Колосья на лёгком ветерке упруго клонятся вверх-вниз. Крупное будет в них зерно. Не хуже того, что на посев пошло. Любуюсь невольно. На равнине мне ни разу не доводилось видеть столько ячменя в одном месте. Там он обычно небольшими островками по низинкам встречается, да и травы другие его сильно глушат, и влаги ему всегда не достаёт. А тут вот оно, чистое красивое зерно, и совсем рядом с домом. Ведь так можно и просо посеять, и дикий лук. Чтоб не ходить и не искать далеко. А тут и догляд, и уход, и урожай хороший будет.
- Арс твой и лошадь первым привёл, и впрягать её в волокушу первым начал. А сейчас вот это!- Ирхан подбородком дёргает.- А потом что ещё придумает? А за ним все другие повторять начнут.
- Ну, может, это не так уж и плохо?- замечаю так же осторожно с улыбкой.
- Плохо или хорошо, дальше видно будет!- отрезает Ирхан решительно и тут же резко тему меняет:- А сейчас он где у тебя? Снова ушёл, да? Когда вернётся, сказал?
- Как обычно, наверное, к вечеру,- отвечаю уже без всякой улыбки. Интерес Ирхана меня настораживает, но я сохраняю на лице простодушное выражение честной наивности. Вот только сердце в груди колотится всё сильнее.
Ирхана мой ответ не устраивает. Он Арса видеть хотел и хотел немедленно. Что за дело у него к нему? А если Шарват рассказал что-то? Или Ирхан сам догадался?
- Когда Шарвата привезли, ты тоже была там. Ты видела его сразу после нападения льва,- Ирхан говорит, а сам с лица моего глаз не сводит, и я взгляд его жгучий настойчивый кожей чувствую, и щёки гореть начинают, как со стыда. Вот оно! Дождалась я! Ирхана дождалась и вопросов его подозрительных.
- К Ладии старшая её прибежала вся в слезах, сказала, Арс его привёз... что на охоте несчастье такое приключилось. Вот я и узнала... одна из первых узнала. Только там уже Салия была, и ещё, кажется, толпился кто-то... Не помню уже.
Ирхан меня внимательно слушает, смотрит, не моргая.
- Всю грудь ему львица та когтями изорвала. Крови столько было... Смотреть страшно. Никто не думал, что он выживет. А Арс... Арс сказал, Шарват будет жить, что нет у него ни повреждений внутренних серьёзных, ни переломов. Ну, рука только... И трещины на рёбрах. Но он не умрёт.
- А Арс твой, что же, лечить других умеет?- Ирхан с удивлением бровями поводит.- Откуда он мог знать?
Тот, кто жизнью рискует часто на охоте или в стычке кровавой с враждебным племенем, должен уметь помочь себе и другим. Рану перевязать или кость сломанную обездвижить. Ничего здесь удивительного. Наверно, это и Ирхан понимает, поэтому почти тут же про другое спрашивает:
- А ты сама Шарвату давала что-нибудь? Отвар какой или настойку?
- Нет. Он же без сознания был. Я бы и не успела даже...
- А Арс твой? Он бы сам мог успеть? В лесу ещё или уже здесь? Он у тебя знает лекарственные травы? Он может лечить?
Взгляд у Ирхана испытывающий и прямой. Мою ложь он тут же почувствует. Поэтому я не говорю ничего, головой лишь мотаю торопливо вправо-влево, добавляю осторожно:
- Он не говорил мне о таком.
- И заговора никакого тоже не было? Ни ты, ни он не делали ничего? Чтоб кровь остановить, чтоб выздоровление ускорить?
Подбородком повожу туда-сюда в ответ на все настойчивые вопросы Ирхана: нет, не было ничего такого. Стараюсь глядеть вниз, чтоб Ирхан не видел моих глаз, чтоб враньё моё не мог разглядеть и почувствовать.
- Он мог заговор наложить ещё в лесу, на месте, иначе бы... Шарват по пути умер бы от ран своих и от потери крови. Но он выжил и сейчас уже выздоравливает...
- Да. Да, я видела его... видела сегодня,- соглашаюсь со словами старого жреца, а он всё равно глядит на меня с нехорошей подозрительностью во взгляде и в лёгком прищуре.
- А что он про кровь говорил тогда, ты помнишь?
- Про кровь?- выдыхаю коротко, холодея всем телом. Пальцы на обеих руках грубую ткань платья в кулаках стискивают. Как мне ответить на этот вопрос? Что сказать Ирхану?
- Ты уже не помнишь?- В его взгляде и в голосе разочарование. Он на меня надеялся, что я смогу хоть что-то добавить к тому, что случилось тогда до прихода Ирхана.- Пришлый твой говорить начал что-то про кровь у Шарвата на лице и на губах... Чужая кровь, так он говорил, кажется. А потом вы ушли тут же. Он говорил ещё что-то после этого? Что? Что он говорил тебе?
- Не помню такого.- Головой мотаю.
- У-у,- злится Ирхан.- Какая же ты бестолковая всё-таки. И невнимательная! Я же говорил тебе тогда ещё. Наблюдай за пришлым. Смотри, слушай, запоминай. Всё, что он делает и что говорит. Всё необычное! Всё незнакомое! Всё может быть важным. А ты что же?