- Ты был здесь уже со мной, это мой шатёр. Не помнишь, наверное, да? Это ничего, что не помнишь. Ты можешь здесь со мной остаться, здесь намного лучше, чем у тебя там... Теплее и места больше. Там же просто сарай для сена, а здесь... здесь...- не договариваю, просто чуть ли не на полуслове замолкаю под его прямым, глядящим исподлобья взглядом. Сам он хмурится так, как будто спросить хочет о чём-то, но никак не может вспомнить, о чём.
Пусть что угодно спрашивает и что угодно говорит, мне просто хочется слышать его голос. Я столько времени одна, хоть волком вой с тоски. Хотя ему, наверное, не мешало бы ещё поспать, просто полежать, чтоб сил набраться.
- Голова что-то... болит и болит,- признаётся неожиданно Арс с тихой почти виноватой улыбкой. Пальцами осторожно касается затылка. Там рана у него серьёзная после удара дубинкой. Как он жив ещё остался, ума не приложу.
Ох, и намаялась я с ней, с этой раной, пока промыла, пока обработала. Три раза воду менять пришлось, но ничего. Все эти трудности уже позади.
Боль от пореза на щеке, по всему судя, мешает Арсу и говорить, и улыбаться. Он не помнит ничего, только вопросительно поднимает брови, глядя на меня.
- Это всё Ашира,- отвечаю коротко, без лишних слов, а ведь думала, всё-всё ему расскажу, когда очнётся. Спрошу прямо: послан он к нам с неба богами или это Ирхан ошибается и видит не те знаки.- Ашира убить тебя хотел... сам, но Ирхан не позволил, сказал, что ты... что тебя...- замолкаю, не договорив, смотрю сверху, как Арс рывком сбрасывает с себя меховое одеяло.
Готова поклясться, собственная нагота смутила его самого даже сильнее, чем меня. Бедный, он покраснел и низко-низко опустил голову, лишь бы не видеть моего взгляда и моей невольной улыбки. Одеяло вернул обратно так же поспешно и только потом прошептал, продолжая глядеть в сторону мимо меня:
- Моя одежда... где моя одежда?
- Штаны я постирала, они сейчас на улице, мёрзлые, а кафтан... кафтан остался там, в том шатре. Я не ходила туда больше. Это всё равно ещё от Асвата одежда, тебе не надевать её лучше бы.
- Но мне нужно... нужно на улицу,- всё тем же шёпотом заявляет Арс, не глядя на меня.
Быстро догадываюсь, чего это он такой настойчивый, но позволить ему простыть я не могу только потому, что он такой стеснительный.
- Я могу дать тебе ведёрко...- предлагаю сама прямо и даже без улыбки. Мне еле удаётся поймать его взгляд.- Я выйду на улицу, если ты...
- Нет!- Арс чуть ли не в голос выкрикивает, и я невольно вздрагиваю всем телом. После шёпота такой громкий звук действует почти как удар.- Нет,- повторяет, но уже вполголоса,- не надо ничего, просто найди мне хоть что-нибудь... что-нибудь из одежды.
- Ну, ладно,- соглашаюсь с неохотой, ухожу в угол, где составлены одна на одну плетёные коробки с моим и материнским скарбом.
Рубашку я ему найду, это уже неплохо, в конце концов, та, что я шила для Асвата, почти готова и по размеру должна быть как раз. Мне, правда, хотелось вышивку по низу ещё немного доработать и усложнить, но она и так сойдёт. А вот со штанами, с теплым зимним кафтаном как быть?
Отца в своё время хоронили во всём лучшем, вряд ли среди маминых вещей осталось что-то приличное, если моль и мыши не источили.
Так, что мы имеем?
На самом верху целой связкой яркие узенькие поясочки для детской и женской одежды, для плетения кос, для украшения и защиты от злых духов. Некоторые из них я хорошо помню, сама девчонкой носила. Знакомые несложные узоры из разноцветных ниток.
Ниже аккуратной стопкой одна под другой две женских нательных рубашки, детские платья, тоже два, ещё мои. Вот уж не думала, что мама их хранила, а они, вон, как сложены, без лишних складочек, а между тканью небольшие мешочки с душистыми травами, чтобы моль отпугивать и других жучков.
Это всё мама. Это она так бережно укладывала старые вещи. Это её руки последними касались и коробки, и одежды всей этой, и травяных мешочков.
У меня невольно руки затряслись, и в глазах заискрилось всё от слёз.
Мамочка моя, родная мамочка. Не было у меня человека роднее тебе и дороже. Кто знает, и будет ли ещё рядом кто-то, кого хоть вполовину буду любить от той любви, как тебя любила?