Не хочется мне, чтобы Арс мой снова уходил куда-то, да ещё и вместе с Ханкусом. Добром такое не кончается. А может, я зря боюсь? У мужчин с таким проще. Они при знакомстве могут драку устроить, а потом лучшими друзьями друг другу становятся.
Арс перед уходом ещё успевает перестелить на лошади войлочный чепрак, заново перетягивает его широким ремнём, поворачивается ко мне, прощаясь, и я шепчу, лбом утыкаясь ему в грудь:
- Ты осторожней только будь, хорошо?
- Конечно.- Арс улыбается. Он уходит вместе с Манваром, лошадь тянет за собой за поводья. Мужчины говорят о чём-то меж собой, а я могу им только в спины смотреть.
Ну, вот, сейчас они завернут по пути к другим шатрам большой семьи Манвара и Аширы, и я их даже видеть перестану. Когда ещё вернутся, неизвестно. А что остаётся мне? Молиться за их возвращение, ждать и готовить ужин.
Поднимаю на вытянутой руке до уровня глаз верёвочную петлю с дневной добычей Арса. Это голенастая короткоухая тушка зайца. Местные зайцы более светлые и не такие крупные, как те, что водились на Равнине. И ещё.
Это не олень, не тот хороший крупный самец и даже не львица с мягкой роскошной шкурой, какую не стыдно разбросать на ложе или постелить на пол во время зимних холодов.
Да, всё так, соглашаюсь сама с собой с протяжным вздохом. И заячьих шкурок у меня уже изрядно накоплено. Хочу сшить из них двустороннее одеяло для маленького. Оно будет мягкое-мягкое и очень тёплое. Малышу под ним уютно будет.
Улыбаюсь, когда ладонь на живот опускается. Он ещё совсем немного выпячивается, со стороны и не заметишь ничего, а под свободным платьем совсем не виден. Иной раз я даже забываю о своей растущей ноше, но на поздних сроках будет сложно. Не хочу торопить время. Всему свой срок.
Часть 22
Арс возвращается уже в сумерках, уставший, весь мокрый от холодной росы и с приличным куском оленины, полученным за труды.
- Вас не было так долго,- говорю с невольным упрёком, помогая Арсу стягивать сырую одежду, сама развешиваю всё для просушки поближе к очагу. Он уже не горячий, угли тёплые всего лишь, летом ни к чему топить так сильно, но к утру и сапоги, и одежда должны просохнуть.
- Да-а... Ребята думали по следам львицу ту выследить. Отомстить за Шарвата...
- И что же?- Чего-то подобного я и боялась, когда провожала Арса, вот такого вот безумия. Один уже испытал судьбу. Жив ли ещё останется, один Создатель ведает.
- Да ничего,- Арс улыбку не прячет, он явно доволен таким исходом.- Зверюга ушла, по деревьям ушла вглубь леса и котят за собой увела обоих. Сколько следом шли, так и не догнали.
- И чему ты так радуешься? Что столько зря по лесу таскались? Лев – это знатная добыча. Гордость для любого мужчины. А ты?
- Что – я?- Арс бровями поводит, встречаясь со мной глазами, снова улыбается.- Я им сразу сказал, что зверь не виноват ни в чём. Шарват не должен был...
- Ты говорил уже про это,- напоминаю осторожно, а сама плащ Арсу на голые плечи накидываю, чтоб не зяб. Вечерняя прохлада сочилась из-под нижнего края входного полога, и вверху в отверстии дымника ощутимо сквозило.- Что-то про тропу охотничью и про чужое место. Но зверь должен понимать, что человека нельзя трогать. А эта львица уже крови человеческой попробовала.
- Убивать – это тоже не выход. К тому же детёныши останутся.
- Детёнышей тебе жаль, а как же Шарват? И мать его? Вспомни, как Салия убивалась сегодня. Почему ты сразу тогда Шарвата не остановил? Вы же были вместе...
- Нет. Мы не были вместе. Я просто мимо шёл, когда он со львицей этой схватился. Крики услышал и вмешался. Отогнал и...- Арс не договаривает, задумывается над какими-то другими своими мыслями, добавляет, немного помолчав:- Это неправильно, убивать такого красивого зверя. Никто не голодает. Для чего же тогда?- Переводит глаза на меня и повторяет снова:- Для чего убивать?
- Красивый?- чуть не ахаю.- Где уж там? С такими клыками! А когти какие страшные. Ты вспомни, что эта красавица с Шарватом сделала. Доживёт ли он ещё до утра, бедняга?
- Доживёт.- Арс упрямо голову склоняет, смотрит себе под ноги.- Манвар сказал, что Ирхан ему отвар какой-то дал очень сильный, чтоб спать подольше.
- Ага, заснуть и не проснуться. Чтоб умер и не мучился.
- Шарват не умрёт. Моя кровь ему должна помочь.
- А потом он проснётся и всё расскажет всем. Что тогда будет? Я просила быть осторожнее. Никто не должен знать.