тут есть? Снег кругом лишь – и ничего больше. Ладно, воду можно добыть из этого же снега, но чем топить очаги? Тратить в первую же ночёвку запас взятых с собой дров? Это так неразумно, так неправильно.