- В моём мире у меня никого нет. Ни семьи, ни жены...
- В мире, где живут боги?- вспоминаю слова Ирхана и не могу удержаться от встречного вопроса.
Кто знает? Может быть, сейчас – именно сейчас – Арс хоть немного расскажет о себе. Но он молчит довольно долго, глядит немного в сторону, кажется, на огонь в очаге.
- Ирхан сказал, что ты пришёл к нам из мира богов.
- Нет, они не совсем боги, хотя и могут очень многое,- отвечает Арс с большой неохотой отстранённым, даже как будто немного чужим голосом.- И ещё они во многом похожи на вас.
- Ирхан говорит, они будут искать тебя, чтоб вернуть обратно, наверх к себе.
- Я не хочу к ним возвращаться! Ваш мир мне нравится больше.
Арс поднимается на ноги одним сильным пружинистым движением, сматывает ловушку с камешками тугим хитрым кольцом, крепит её на поясе возле ножен с ножом. Когда он начинает потуже перетягивать завязки на сапогах, я снова прошу без всякой надежды:
- Не уходи, пожалуйста... Я всё делать буду. Всё, что захочешь. Я могу быть рабыней у тебя – не женой. Бери себе в жёны любую, кого сам захочешь, а я помогать ей буду... воду носить и дрова. Стирать и за скотом ходить... Я много чего умею...
Арс меня не слышит, он не преклонен. Это всё равно, что камень просить.
Подходит ко мне близко-близко, оказывается, за своим плащом. Опускается передо мной на одно колено, чтоб лицо можно было видеть и глаза. Произносит с неожиданной улыбкой:
- Я не ухожу насовсем. С чего ты это взяла? Я просто хочу поохотиться.
- О-о...- только и могу выдохнуть со стоном. Ловлю его за руку обеими своими, с такой силой хватаюсь, что чуть не роняю Арса на себя. Он смеётся мягким негромким смехом, тянет мне на плечи моё одеяло вместо своего плаща.
- Замёрзнешь ведь... укройся давай. Поспи ещё немного.
- Останься лучше, я не хочу снова быть одна. Пожалуйста, не ходи никуда. Нам не надо ничего, у нас есть еда... Я сварю сейчас. И там ещё был хлеб. Там, на камнях... Ты видел?
Пытаюсь подняться, но Арс удерживает меня за плечи, бережно, но с силой, мне с его нажимом не справиться.
- Я не хочу никого убивать, я хочу поймать лошадь. Или хотя бы жеребёнка,- признаётся Арс. И этим он надеется меня успокоить?!
- Не надо их трогать! Прошу тебя, Арс! Только лошадей не трогай. Это опасные хитрые твари. Они и не подпустят тебя к себе. Тот жеребец...
Какой мужчина будет слушать женщину, когда дело доходит до охоты? Он только смеётся, смеётся в ответ на мой страх, на мои просьбы, на все мои мольбы. И тогда я пытаюсь хитрить:
- Ты не рассказал мне о совете племени. Не сказал, кого выбрали вожаком. Не сказал, как приняло тебя остальное племя, все другие мужчины. Что они решили?
Арс плечами поводит в ответ. Ничего, мол, интересного.
Вижу, что он торопится, и мне его не удержать, как ни старайся.
- Я вернусь сегодня же, вот увидишь. Мне же нельзя оставлять тебя надолго, ведь так Ашира говорил... Чтоб не подумали чего.
- Вот именно!- ловлю его на слове, а сама руками к лицу тянусь.
Удержать! Удержать всеми силами! На шее камнем повисну, чтоб идти не смог. Не дам себя одну оставить опять на весь день.
Арс уклоняется от моих рук, выпрямляется и отходит, на ходу набрасывая на плечи плащ. И я следом иду. Какой уж тут сон? Босая, в одной нательной рубашке с открытыми до плеч руками и с подолом чуть ниже колена. И волосы не прибраны, я их даже накануне вечером в косу не заплела. Но мне всё равно сейчас, как я выгляжу, мне бы только Арса удержать, не дать ему уйти.
- Зачем тебе эти лошади? Что ты будешь делать с живой лошадью? Она забьёт тебя копытами...
- Ты же видела, какие они быстрые. На них можно ездить верхом. Не понимаю, почему вы до сих пор не приручили их. Неужели никто из вас даже не пытался?
Не знаю, что ответить. Это, видно, потому, что Арс не того спрашивает. Спросил бы, лучше, кого-нибудь из мужчин.
- Как вы кочуете без тяглового скота? Кто несёт все ваши пожитки? Козы? Собаки? Кто?