Твоё согласие выглядело предельно вымученным. Создавалось впечатление, что ты это согласие пытаешься как-то для себя оправдать. Я сейчас в какой-то прострации.
Искренней благодарности за совершённые бескорыстные (и незапланированные) поступки не было (ни словами, ни даже взглядом). Это я потом уже понял, в чём облом. Ну, вот не удаётся быть романтичным. Что с дурака (с меня, то есть) взять?
На третий день у тебя была явная попытка поскандалить, которой удалось избежать чудом (это привычка?). Можно было бы и поскандалить, получить дополнительную информацию (пострадать от этого немножко, только я не мазохист), но скандалить ужасно не хотелось. И вообще я с тобой ни ссориться, ни скандалить никогда не хочу. Есть и другие способы выразить свое отношение, более приятные.
Марина поняла, что он бесконечно прав, и она совершенно бесчувственная женщина. Все ее мысли – всегда! – только о погибшем муже. Она не может сосредоточиться на своих чувствах к такому прекрасному человеку, которого послал ей сам Бог, в те дни, когда она была в неутешной тоске и печали.
Зачем она мучает этого святого человека? Почему она не может искренне и самозабвенно полюбить Александра, так, как любит он ее?
Ведь это он посвящает ей прекрасные стихи, а не она ему!
– Прости, прости, милый… Я никогда не думала, что тебе будет так больно… Прости меня, пожалуйста, – теперь она не знала, как загладить свою вину.
Он дулся и даже перестал приносить по утрам ей букеты. Марина чувствовала себя провинившейся школьницей.
Через неделю к ней пришло решение – она больше не будет мучить поэта своей холодностью. Марина унесла портрет мужа в подвал.
– Прости меня, – тихо сказала она Виталию, – ведь ты же знаешь, что ты один в моем сердце, и так будет всегда. Но мне нужно попробовать, хотя бы попытаться, научиться хоть немного жить без боли, и без постоянных разговоров с тобой…
Ей показалось, что Виталий неодобрительно на нее посмотрел.
С мечтой о Маше теперь тоже придется расстаться – он никогда не будет делить ее с маленькой девочкой. Марина страдала и мучилась, представляя по ночам печальные голубые глаза девочки, которая ей так верила. Но что она могла поделать?
Постепенно в дом начали приходить друзья поэта – Марина ездила за ними на машине в Москву. Они вваливались шумною толпою, вальяжно раскидывались в креслах, декламировали свои стихи, пели, играли на гитаре.
Марине очень нравилась богемная обстановка, оживший дом, атмосфера творчества.
В конце мая у Марины был день рождения, она бы и не вспомнила о нем, если бы друзья Гена и Наташа не приехали в гости с огромным букетом шикарных роз. Они посигналили перед воротами, Марина, увидев знакомую «Тойоту», быстро накинула на себя летнее платье, расцвеченное шикарными красными цветами, и выбежала во двор, открыть ворота.
Гена вручил ей букет и поздравил:
– Принимай гостей, именинница!
– Как тогда, в гостинице, – посмотрев на букет, подумала Марина.
Праздновать она не хотела, но друзья не приняли бы ее отказа. Они привезли с собой маринованный шашлык, шампанское и бутылку водки. Гена достал из сарая во дворе мангал, давно не использовавшийся и пылившийся в самом дальнем углу.
Он быстро разжег огонь на привезенных с собой углях в мешке, достал из того же сарая пластиковый стол и несколько стульев.
Друзья поэта, сидевшие в дальнем углу сада под яблоней, учуяли запах жареного мяса и начали подбираться поближе.
А тут объявился и Александр, и с ноткой искреннего огорчения в голосе сказал:
– Мариночка, ну, почему же ты не сказала, что у тебя день рождения? Я бы тебе тоже букет подарил.
Он протянул руку Гене, Гена не пожал его руку, и посмотрел на него зверем. Они с Наташей уже начали догадываться, что здесь на самом деле происходит, и каково живется Марине. Конечно, она не стала бы их посвящать в подробности своей новой семейной жизни, если бы они не увидели все своими собственными глазами.
18 часть
– Гена, пожалуйста, не стоит осложнять обстановку, – тихонько попросила его Марина.
– Хорошо, – так же тихо ответил Гена, и добавил:
– Моя бы воля, я бы за шкирку этого поэта вместе с дружками отсюда выбросил. Но, раз тебе нравится, что по твоему двору бродят оборванные и опустившиеся личности, что я могу сделать?