Не могу выносить этот взгляд, отчаянием и горечью переполненный, целую его и в глаза по очереди, и в губы. Шепчу быстро, на выдохе, между поцелуями:
- Не надо, Арс... не смотри так... не слушай никого... меня не слушай... ты же сам всё знаешь... знаешь, мы не сможем друг без друга: я – без тебя, а ты – без меня... А я раньше дурочка была, потому и боялась... а сейчас – нет... и слушать не буду Хамалу свою, пускай думает, что хочет... А мы всегда вместе будем... вместе – ты и я!
Арс ничего не говорит, чувствую только, как он обеими руками обнимает меня крепко через спину, удерживает в разведённых коленях, и пальцы на лопатках стиснуты в замок. Да, меня он от себя не отпустит, но и я вырываться не хочу, наоборот, хочу быть к нему как можно ближе.
Мы долго молчим, прижавшись друг к другу, слушаем лишь дыхание друг друга и биение сердец. Нет ничего дороже для меня, только б слушать, как бьётся сердце в его груди. Ничего не хочу больше. Но Арс о другом, видно, думает, шепчет мне в волосы над ухом:
- Я знаю, как можно спасти этого мальчика.
- Знаешь?- Отклоняюсь, заглядываю Арсу в глаза.- Это как же? Ты же сам говоришь, ему никто помочь не сможет.
Арс задумчиво смотрит немного в сторону, мимо меня смотрит, признаётся с неохотой:
- Его моя кровь спасёт. Даже немного... если ты поможешь.
- Я?!- Отшатываюсь, опускаюсь на пятки.- Что ты хочешь сделать? Что? Сделать из мальчика оборотня? Кровью его своей напоить? Или как?
- Он не превратится в оборотня от нескольких глотков...
- Нет, Арс!- На ноги вскакиваю. Арс пытается поймать меня за руку, но сам себя останавливает – роняет руку вниз на колени.- Что я скажу его матери? Как ты себе это представляешь?
- Ты никому ничего не скажешь. Никто не узнает ничего. Ты сваришь травяной чай, обычный травяной чай, он не должен быть сильно горячим и холодным тоже. Я добавлю совсем немного, и ты отнесёшь. Выпить нужно будет сразу же... Кровь нужна свежая...
- Нет! Ты сам себя слышишь, Арс? Нет! Это и правда колдовство какое-то. Я не буду этого делать!- заявляю решительно. Арс спокойно выдерживает мой взгляд, яростный, возмущённый. Возражает всё тем же тихим голосом:
- Ты же не хочешь, чтобы ребёнок умер. Дети не должны умирать. Что вообще может быть важнее жизни ребёнка? Да и тебе к тому же ничего делать не придётся. Ты отнесёшь и отдашь, эта женщина сама его при тебе напоит. Моя кровь ему поможет, вот увидишь. Не так быстро, конечно, как это бывает обычно у меня, но мальчик будет жить, он будет здоровым. К лету как раз, а может, и быстрее. Он же маленький ещё...
- Человек не должен пить кровь человека. Это неправильно!
- А детей собственных на Равнину зимой утаскивать правильно?- Арс голос почти не повышает, но таким взглядом меня с ног до головы окидывает, что я снова и маму свою вспоминаю, и братишку загубленного. Жизнь ещё одного мальчика может зависеть сейчас от меня. Возможно, Арс знает, о чём говорит. И он видит мою неуверенность и моё сомнение, повторяет снова:
- Ему поможет только моя кровь. Всего один раз. Тебе эта женщина доверяет. Она сделает всё и «спасибо» тебе ещё скажет. Я же не убить хочу мальчишку этого, только помочь, и я точно знаю, что это поможет.
Я больше ничего не говорю, всё так же молча набираю талой снеговой воды и ставлю на огонь. Пока греется, мы наконец-то садимся ужинать. И снова в полном молчании.
Арс и сам всё прекрасно понимает, даже не пытается со мной заговаривать. Мы снова как чужие друг другу. Двое под одной крышей. Ничего общего, кроме забот.
Вода закипает, я бросаю травы на чай, даю настояться, а потом отливаю в маленький горшочек. Подхожу с ним к Арсу, протягиваю, слова не говоря.
Арс снова строгает, но на этот раз уже тоненькие прутья одной длины, та первая заготовка, гладкая, аккуратно и чисто обработанная, подсушивается у камней очага. Гляжу отстранённым взглядом и понимаю вдруг: это же будет лук. Длинный, почти с человеческий рост. На какого зверя охотиться с таким мощным луком?
Подмывает спросить, но я лишь губы кусаю, сверху смотрю, как Арс сначала пробует чай, не слишком ли горячий, а потом делает короткий поперечный разрез ножом на своём левом запястье. Глаза закрываю на миг, но не отворачиваюсь. Смотреть на это колдовство не хочу, всё нутро моё сопротивляется тому, что приходится делать.
- Проследи сама, он должен выпить сразу же.- Арс протягивает мне горшочек, я аж вздрагиваю от неожиданно прозвучавшего голоса.- Нельзя оставлять до утра, поняла? Кровь должна быть свежей...- Ловит мой протестующий взгляд и в который уже раз повторяет:- Это спасёт его, вот увидишь. Просто поверь мне, и всё. Всё будет, как надо.