Девочка Маша никак не хотела выходить у нее из головы. Почему она не спросила директора, как Маша попала в детский дом, где ее настоящие родители? Какая злодейка-судьба привела милую очаровательную девчушку в дом с казенными стенами?
Через месяц Наташа снова пригласила Марину съездить развеяться в Москву. Марина с радостью согласилась – последнюю неделю она занималась тем, что ходила по магазинчикам в своем небольшом городке и выбирала Маше подарки.
Она купила огромного белого плюшевого медведя с ярким бантом, набор детской посуды для чая и пластмассовое ведерко с лопаткой для игр в песочнице.
Когда они заехали в детский дом, директор встретила их как хороших и добрых знакомых, поблагодарила за перечисленные деньги.
10 часть
– У нас сейчас второй завтрак, – сказала она, – если вы немного подождете, сможете посмотреть на детей на улице. Я вас провожать уже не буду, воспитательнице скажете, что от меня.
Во дворе был оборудован целый игрушечный город для малышей – горки, качели, непонятные металлические шары, веревочные лестницы на стойках, а в углу сада поблескивал водной гладью небольшой бассейн.
Наташа села на лавочку, не решаясь подходить к детям, – ей хватило переживаний и в прошлый раз, чтобы снова рвать душу на кусочки.
Марина сразу увидела Машу среди играющих ребятишек – на ней было надето шикарное желтое платье и такая же желтая с розовыми цветами умилительная панамка. Не узнать ее было невозможно – из-под панамки кокетливо выглядывали чудные Машины кудряшки.
Маша узнала Марину, но отчего-то не подбежала к ней, как в прошлый раз, а спряталась в игрушечный лабиринт и выглядывала оттуда, поблескивая немного хитрыми и веселыми круглыми глазенками.
Марина познакомилась с воспитательницей, узнала, что ту зовут Анна, работает она в детском доме после окончания педагогического института. Анна показалась Марине очень молодой, даже слишком, но участливо относящейся к чужим детям. Она попросила разрешения подарить Маше подарки.
Машенька выбежала из своего укрытия и спряталась за спину воспитательницы.
– А кто это там такой красивый?! – воскликнула Марина, нарочито обращаясь не к застенчивой Маше, а к воспитательнице Анне.
Машенькины глазки показались из-под руки воспитательницы.
– А, так это Машенька! – ласково воскликнула Марина. – Постойте, постойте, я не вижу – это Машенька или это солнышко?
– Я не солнышко! – пробурчала Маша, стараясь быть нарочито грубой. Тоненький и звонкий детский голосок контрастировал с напускной недоброжелательностью и притворным нежеланием показываться из-за Аниной спины.
Анна, видимо, относилась к детям, как к родным, раз Маша ей так доверяла.
– Ой, прости, прости, – тут же поправилась Марина, – я просто приняла тебя, Машенька, за солнышко, увидев желтенькое платьишко. Конечно же, ты Маша, чудесная девочка Маша!
Вслед за глазами из-за воспитательницы появились Машины кудряшки, потом личико, а потом и сама Маша, с любопытством разглядывающая Марину.
Медведь все это время стоял в красочном подарочном целлофановом пакете возле песочницы. Марина обняла его огромную тушку, аккуратно сняла целлофан, и показала Маше:
– Машенька, а смотри, кто это к нам в гости пришел!
Маша испугалась огромного зверя и смотрела на него недоверчиво.
– Не бойся, Машенька, это он с виду такой огромный, а на самом деле у него просто большое доброе сердце!
Маша придвинулась поближе, стараясь разглядеть мишкины глазки, а через некоторое время осмелела и подошла к медведю поближе.
– Как мы назовем его? – присев на корточки и попытавшись обнять Машу, спросила Марина.
Девочка испугалась объятий чужой тетеньки и опять попыталась спрятаться за воспитательницу. Анна прикрывала ее своей худенькой фигурой, несмотря на то, что другие дети настойчиво требовали ее внимания.
Марина не торопилась, теперь она ждала, когда Маша выйдет из укрытия. Через несколько минут любопытство пересилило страх, Маша подошла к Марине и доверчиво взяла ее за руку.
Марина отвернулась и смахнула непрошеную слезу, опять появившуюся совсем некстати.
Тут как тут объявилась Наташа, оберегающая душевный покой подруги не за страх, а за совесть.
– Все, дорогая, собирайся, нам пора ехать, иначе возвращаться придется затемно, – строгим голосом сказала она Марине.