- А может быть это люди из твоего племени?
- Нет!- Как он категоричен и смотрит твёрдо.
- Ну да!- Мои губы кривятся в усмешке.- Ну да, ведь ты же у меня из другого мира, с верхнего мира. И как я могла забыть?
Моя издёвка звучит оскорбительно, но Арс слишком устал, чтоб хоть как-то реагировать. Моргает тяжело и медленно, глядя на угли, подёрнутые пеплом. Крошечные искорки иногда вспыхивают и снова гаснут.
- Метель может мести ещё целый день, и значит... Выставит ли хоть какая-то из семей дозоры в такую погоду? Кто добровольно мёрзнуть отправится?
Арс не отвечает, плечами пожимает – вот и весь ответ. А мне страшно. Я, конечно, не Ирхан. Куда мне? Я не могу видеть будущее, но мне страшно и тревожно.
Чужие люди из чужого племени, и они виновны в гибели наших мальчиков. Как можно быть спокойным, зная об этом?
- Арс,- зову дрожащим напряжённым голосом,- наверно, что-то делать нужно? Что вы решили? Что мужчины решили? Вы же думали, правда? Ашира, Сайлас и другие? Что вы решили?
Арс снова плечами пожимает.
- Они думают, надеюсь. Мне никто ничего не сказал.
- Но ты же был с ними весь день! Всю ночь!
- Был,- Арс кивает, соглашаясь.- Но я не решаю ничего. А дозорные нужны обязательно, тут ты права.
Слава всем богам! Впервые мужчина открыто признал мою правоту. Правда, мне от этого не легче. Я никак не могу успокоиться. Не могу – и всё тут!
Арс заявляет вдруг, поднимая на меня глаза:
- А лошади были не просто так. Тут ты не права. Я видел прочерки с обеих сторон... снег глубокий, и там полосы...
- Ну и что? Полосы...
- Кто-то был верхом, вот что. Это следы от сапог... от носков сапог. Справа и слева...
Арс сидит на скамеечке, а при этих словах опускает руки вниз и поводит у самого пола вперёд-назад. Снова смотрит ни меня и повторяет:
- Кто-то был верхом... Но меня не стали слушать. И ты мне не веришь.
- Верю я тебе или нет, от меня тут ничего не зависит. Вот если б ты поговорил с Сайласом или хотя бы с Манваром. Чтоб дозоры вокруг посёлка выставить...
Кто бы мне сказал, что в такую метель я сама буду выталкивать Арса опять на улицу. Мне бы самой сходить, но меня не будут слушать.
Арс покорно без всяких слов тянет на ноги сырые сапоги, а на плечи мокрый плащ. Идёт, а я провожаю его, помогаю поднять тяжёлый, занесённый снегом полог.
- Ты только побыстрее, хорошо? Скажешь им – и сразу же назад.
Арс кивает, бросая взгляд через плечо.
Тяну капюшон на его голове пониже, случайно касаюсь пальцами щеки, там, где след от пореза. Такой тёплый, такой родной – и снова на холод, в метель.
- Быстрее, Арс... Быстрее назад.
Уходит, а я опять остаюсь одна. Одна с собакой. Надеюсь, не на долго.
Часть 11
Наверное, каждому знакомо это чувство: когда в первый раз после непогоды появляешься на улице, всё вокруг кажется немного другим, чужим даже.
Метель улеглась на второй день, и ветер утих. После всего завывания и рёва тишина с утра непривычным гулом давила на уши. И снег кругом огромными сугробами, куда ни посмотри.
Отдельные снежинки ещё кружатся, искрятся на солнце плоскими резными бочками, но день обещает быть ясным, чистым и морозным.
Кто-то, поднявшийся раньше меня, уже успел протоптать меж сугробами извилистую тропинку до Чёрного озера. В другой раз я бы свернула от неё в сторону к лесу и к ручью со вкусной водой. Воду из озера Арс не любит, но сегодня пусть пьёт ту, что принесу. Нечего.
И вообще я с утра на него в большой обиде. Потому и ушла за свежей водой. Пускай один побудет, посидит, подумает. И мне прогуляться полезно, после двух дней в шатре. На небо поглядеть, на солнце – дар Создателя, подышать свежим воздухом. И самой подумать.
Всяко в голове кручу, и так и эдак. Может, я не права? Может, не стоило на него обижаться? Если мужчина втемяшит что-то в голову, его переубедить сложно. Но я пыталась, Создатель мне свидетелем, пыталась столько раз. Арс ничегошеньки не хочет слушать.
Весь вчерашний день он ремонтировал свою ловушку, её порядком поизрезали ножами добровольные помощники, когда в ней запутался жеребёнок. Мало, видно, порезали, если Арс за день управился. Не думала я, что ему и трёх дней достанет с ней возиться. Но это не всё.