- Теперь перейдем ко второй части, - тон, с которым он говорил, пугал; на его лице появилась ухмылка.
- О чем вы? – попятилась назад, предчувствуя что – то плохое.
- Я тебе говорил: еще раз попадешься мне на глаза… - Ледновский проговаривал медленно, нагоняя жути, выводя меня на эмоции.
Все мое хваленое спокойствие рухнуло в один момент. Превратилось в крошки.
- Вы же не … - горло сдавил спазм.
В голове отчетливо всплыли его слова: « Еще раз попадешься мне на глаза – не обижайся. Я возьму тебя». Тогда еще подумала, что этого никогда не случиться. Мы из разных миров, которые никогда не пересекутся. Он никогда бы не пошел скупляться, особенно в такой магазин, где я работала. Я никогда не отдыхала в таких местах, как он. И я зареклась тогда – когда – либо еще прислуживать богачам. Лучше отпахать в местном кафе или магазине в две смены.
Я не заметила, как он оказался в опасной близости. В одно мгновение возник рядом, как привидение. Едва заметила быстрое передвижение, поражаясь, как он, с такими габаритами, мог двигаться так быстро, так неслышно. Схватил за предплечья. Крепко, но не больно, контролируя свою силу. Попыталась вывернуться, хватка усилилась. В моей руке все еще оставалась шариковая ручка – позолоченная, красивая. На инстинктах, в попытке защититься, замахнулась, намереваясь воткнуть в его руку, чтобы избавиться от хватки. Вырваться и бежать. Бежать. Ловко перехватил мою руку, сжав в запястье, немного выкручивая, надавливая. Мои пальцы сами по себе расслабились, онемели, ручка выпала, издав жалобный звук по паркету. Краткий смешок в затылок. Впечаталась в его грудь лицом. Будто об бетон приложилась, зубы скрипнули. Впилась в каменную кожу, кусая изо всей силы. Слышу хруст собственных зубов, словно сталь кусаю или гранит. Ледновский не произнес ни звука, лишь потянул за волосы, ощутимо, отрывая от себя. Охнула от боли, что прожгла кожу головы. Резко развернул спиной к себе, толкая на диван. Понимала, что он собирается сделать. И сделает. Просить бесполезно. Зарычала, все еще пытаясь барахтаться, сопротивляться, бороться с противником, который превосходит во всем. Была припечатана коленом в спину. Слышу бряцанье ремня, звук расстегиваемой молнии… Громко всхлипнула.
Обжигающие пальцы оглаживают поясницу, ведут по позвонку, прожигая до кости. Трогает меня между ног, изучает, оглаживает. Меня пронзает острыми стрелами. Я – будто оголенный нерв. Находит клитор, трет, давит, усиливает манипуляции. Все они направлены на одно – получить от моего тела естественный отклик. Но его не будет. На глаза наворачиваются слезы, сопротивляться больше нет сил. Впиваюсь пальцами в кожаный диван, закрываю глаза. Понимаю, что мне не противно. Не так, как с Давидом. Страшно, против воли, будоражаще, разрывает на части от мыслей и эмоций.
Ледновский вводит в меня один палец, двигая им туда – назад, рисуя какие – то мистические узоры. Добавляет второй, растягивая меня, подготавливая для себя. Мне не больно. Даже не дискомфортно. Он не пощадит. Выжмет по полной. Чувствую, как его член скользит по моим ягодицам – горячий, шелковый, нетерпеливый. Трется об промежность, аккуратно скользит внутрь, входя в меня медленно, давая мне привыкнуть к большому размеру. У меня было мало любовников. Бывший одноклассник, что всегда действовал нежно, даже робко. А потом – Давид. Бесцеремонный, ненавистный и быстрый. Теперь – Ледновский. Ему подчиняется все. Даже мое тело. Дрожь прошивает до основания, он начинает двигаться, набирая скорость – методично, раскачиваясь, действуя как таран. Пробивает неумолимо, врывается глубже. Его пальцы снова находят клитор, начинают терзать, тело пронзают тонкие стрелы несмелого желания. Я растеряна. Затихаю. Застываю, силясь понять, что происходит. Разум кричит о насилии, принуждении. Тело желает разрядки любой ценой. Напряжена. Натянута как тетива. Ледновский долбит как отбойный молоток. Обмякаю, повторяю контуры его мощного тела. Позвоночник становится гибким, тягучим, как карамель. Подстраиваюсь под него, прогибаясь сильнее. Легкие разъедает запах его дорогого, но слишком тяжелого парфюма. Его черная энергетика прошивает насквозь, вместе с членом, что движется без устали. Он действует как робот. Киборг. Вот кто он. Меня еще никогда так не имели. Основательно. Мощно. Не щадя. Была зажата в стальные тиски его рук, он четко и монотонно двигался, как отлаженный механизм. Он устанавливает свою власть надо мной. Показывает, что он – хозяин положения, доминант. Заставляет проникнуться им, пропитывает меня собой, как сироп. Опасный мужчина. Он ничего не делает просто так, поддавшись эмоциям. Сразу указывает на мое место. Толчки внутри меня особенно глубоки, пальцы терзают сокровенную точку между ног, на грани, смешивая сладостное желание разрядки с немного болезненными надавливаниями.