- Давай, девочка, - хрипло говорит в затылок.
Мышцы напрягаются, тело начинает пульсировать – бешено, сокращаясь спазмами, пробивая крупной дрожью. Из груди вырывается нечто среднее между стоном и рычанием. Вымученный оргазм, механический, против моей воли. Он умело манипулирует моим телом. Перед глазами – темная пелена, что пульсирует, засасывает в черноту. Поглощает звуки, реальность и меня. Мою душу. Слышу его утробный рык. Точно хищник, зверь, не человек. Так и лежу, раздавленная, разбитая, опустошенная. Кости расплавились, душа истерзана, разум в смятении. Будто танк проехал по мне. Переломал кости, органы, превратив все в желе.
- Спасибо за сотрудничество, Марианна, - услышала его ледяной голос. – Душ на втором этаже.
Повернулась в его сторону. Руки дрожали, как и все тело. В уголках глаз выступили слезы. Схлестнулись с ним в молчаливом противостоянии. Пронзал янтарным взглядом. Не живым. Отвернулась, не в силах выдержать продавливающий взгляд. Уступила. Подавлял неимоверно.
Вздрогнула, когда дверь хлопнула. Не знаю, сколько я пролежала с закрытыми глазами. Будто это могло бы стереть из памяти последние месяцы. Но это было моей реальностью, моей жизнью. Будто по насмешке судьбы, я оказалась в совершенно чужом мне мире, полном насилия, власти, денег и смертей…
Потом я долго сидела в ванной, соскребая с кожи его запах и прикосновения, что въелись в кожу. Внутри и внизу живота саднило.
Вечером пришла строгая с виду женщина неопределенных лет, в спецодежде, чем – то похожая на горничную из английских сериалов. Она принесла мне несколько комплектов одежды – пижама, нижнее белье, платья, джинсы, пара футболок. Белье идеально село на мое тело. Переоделась в пижаму. Принесенный разнос с благоухающей пищей вызывал тошноту. Пригубила лишь травяной чай. Чувствовала усталость, что разбирала тело. За окном было темно. Устроилась на краю большой кровати, скрутившись калачиком. Мне только предстояло разобраться с тем, что меня связывает с Ледновским, что будоражит в нем. И для этого у меня есть шесть месяцев.
Глава 11
Есть вообще не хотелось. Третий день лежала в постели, отказывалась выходить из комнаты. Пила только чай, а от вкусно пахнущей еды меня едва не выворачивало наизнанку. Я бы предпочла гречку, приготовленную мамой, и хлебную котлету - этим изысканным яствам.
Ледновский явно отсутствовал в доме, экономка общалась по делу, крайне сухо отвечала только на удобные вопросы. Хотела позвонить родным, но телефон мне никто не дал, не смотря на мои просьбы.
Меня заполнила пустота… Ночью впадала в беспокойный сон, путая явь с кошмарами. Дремала, просыпаясь от вздрагивания собственного тела. Неясные образы, что пугали меня, постепенно отступали под натиском реальности.
На четвертый день явился Ледновский, как всегда, облаченный в деловой костюм, с тяжелым парфюмом, окутавшим его. Он прошел в комнату, цепко оглядевшись вокруг, задержавшись на мне. Передернуло от взгляда янтарных глаз, застывших, как смола.
- Ты не принимаешь пищу, Марианна, - проговорил мужчина.
Посмотрела на него. Больше нет учтивого «Марианна Сергеевна», обращения на вы. Теперь ему можно не скрывать свою хищную натуру, не подгонять себя под образ интеллигента.
- С теми, кого я тр*хал – перехожу на ты, - оскалился Ледновский, словно прочитав мои мысли; поежилась, вспоминая его манипуляции с моим телом – напористые мощные толчки. Будто катком проехался по мне, основательно припечатав.
- Марианна, тебе лучше начать питаться полноценно. Мне снять наблюдение с твоей семьи? Малышка идет на поправку, - ледяной тон мужчины пробирал до костей; в комнату вошла экономка, неся разнос, с парой тарелок на нем и приборами.
Поставила передо мной. Неслышно исчезла из комнаты, растворилась как тень. Оставила меня наедине с Ледновским. Он кивнул в сторону принесенного разноса.