- Как вы себя чувствуете, Марианна Сергеевна? – скривился мужчина, снова переводя взгляд на мою задницу.
Дыхание сперло в груди. Невероятно тяжелая энергия, подавлял собой. Его окутывала аура жесткости. Давид теперь казался по сравнению с ним – желторотым птенцом. Такому, как Ледновский - достаточно лишь взгляда, что бы запугать. Ему не нужен Глок 17.
- Терпимо, - пискнула, ощущая головокружение и тошноту.
- Терпимо, - хрипловато повторил мужчина, оскалив крепкие белые зубы. – Николай, помогите Марианне Сергеевне почувствовать себя немного лучше.
Паника затопила меня от двусмысленности слов Ледновского. Я знала, что такое насилие - Давид лично меня ознакомил. Мое измученное воображение стало рисовать кровавые картинки того, как вышкаленные молодцы в пиджаках будут насиловать меня во всех позах, а Ледновский – смотреть, прожигая невозмутимым взглядом, лишь сдувая пылинки с идеального отглаженного пиджака. Я зашкарябала по стеклу ногтями, пытаясь найти точку опоры и протиснуться в форточку, по ту сторону стекла. Но лишь сильнее задрала ноги. Ощутила крепкую хватку на талии, меня потянули назад, как тряпичную куклу.
- Нет! Нет! Не трогайте! – закричала сипло я, барахтаясь в стальной хватке охраны.
Ледновский невозмутимо наблюдал за мной. Мужчина снова не смотрел мне в лицо. Его взгляд лениво скользил по моему телу, облаченному в бесформенную легкую рубаху. Остановился на груди. Ворот рубахи порвался, видимо, когда меня вытягивали его ребята. Беззастенчиво оголяя одну грудь. К щекам вновь прилила кровь… То, как он изучал мое тело… Так хищники смотрят, когда загоняют желанную жертву, чтобы полакомиться, разорвать ее, насытиться, утолить дикий голод…
Ледновский сделал шаг, сокращая расстояние между нами. Дернулась в крепкой хватке охраны. Отступать некуда. Громко задышала, гордо задрав подбородок, поджав губы, чтобы не тряслись. Сдержала всхлип, рвущийся наружу. Меня окутал безумно тяжелый запах его парфюма, забиваясь в нос, выкручивая легкие, выбивая весь воздух из них. Поправил рубаху, коснувшись обжигающей рукой моей кожи, прикрывая мое тело. Прошило током, снова дернулась. Думаю, моя реакция не ускользнула от него, он едва дернул уголками губ вверх.
- Поправляйтесь скорее, Марианна Сергеевна. Нас ждут… весьма забавные отношения, - он прожигал меня взглядом – холодным, диким, замораживая душу.
Кажется, я перестала дышать, пока он держал наш зрительный контакт. И по его ледяному тону было совершенно ясно – ничего забавного меня не ждет… Страх подкатил к горлу, сжимая тисками. Меня замутило сильнее, скручивая желудок, выделяя горечь, распространяя по рту.
Трель звонка его телефона разрядила обстановку - кажется, все вновь пришло в движение. Сделала глубокий вдох. Ледновский развернулся, обращаясь к собравшемуся мед персоналу.
- Удвоить охрану. Полное обследование. И сделайте что – то с гребаным окном, - бросил тоном, не терпящим возражений, даже не взглянув на стайку раболепно кивающих работников.
Охрана вывела меня в палату, мед сестры тут же принялись суетиться, перед глазами некстати возникла сцена из «Сайлент Хилла». Мне подключили капельницу, параллельно вкалывая еще препараты. Веки мгновенно потяжелели. Я была не в силах сопротивляться – тело вновь стало невесомым, уплывая в неизвестность…
Глава 9
Последующие несколько дней у меня брали бесчисленное количество раз разнообразные анализы, водили из кабинета в кабинет под конвоем. Меня всегда сопровождала куча людей. Перевели в другую палату, где санузел был без окон. Удивительно, что решетки еще не поставили на все ходы и выходы. И сканер, где распознавание личности по отпечаткам пальцев и глазной сетке.