Армас поднимает голову при виде меня, смотрит с любопытством.
- Нет. Ты здесь останешься. Здесь жди,- приказываю коротко.- Тебя Хамала утром отпустит. Придёт и отпустит.
Расправляю за собой входной полог и подпираю палкой так, чтоб издали видно было: дома никого из хозяев нет. Хочу надеяться, на этот раз мой шатёр не разграбят. Взять у меня особо-то нечего, но ценнее всяких вещей и шкур собранное, просушенное и провеянное зерно ячменя. Три полных коробки – это главное моё богатство и основной запас на будущую зиму.
Я хорошо помню, как уходили чужие боги, и сама отправляюсь в ту же сторону по широкой тропе, ведущей к Ледяному озеру. Мой родной посёлок остаётся за спиной, все давно уже спят, даже собаки, и я ухожу, так и не обернувшись на прощанье.
Часть 29
Тот лес, исхоженный и хорошо знакомый, давно уже остался позади, сейчас меня окружают совсем другие деревья. Они даже выглядят иначе. Они ниже, тоньше, слабее, а их стволы и ветки искривлены и корявы. Такие измученные деревья попадаются всё чаще, да и сам лес всё больше редеет.
Горный склон под моими ногами заметно уходит вверх всё выше к небу. Интересно, а когда кончится и такой лес, что пойдёт дальше? Скалы и голый камень? Нет, он не будет голым, он будет в снегу. Снеговой холод я чувствую уже давно, он пробирает до костей, когда останавливаешься на отдых, и студит лицо и руки, когда шагаешь ветру навстречу. Даже зубы стынут от холода и глазам больно смотреть.
В первую ночь я торопилась уйти от селения как можно дальше, но никто не бросился ни искать меня, ни догонять, чтоб вернуть обратно. У всех свои заботы. И если племя решится на предзимнюю кочёвку, до меня никому не будет никакого дела. Это мой выбор. Остальные одного никогда не ждут.
Поначалу, когда ветер менял направление, я ещё могла различать своим обострённым слухом лай собак и улавливала горьковатый запах дыма. Я могла бы ещё вернуться, и все бы меня поняли и поддержали. Но одна – без Арса – я назад не вернусь, я так решила. Поэтому даже в моменты короткого отдыха не смотрю себе за спину. Нет! Только вперёд. Вперёд и вверх.
Арс вспомнит меня, когда снова увидит, он всё-всё вспомнит – и вернётся домой. Потому, что дом его здесь. Потому, что я его жена, жена перед богами и людьми, я мать его будущего ребёнка, я так и скажу ему. И богам этим скажу. Я не уйду одна. Я не смогу жить без своего Арса, а он не сможет без меня. Я не смогу без него, даже пускай он и оборотень. Я люблю его и таким.
Осенний лес как-то совсем уж притих и опустел. Редко какую птицу услышишь. Лишь ветер свободно гуляет, ледяной пронизывающий насквозь ветер.
На пути мне попадается целая семейка поздних грибов. Настоящая удача встретить такие хорошие грибы-желтушки. Чистенькие, крепкие все до одного. Ну, вот, спасибо Создателю, будет у меня на ужин отличный грибной суп.
Палый лист под ногами шуршит всё меньше, а вот сухая трава меж стволами поднимается мне почти до середины бедра. Лишь временами, когда из почвы проступают камни, трава становится ниже и растёт вперемешку с кудрявым папоротником и ещё каким-то незнакомым колючим кустарником, уже совсем сбросившим листья.
Мои чуткие уши различают тонкий писк мышей, прячущихся в траве, и ещё я слышу, как где-то в стороне журчит вода, стекающая вниз по склону. Это подземный источник, и возле него неплохо будет сделать ночёвку. Развести огонь, сварить горячего, погреться и хоть немного поспать.
Я никогда раньше не ночевала одна да ещё и в лесу. У костра мне будет не так страшно. Живой огонь отпугнёт крупного зверя и всякую другую нечисть, злого духа или даже демона. Правда, ни одного крупного животного я за прошедший день пока не встречала, лишь краем глаза заметила слева от себя далеко меж деревьями медленно проплывшую стайку тонконогих оленей. В основном это были самочки с молодняком. Встреча с рогачом в такое время намного опаснее. Олени сейчас превращаются в ревунов, становятся злобными и сами ищут встречи со всем, что их пугало раньше. Весь день я слышала, как далеко-далеко внизу ревел один такой, подзывая соперника для боя.
Осенний день совсем короткий, я не дожидаюсь сумерек, просто забираю понемногу в сторону, на звук льющейся воды. Слух меня не обманывает: родник, пробившийся к поверхности, стекает меж камнями и промытыми корнями криво склонившейся сосёнки. Ещё несколько лет – и дерево рухнет под собственным весом, подмытое водой из ручья, а на его месте в получившейся яме наберётся маленькое озеро.
Под соснами мягким ковром набралась толстая подушка хвои. Тут и там лежат сбитые ветром сухие ветки и зрелые шишки. Это будет хорошее место для ночёвки, отмечаю сама для себя, оглядываясь кругом.