Не знаю, зачем говорить об этом ещё раз, если Ханкус уже всё рассказать успел. Да и Арса больше нет в племени. Бояться некого. Ни его самого, ни его магии.
Ирхана моё молчание не устраивает. Он смотрит на меня чуть исподлобья не моргающим тяжёлым взглядом. Но в этом взгляде нет осуждения, лишь интерес и желание во всём разобраться.
- Вы говорили мне тогда... заверили, что Арс не может быть оборотнем... что ему не нужна человеческая кровь, и поэтому... Но никто не видел тогда другого. И вы... вы ведь тоже не видели, что на одежде пришлого была наша племенная вышивка... красный ворон и чёрные линии... линии земли и неба. И ещё... ещё этот нож. Я нашла его в снегу на том самом месте на берегу Чёрного озера. Нож Асвата, нашего Асвата, понимаете?
- Ты не рассказала мне тогда про нож,- упрекает меня Ирхан, но голос у самого негромкий, без раздражения.- А про вышивку пыталась сказать, я помню...
- Да.- Головой дёргаю, соглашаясь, и от резкого движения глаза на миг чернота застит. Это всё от слабости. Из-за неё же и голос у меня не громче шёпота.- Арс принёс его с собой... нож Асвата. Это он убил тогда первенца нашего Аширы. Арс был тем самым львом, который...- дальше я не могу говорить, попросту боюсь того, что сделает со мной Ирхан, когда узнает всю правду. Но он не Ашира, он бить меня вряд ли будет, и это уже хорошо.
- И ты молчала всё это время? Даже мне не стала говорить...- Ирхан лишь брови хмурит, закусывает губы.
Не к такой реакции я готовилась мысленно. Но для Ирхана, видно, это уже не новость после того, как он говорил с Ханкусом. Ханкус тоже уже всё знает, и значит, скоро об этом будут знать все в моём племени, от молодых до старых, все мужчины и женщины.
- Но я и сама узнала не так давно. И Арс тоже не помнил... Он вспомнил, что зверем был, когда Шарват... когда на него напала та львица. Мы решили молчать... мы думали...
- Ты должна была мне рассказать!- Ирхан повышает голос, не даёт мне договорить, и я покорно голову склоняю, смотрю на свою руку с зажатой в пальцах фигуркой Матери.- Я говорил тебе... я просил тебя, ты помнишь? Просил присматривать и рассказывать мне всё! Но ты молчала! Ты – молчала!
- Вы бы убили его,- шепчу очень тихо,- он же оборотень.
- Конечно! А ты сама что думала? Скрывать это до старости? А он пускай себе живёт среди нас.
- Его нет теперь с нами. Его боги эти увели. Он теперь в своём мире,- возражаю упрямо, бросая украдкой взгляд на Ирхана. Старик отвечает мне сердитым взглядом, добавляет:
- Ты не смела молчать о таком. Ты подвергала опасности всех нас. Ради одного чужака рисковала своим племенем.
- Но Арс не делал ничего плохого!
Я и сама не раз думала так же, но всегда понимала одно: Арс не творил никакого зла. Он никого не убил. Ну, может, только Асвата, со смерти которого всё и началось. Но Асват сам преследовал Арса, правда, и он был в тот момент в зверином обличии. И всё равно. Поединок человека и зверя – это всегда опасно и непредсказуемо. Побеждает тот, на чьей стороне боги. И Арс остался жив. Мало того, он стал человеком, попробовав кровь Асвата, не точным его повторением, как положено оборотню, но всё это не так уже и важно.
- Арсу не нужна наша кровь, чтобы сохранять свою силу и облик человека. И он может...
- Вот именно. В любой момент он может снова обернуться львом,- перебивает меня Ирхан.- И это случилось бы, так и так. Он проявил бы свой истинный вид. Если б ты не мешала мне...
- Я?!- Гляжу на Ирхана в упор, моргаю в немом изумлении.
- Ну, это же ты сняла с чужака моё ожерелье. Сам бы он не смог. И если б ты не вмешалась, он вернулся бы к своему истинному обличию, обличию зверя.
- Этот ваш подарок,- роняю на выдохе, снова отвожу глаза.- Я знала, всё не просто так. Такая сильная магия... Арс так мучился, он дышать не мог... А это всё вы.
Ирхан коротким смешком отвечает, но в смехе этом нет радости.
- Ты сама во всём виновата. Я приходил к тебе в тот день, помнишь? Спрашивал тебя... Ты тогда ещё могла всё рассказать, всю правду о мужчине своём. Но ты же врать начала. Врать и изворачиваться. Поэтому мне пришлось добиваться правды иным способом, используя магию.
- Я сняла его. Просто перерезала ремешок. Оно, наверно, до сих пор там и лежит, в углу шатра, у коробки с дровами. Совершенно бесполезное...